שלום פון יאפּאן

שלום פון יאפּאן

מיט סאטאָקאָ קאמאָשידא, אן ענטוזיִאסטקע פון ייִדיש, וועלכע וווינט אין טאָקיִאָ, האָבן מיר זיך באקענט הײַנטיקס יאָר, אויף די אינטערנעץ-שפּראך-קורסן פון ניקאָלײַ באָראָדולין. ער איז א געוועזענער ביראָבידזשאנער,וועלכער פארנעמט זיך מיט ייִדיש שוין מער פון צוואנציק יאָר, וווינענדיק אין ניו-יאָרק, און פארייניקט די ליבהאָבערס פון אָט דער שפּראך איבער דער גאנצער וועלט. סאטאָקאָ האָט דערציילט וועגן זיך פאר די לייענערס פון אונדזער צײַטונג ”איך האָב געמאכט מײַן AB אין וואסעדא אוניווערסיטעט אין טאָקיִאָ. איך האָב געדארפט לערנען דאָרטן דײַטש, פראנצייזיש, כינעזיש אָדער רוסיש חוץ דער ענגלישער שפּראך. איך האָב אויסגעקליבן דײַטש, ווײַל איך האָב געוואָלט לערנען אן אייראָפּעיִשע שפּראך און ווײַל מײַן לערער פון געשיכטע אין דער הויכשול פון סידזואָקא פּרעפעקטור האָט געלערנט דײַטש אין דעם דאָזיקן אוניווערסיטעט.

ווען איך האָב זיך געלערנט אין שול, האָב איך געלייענט ביכער וועגן שפּראכוויסנשאפט. זיי זײַנען געווען זייער אינטערעסאנט פאר מיר. איינער פון זיי הייסט ”שפּראך און מדינה“. און ווען איך בין שוין געווען א סטודענטקע פונעם אוניווערסיטעט, האָב איך זיך געטראָפן מיטן מחבר, קאצוכיקאָ טאנאקא. איך האָב באזוכט זײַנע קלאסן יעדע מאָל, כאָטש איך האָב נישט געקענט נעמען א קרעדיט) ווײַל איך בין געווען א צווייטקורסניצע, און זײַן קלאס איז געווען פאר די סטודענטן פון דריטן און פערטן קורסן. נאָך די לימודים פלעגן מיר — איך און אנדערע סטודענטן — אָפט בלײַבן אין קלאס און רעדן מיטן פּראָפעסאָר און באהאלטן פארשיידענע פראגעס.

ווען איך האָב פארענדיקט דעם אוניווערסיטעט, האָב איך דאָך ניט געוווּסט, וואָס זאָל איך טאָן. איך האָב געטראכט, ווי קען איך לעבן. איך האָב געפרעגט דעם פּראָפעסאָר טאנאקא און ער האָט געזאָגט, אז ייִדיש איז פאר מיר, און אז איך וועל וויסן וואָס זאָל איך טאָן, ווען איך וועל זײַן 53 יאָר אלט.
איך האָב אָנגעהויבן לערנען ייִדיש מיט ווײַנרײַכ’ס ”קאָלעדזש ייִדיש“. און דאָס איז געווען זייער אינטערעסאנט פאר מיר! אָבער איך האָב געוואָלט שטודירן אים ווײַטער צוזאמען מיט חברים.

אין דער צײַט האָט דער פּראָפעסאָר טאנאקא געארבעט אין טשוקיִאָ אוניווערסיטעט (אײַטי פּרעפעקטור), און איך האָב באשלאָסן מאכן דאָרטן מײַן AM. אָבער, צום מײַן באדויערן, האָט קאצוכיקאָ טאנאקא מיר געזאָגט, אז ער קען נישט מיר העלפן מיט ייִדיש, ווײַל ער ווייסט כמעט גאָרנישט וועגן דער שפּראך. פון אן אנדער זײַט, האָב איך געוווּסט, אז ער האָט געשריבן וועגן ייִדיש, און ער האָט ביכער וועגן ייִדיש… מיר האָט אָפּגעגליקט א סך… איך האָב נישט געקענט, פארוואָס איך בין געקומען אין טשוקיִאָ אוניווערסיטעט… דאָס איז געווען זייער טרויעריק.

איך האָב נישט געוווּסט, וואָס צו טאָן, און איך האָב באשלאָסן צו זוכן די נייטיקע אינפאָרמאציע דורך ELGOOG. און געפונען א זומער-פּראָגראם אין ניו-יאָרק און ווילנע. ייִוואָ-פּראָגראם איז געווען (און איצט אויך) זייער טײַער פאר מיר און איך האָב גענומען א זומער-פּראָגראם אין ווילנע. דאָ האָב איך זיך געטראָפן מיט א סך אינטערעסאנטע קלוגע און פײַנע מענטשן, וועלכע זײַנען געוואָרן מײַנע חברום און לערערס.

א סך מענטשן פלעגן מיך פרעגן: ”ביסטו א ייִדישקע?“. מײַן ענטפער איז געווען ”ניין“. דאן פלעגן זיי מיך פרעגן אזוי: ”פארוואָס לערנסטו ייִדיש?“. איך ענטפער אלע מאָל אזוי: ”ווײַל דאָס איז אינטערעסאנט“. עס איז פּשוט זייער אינטערעסאנט. ייִדיש איז די גאנץ אָריגינעלע שפּראך, מיט א גרויסער קולטור, רײַכער געשיכטע, מיט זײַנע אידייען. איך האָב זיך שטארק אינטערעסירט מיט די באציִונגען צווישן מענטשן, שפּראכן און געזעלשאפט. איך האָב געזען, אז ייִדיש איז נאָענט צו דער דײַטשישער שפּראך, און אין דער זעלבער צײַט — איז ייִדיש גאָר אן אנדערע שפּראך. כדי צו פארשטיין ייִדיש, דארף מען וויסן וועגן ייִדישער קולטור און ייִדן.

satoko-yiddish-classאיך האָב געהאט ייִדיש זומער-פּראָגראם אין ווילנע צוויי מאָל (3002 און 4002). נאָך דעם האָב איך געשריבן מײַן AM טעזיסן. און אין 5002 יאָר האָב איך געמאכט א דאָקטאָראט אין דעם טאָקיִאָ אוניווערסיטעט. אין דעם זעלבן יאָר האָב איך באשלאָסן צו לערנען ייִדיש אין ישראל און איך האָב באקומען א סטיפּענדיע פון דער ישראלדיקער רעגירונג אויף 6002-7002 יאָרן. אין ישראל האָב איך זיך געטראָפן מיטן פּראָפעסאָר יחיאל שיינטוך און געלערנט ייִדיש מיט חנן באָרדין. מרים טרין און אליעזר ניבאָרסקי האָבן אָרגאניזירט פאר אונדז ייִדיש-לייען-קלאס. און איך האָב זיך געטראָפן מיט א סך אינטערעסאנטע מענטשן ארום ייִדיש. עס איז געווען זייער א גוטער פּלאץ פאר מיר לערנען זיך ייִדיש.

אין ישראל האָב איך אויך געלערנט העברעיִש. עס איז געווען זייער שווער, אָבער איך האָב פארשטאנען, אז דאָס וועט מיר דערלויבן פארשטיין ייִדיש בעסער.
אין 8002 יאָר בין איך אוועק אין יאפּאן און אָנגעהויבן צו שרײַבן מײַן דאָקטאָראט. עס איז געווען זייער שווער. איך האָב נישט געפילט ווי א יאפּאנערין. אין 9002 האָב איך געבוירן מײַן זון און נישט געקענט פאָרן קיין אויסלאנד מער ווי א יאָר. עס איז געווען א גרויס ערד-ציטערניש אין יאפּאן. אלע טאָג אין משך פון א לאנגער צײַט זײַנען פאָרגעקומען די ערד-ציטערנישן, אונדזערע געפילן און לעבן זײַנען געווען נישט נאָרמאל אין דער צײַט.

איך האָב באקומען א דאָקטאָראט אין דעצעמבער 1102 יאָר. אין 2102 האָב איך געבוירן מײַן טאָכטער, און עס איז געוואָרן נאָך שווערער צו פאָרן קיין אויסלאנד. איך האָב זייער ליב מײַנע קינדער, אָבער מײַן לעבן אָן ייִדיש איז געווען זייער שווער פאר מיר. איך בין געווען זייער אומעטיק.
אין 2102-3102 יאָר האָב איך געשריבן טעקסטן פאר עטלעכע ביכער וועגן ייִדן אין יאפּאן. אין 4102 יאָר האָב איך פּובליקירט מײַן דאָקטאָר-ארבעט אין יאפּאניש. אין אָנהייב פון 6102 יאָר האָט א לעקטאָר פון טאָקיִאָ אוניווערסיטעט פאר אויסלענדישע לימודים (SFUT) מיך געפרעגט צו לערנען ייִדיש אינעם איניווערסיטעט. פארשטייט זיך, אז איך האָב געזאָגט ”יאָ“!

אין SFUT האָב איך געהאט 92 סטודענטן, וועלכע האָבן געוואָלט לערנען זיך ייִדיש! מיר האָבן געלערנט אלף-בית — די סטודענטן האָבן געהאט הנה! און איך בין געווען זייער צופרידן! די סטודענטן האָבן געמאכט פארשיידענע אויספאָרשונגען דורכן אינטערנעץ, דערנאָך האָבן זיי געגרייט פּרעזענטאציעס מיט TNIOPREWOP. עס איז געווען זייער אינטערעסאנט!

מיר האָבן גערעדט מיט בלה בריקס-קליין (זי איז פון ארבעטער-רינג, טל-אביב) דורכן סקײַפּ. די סטודענטן האָבן געקענט הערן די לעבעדיקע שפּראך גראָד פון ישראל. זיי האָבן פארשטאנען, אז א שפּראך קען פארבונדן די מענטשן איינער מיטן אנדערן.
ווען מיר האָבן פארענדיקט דעם קורס, האָבן מײַנע סטודענטן מיך געפרעגט, צי עס וועט זײַן א פאָרזעצונג, צי וועלן מיר זיך באגעגענען אינעם נײַעם לערן-יאָר. איך האָב געענטפערט, אז איך ווייס נישט. אָבער דער אוניווערסיטעט האָט אזעלכע פּלענער — פאָרזעצן אונדזער ייִדיש-קורס און געבן די סטודענטן א מעגלעכקײַט צו באקענען זיך מיט אָט דער שיינער שפּראך“.

Шолом фун Япан

И подумать никогда не могла, что поговорить с очаровательной японкой по имени Сатоко Камошида мне поможет идиш. Исключив из наших диалогов мои вопросы, я оставляю читателям лишь то, о чем поведала моя собеседница. Скажу только, что познакомились мы с ней на языковых онлайн-курсах бывшего биробиджанца Николая Бородулина. Из Нью-Йорка он год за годом объединяет энтузиастов идиша, живущих в разных точках мира. И теперь мы вроде как одна семья. И я скучаю по Сатоко и двум ее милейшим деткам, которые перед началом занятий застенчиво прижимались к маме и приветствовали нас из Токио – «Шолом!».
Может быть, кому-то из вас удастся понять, откуда у неевреев такая любовь к идишу, и почему в главном университете Японии – одном из лучших университетов мира – его с удовольствием изучают, а в базовом вузе Биробиджана этот язык вытравили

«Все задают мне один и тот же вопрос, но нет, еврейских корней у меня нет. А как начался мой роман с идишем? Степень бакалавра я получала в университете Васэда (филологический факультет) в Токио. Здесь кроме английского языка мне нужно было учить немецкий, французский, китайский или русский. Я выбрала немецкий – в том числе потому, что мой преподаватель истории в старшей школе в префектуре Сидзуока тоже учил в этом университете немецкий язык.

Языками заинтересовалась еще в школе, читала много книг на эту тему. Одна из них называлась «Язык и государство». Так вот, когда я уже была студенткой, встретилась с ее автором. Его зовут Кацухико Танака. В универе я посещала его лекции, а после занятий мы со студентами часто оставались и обсуждали с профессором проблемы социолингвистики.

После окончания университета я все еще не знала, чем конкретно хочу заниматься. С этим вопросом я обратилась к Кацухико Танака, а он дал мне совершенно неожиданный совет: «Начни учить идиш».

Легко сказать! Мне нужен был хороший учебник, где теория была бы изложена хотя бы на английском языке. К счастью, такие учебники существуют – спасибо их создателям! Я выбрала «Колледж Идиш» Уриэля Вайнрайха, и, должна признаться, этот язык совершенно меня очаровал и очень заинтересовал. Но продолжать знакомство с ним мне все же хотелось на профессиональном уровне и в компании с другими студентами-идишистами.

В это время Кацухико Танака преподавал в университете Чукио (префектура Айти), и я решила поступить туда, чтобы получить магистерскую степень. Но тут со мной случилось то, что называется еврейским счастьем – мой профессор, чьими книгами об идише я зачитывалась, сказал, что вряд ли сможет мне помочь в дальнейшем знакомстве с этим языком. Я была очень огорчена и не знала что делать.

А знаешь, что нужно делать, когда не знаешь, что делать? Нужно спросить Гугл. И он таки мне ответил: «Идиш. Летняя программа. Нью-Йорк. Вильнюс». Летняя школа идиша, которую предлагал ИВО (Идише Висншафтлэхэ Организацие – еврейский научный институт – прим.) была мне не по карману (да и сейчас это дорогое удовольствие для меня), поэтому я отправилась в Вильнэ (Вильнюс, идиш – прим.). Здесь я встретила массу замечательных людей, которые стали моими друзьями и наставниками в языке.

Меня часто спрашивали: «Ты еврейка?». «Нет», – отвечала я. И тогда незамедлительно следовал второй вопрос: «А почему ты учишь идиш?». И я неизменно отвечала: «Потому что это очень интересно». Это же так просто – я не понимаю, как идиш может не нравиться. Это оригинальный язык, со своей богатой культурой, историей, со своими смыслами. Меня интересовали взаимоотношения между людьми, языком, обществом. Я видела, что идиш близок к немецкому, и в то же время он абсолютно другой – чтобы понимать идиш, надо знать еврейскую культуру, еврейский народ. И теперь у меня появилась такая возможность.

Участницей летней идиш-программы в Вильнюсе я была дважды – в 2003-м и 2004 годах. После этого я смогла написать свои магистерские тезисы, а вскоре – в 2005 году – защитила магистерскую диссертацию в университете Токио.

В этом же году решила продолжить изучение языка в Израиле – и получила стипендию от израильского правительства на 2006–2007 годы. В Израиле я познакомилась с профессором Йехиэлем Шейнтухом, моим учителем идиша стал Ханаан Бордин. Литераторы Мириам Трин и Элиэзер Ниборский проводили для нас уроки чтения. Мне по-настоящему посчастливилось встретить прекрасных людей из мира идиша, и я не упускала возможности как можно лучше узнать этот язык. А попутно, находясь в Израиле, я начала учить и иврит. Это было очень нелегко, но я понимала, что иврит – это еще один ключик к пониманию идиша.

В 2008 году я вернулась в Японию и начала писать докторскую диссертацию. Мне было невероятно трудно. Скажу даже, что временами я переставала чувствовать себя японкой. Все это совпало с другими серьезными событиями. В 2009-м у меня родился сын, и выезжать за рубеж на учебу я не могла больше года. В 2011-м в Японии произошло крупное землетрясение. В течение долгого времени нас трясло каждый день, наша жизнь и наши чувства как будто перестали нам принадлежать.

В декабре 2011 года я получила докторскую степень. А в 2012-м в нашей семье случилось прибавление – у меня родилась дочь. Мечты о том, чтобы продолжить учебу за рубежом отодвигались все дальше. Я люблю детей, но без идиша мне плохо.В 2014-м я опубликовала на японском языке свою докторскую работу, а в начале 2016 года Токийский университет иностранных исследований (сокращенно TUFS – прим.) предложил мне преподавать там идиш.

Токийский университет
Токийский университет

Надо сказать, что этот язык не из самых востребованных в Японии. Но и у вас, и в других странах, я знаю, дело обстоит ничуть не лучше, ведь так? Поэтому, получив приглашение от TUFS, я была на седьмом небе от счастья. В Токийском университете иностранных исследований изучают языки мира. Студентам, которые в будущем станут высококлассными специалистами и будут заниматься престижной работой, важно знать и такой язык как идиш. Для самого идиша, для его существования важен тот факт, что его изучают в главном университете Японии. А для меня важно, что мои знания оказались востребованы. Ну и не будем забывать о CV и гелт – все совпало!

Долгие годы я мечтала преподавать идиш в Японии, и когда у меня появилась такая возможность, я поняла, что должна знать его еще лучше. Я написала сообщение в «Понэмбух» («Фейсбук» – идиш, прим.) и мне ответил профессор Авром Лихтенбойм из Буэнос-Айреса. Он посоветовал пройти в языковые онлайн-курсы, которые проводит организация Арбетер-ринг. Здесь мы с тобой и познакомились!

Я решила участвовать в двух программах Арбетер-ринг – и в это же время вела свои занятия в TUFS. Получалось, что трижды в неделю у меня были идиш-курсы! Это было одновременно тяжело и так прекрасно!

На курсах, которые вел Николай Бородулин, мы узнавали о том, как живет идиш сегодня, а Авром Лихтенбойм рассказывал нам о идишской литературе и евреях Восточной Европы. Я получала невероятное удовольствие и каждый раз рассказывала об этом своим студентам (и им это тоже очень нравилось).

Когда я училась в школе, нам говорили о Холокосте, мы время от времени слышали какие-то новости из Израиля, но ничего не знали о еврейской культуре, языках, о том, чем живет еврейский народ. Как раз это и представляет для меня огромный интерес.

В TUFS весной этого года у меня было 29 студентов. В этом университете, как я уже сказала, студенты изучают различные языки – немецкий, польский, французский, итальянский, английский, русский, китайский, урду, монгольский, литовский…

Идиш здесь – не обязательный для изучения язык, но количество студентов, проявивших к нему интерес, говорит само за себя. Японские парни и девушки изучают алеф-бейс, я вижу, что им это нравится, – и я счастлива.

Мои студенты проводили исследования, связанные с идишем, а затем делали видеопрезентации. С помощью Скайпа я организовывала видеосвязь с Бэлой Брикс-Кляйн – идишисткой и одной из руководительниц Арбетер-ринг в Тель-Авиве. Живой идиш, прямо из Израиля, звучал в нашей аудитории, в Японии, – и мои студенты понимали, как с помощью этого языка люди из разных, по сути, миров могут общаться друг с другом! А еще мы готовили блюда еврейской кухни – йойх мит локш (бульон с лапшой), латкес и иерусалимский салат (салат, правда, не «идишское» блюдо, но было вкусно).

По окончании курса мои студенты спросили меня, продолжим ли мы знакомство с идишем в следующих семестрах. Я ответила, что не знаю, но пока планы у TUFS такие – весной 2017 года продолжить мои идиш-курсы. А тем временем я должна искать другой парносэ, как говорят евреи.
Кроме преподавания занимаюсь переводами – с немецкого, английского и иврита. Иногда удается немного заработать на этом. Занимаюсь также исследовательской работой, но она не оплачивается. Иногда пишу тексты для журналов, но на этом точно не разбогатеешь. А деньги мне нужны – я очень хочу продолжать изучать идиш!».


Записала Елена Сарашевская

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

5 × три =