А еще был случай…

А еще был случай…

Необыкновенные приключения мальчишки из нашей типографии

Кто умеет в буднях быть счастливым,

Тот и впрямь счастливый человек.

Эдуард Асадов

(Продолжение. Начало в № 30)

А еще был случай

Мазурики уходят в дембель

Была у меня замечательная авторучка. Трофейная. Мне привезли ее в подарок с фронта. До того я всю жизнь писал пером, которое называлось «86». Макал его в чернильницу. А тут новенькая, блестящая самописка – хоть возьми и полижи. С золотым пером и таким же золотым зажимом для кармана.

Вспомнил я о ней потому, что в первые дни в Хабаровске собрался в театр. А как иначе? В больших городах люди всегда ходят в театр. Принаряжаются и ходят.

С нарядами, правда, у меня дело обстояло неважно. За войну мы ничего нового не покупали. Наоборот, несколько раз выскребали, что могли, и отдавали в помощь фронту.

Теперь я оставался в потрепанном костюме, в каких-то опорках на ногах да в латаной рубашке. Жаловаться было нечего – все тогда жили очень бедно. Да об этом и не думалось – привыкли, присмотрелись.

Словом, собрался я в театр. Посмотрел на себя критически в зеркало и вспомнил об авторучке. Подумал: она украсит пиджак и отвлечет внимание от безобразных брюк.

Пристегнул ее в наружный карман, и она действительно засияла у меня на груди.

В театре я с гордостью поглядывал на нее, расхаживая по фойе. Заметил, что многие пришедшие в театр одеты не лучше меня. Правда, встречались и принаряженные, хорошо пахнущие, но их можно было по пальцам пересчитать.

В какой-то момент бросил взгляд на собственную грудь и вижу – ручки на месте нет. Я забеспокоился, поспешил к своему месту в зрительном зале, принялся искать под креслами – ручки нигде не находилось.

Для меня это было равносильно катастрофе. Расстроенный почти не спал ночью – мысленно оплакивал утрату.

Наутро пришел на работу. Мои мазурики сразу заметили, что я не в себе, и спросили:

– Что-то случилось?

Рассказал им о ручке и о том, как она пропала.

– Может, стащили? – посмотрел я на ребят. – Слушайте, у вас, возможно, есть какие-нибудь знакомые в этой среде. Поспрашивайте, а вдруг кто знает? Я им деньгами смогу отдать…

 


Сострадание есть высочайшая форма человеческого существования.

Ф. Достоевский


 

Я показал парням их линотипы – каждому свой. Усадил за клавиатуры и дал задание на всю неделю: узнать, где какие буквы находятся, и приучать к ним пальцы, чтобы чуткими становились и сами дорогу узнавали.

Вернулся на свое место и только успел включить машину, ко мне подошла девушка из администрации.

– Позвонили из редакции «Тихоокеанской звезды». Просят зайти к этому человеку, – она протянула записку. – Там и адрес.

– Когда зайти?

– Сейчас.

– А работа? У меня набор в текущий номер газеты.

– Я спросила на верстке. Сказали, ничего срочного нет. Можешь идти.

– Не знаешь зачем?

– Они не говорили.

Я пошел по адресу. В голове стучал молоточек: «Я знал, что будут ругать. Зачем вызывают – домой отошлют?».

Шел-шел и к своему удивлению пришел к родному общежитию. Оказалось, оно стоит во дворе редакции. Вошел в здание, нашел человека по записке.

– Как поживаешь? – спросил он.

– Хорошо. Осваиваюсь.

– Знаю. В общежитии устроился. Не обижают?

– Нет, люди хорошие.

– А с питанием как?

– Хлеб по карточке. А остальное…… За войну привык……

– Пора отвыкать. Знаешь, зачем я тебя позвал?

– Ругать будете?

– Да нет, ругать не за что. Наши метранпажи тебя хвалят. А дело у меня к тебе вот какое. Напротив твоего дома есть столовая. Мне кажется, она без вывески, но найти можно. Как раз напротив твоего дома. Вот  возьми письмо и передай его заведующей.

– А что потом?

– Как что потом? Потом у тебя каждый день будет еда, и ты начнешь забывать свои военные привычки.

– А хлебные карточки? Они у меня останутся?

– Конечно, останутся. Это к ним приварок……

– Можно, я туда в перерыв зайду? Сейчас у меня газета, набор в номер.

– Конечно. Только не откладывай. Смотри, голодным останешься……

В обеденный перерыв понес письмо в столовую. Помещалась она в деревянном доме через неширокую улицу от моего общежития. Вывески и впрямь не было. Я вошел в небольшой зальчик с парой столов и буфетной стойкой. За ней виднелась кухня.

Повариха увидела меня, заулыбалась:

– Проходи, мальчик, смелее. Ты чей?

– Как это чей? – растерялся я.

– Кому ты обед берешь?

– Себе……

– Как себе? Да ты знаешь, чья это столовая?

– Нет……

– Это столовая краевого комитета партии. Так что ты, считай, не дорос для себя обеды получать. Ну  какой ты начальник?

– Да не знаю я ничего. Меня сюда прислали……  С письмом……

Повариха что-то прокричала во весь голос – позвала кого-то. Пришла, как я понял, заведующая.

– Посмотрите, какой к нам кучерявенький красавчик пришел!

Заведующая подошла ко мне.

– Зачем пришел?

– У меня письмо. Сказали, чтобы я пришел по этому адресу.

– Давай, посмотрим.

Заведующая прочла, посмотрела на меня внимательно и сказала:

– Письмо из крайкома. Берем этого человека на учет.

– Кого? – всполошилась повариха. – У нас же только большие люди обедают. А он? От горшка два вершка. Слушай, паренек, ты начальник чего?

– Да ничего! И никакой я не начальник. Меня прислали в Хабаровск в типографию. У них газету набирать некому……

– Какую газету?

– «Тихоокеанскую звезду»……

– Ну  раз из крайкома письмо прислали, будем считать тебя большим человеком. Давай посуду.

– Ничего у меня нету……

– Может, сейчас поешь?

– Спасибо, – заулыбался я.

Мне налили тарелку супа, и я начал с жадностью его уплетать. Повариха стояла надо мной и говорила:

– Найди где-нибудь судки. Это кастрюли такие – одна на другую ставятся для переноски. А то сколько в тарелку нальешь? Разве тебе хватит? Вон худющий какой…… Был бы судок, я бы тебе лишний черпачок и плеснула.

…Я вернулся на работу и поспешил к моей соседке – ученице в нашем цехе.

– Срочное дело. Найди подругу и подойдите ко мне. Там и расскажу.

Девочки пришли. Я рассказал им о вызове в редакцию, о письме, буржуйской столовой и о том, что нужны судки. Повариха обещала плеснуть туда больше, чем в тарелку.

– Нам на троих хватит. Но надо срочно найти эту посудину. Тогда завтра все будем с обедом. Подумайте, пошустрите. Деньги я найду. А может, кто из местных, типографских, даст на время.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *