А.Василевский: «О возможности такой войны я был осведомлен»

А.Василевский: «О возможности такой войны я был осведомлен» - Через Большой Хинган

из открытых источников

Через Большой Хинган

70 лет назад, 8 августа 1945 года, по всей линии государственной границы с Маньчжурией и Китаем начался штурм укреплений Квантунской армии милитаристской Японии, а затем и полный разгром самой крупной группировки японских вооруженных сил.

Свидетелями этого штурма, который начался глубокой ночью с восьмого на девятое августа, стали жители всех приграничных поселений Приамурья и Приморья. В нашем железнодорожном поселке Ружино Приморского края, наверное, в ту ночь  никто не спал, и все его жители были на улицах, получив извещение от местных властей об ожидаемом артиллерийском обстреле японских позиций. Мне было тогда девять лет, и до сего дня отчетливо помню момент начала штурма. Ружино находилось примерно в трех-четырех километрах от границы. И когда одновременно ударили сотни орудий, разрывы снарядов превращались в оглушительный грохот, небо над горизонтом заполыхало плотной стеной огня…

Отчетливо запомнилось всеобщее ликование взрослых и детей. Из тех дней остался в памяти эпизод налета японских самолетов на наш железнодорожный мост через реку Уссури. Несколько бомб упало в реку, однако они не нанесли ущерба, а бомбардировщиков отогнали наши истребители, поднявшиеся в воздух с аэродрома, который находился сразу за поселком. Вот и все, что сохранила  память о войне с Японией 1945 года. А о том, что предшествовало этому событию, рассказывают документы.

«У нас имелись свои интересы»

Обратимся к мемуарам маршала, дважды Героя Советского Союза Александра Василевского. Они опубликованы в его книге «Дело всей жизни».

«То, что мне придется ехать на Дальний Восток, я впервые узнал летом 1944 года. После окончания Белорусской операции И.В. Сталин в беседе со мной сказал, что мне будет поручено командование войсками Дальнего Востока в войне с милитаристской Японией. А о возможности такой войны я  был уже осведомлен в конце 1943 года, когда возвратилась советская делегация во главе с И.В. Сталиным с Тегеранской конференции. Мне было тогда сообщено, что наша делегация дала союзникам принципиальное согласие помочь в войне против Японии. 

Но для вступления в войну с Японией у нас имелись и свои жизненные интересы. Японские милитаристы многие годы вынашивали планы захвата советского Дальнего Востока. Они постоянно устраивали военные провокации на наших границах. На своих стратегических плацдармах в Маньчжурии они держали крупные военные силы, готовые к нападению на Страну Советов. Ситуация особенно обострилась, когда фашистская Германия развязала разбойничью войну против нашей Родины.  Япония лишь выжидала момента для развязывания войны против Советского Союза. Для борьбы с агрессором нам до зарезу нужна была каждая свежая дивизия, а мы держали и не могли не держать на Дальнем Востоке несколько армий в полной боевой готовности.

И.В.Сталин повседневно интересовался всеми сведениями о действиях нашего восточного соседа и требовал от Генерального штаба самых подробных докладов на сей счет. Мы видели, что даже тогда, когда Япония втянулась в войну с США и Англией на Тихом океане и стала терпеть поражения, перешла к оборонительной стратегии, ее руководители не сделали ни единого практического шага к сокращению своих войск в Маньчжурии и Корее. Ликвидация очага войны на Дальнем Востоке являлась для нас делом государственной и общенациональной важности.

Союзники признавали решающее значение вступления СССР в войну против Японии. Они заявляли, что только Красная Армия способна нанести поражение наземным силам японских милитаристов».

Несмотря на упорное сопротивление квантунцев, эта группировка, в которой находилась треть всего состава сухопутных войск Японии, была разгромлена всего за шесть дней. Перед лицом неминуемого военного поражения 14 августа правительство Японии приняло решение  капитулировать. Локальные очаги сопротивления отдельных частей противника подавлялись еще несколько дней.

Родина достойно оценила подвиг своих сынов. 93 воина стали Героями Советского Союза, а шестеро из них удостоены этого звания во второй раз. 308 тысяч человек получили ордена и медали. Многим соединениям и частям присвоены почетные наименования: Уссурийских, Харбинских, Амурских, Хинганских, Порт-Артурских. Всем участникам войны с Японией была вручена медаль «За победу над Японией».

Окончание войны на Дальнем Востоке спасло от гибели сотни тысяч американских и английских солдат, избавило миллионы японских и корейских граждан от неисчислимых жертв и страданий и предотвратило дальнейшее истребление и ограбление японскими оккупантами народов Восточной и Юго-Восточной Азии.

Это был геноцид

Вторгшись на территорию китайской Маньчжурии, японцы создали здесь марионеточное государство Маньчжоу-Го. Укрепившись в нем, в 1937 году развязали агрессию против собственно Китая. Действия Вооруженных Сил СССР спасли Китай от полного разгрома. Всего же по итогам войны китайские источники приводят цифру в 35 млн — общее количество потерь (вооруженные силы и гражданское население). К местному населению применялась тактика террора и геноцида. Показательным примером этого служит Нанкинская резня 1937 года. Согласно документам и записям, японские солдаты убили более 200 тысяч гражданских лиц и китайских военных в 28-ми массовых бойнях, а еще, по крайней мере, 150 тысяч были убиты в отдельных случаях. Максимальная оценка — 500 тысяч человек. Также в это время были характерны бесчеловечные опыты над военнопленными и мирным населением (китайцами, маньчжурами, русскими, монголами, корейцами) при создании бактериологического оружия.

Как это происходило, было озвучено на так называемом Хабаровском процессе 1949 года. К ответственности была привлечена большая группа японских военных. Вина их была полностью доказана, они были признаны виновными и приговорены к длительным срокам лишения свободы.

К пленным японцам мы относились без ненависти

Совсем другие отношения к себе испытали военнопленные Квантунской армии, которых начали ввозить на территорию нашей страны уже в конце августа 1945 года. Большая группа военнопленных была помещена в лагере поселка Ружино. Они работали на ремонте внутрипоселковых дорог, на строительстве жилья и производственных объектах, убирали на полях урожай овощей и картофеля. При этом охрана военнопленных на работах была практически символической — в лице одного вооруженного красноармейца. А дисциплину и порядок в рабочих   командах осуществляли пленные офицеры низшего и среднего ранга японской армии. При этом они были в своей военной форме со знаками различия.

Естественно, мы, мальчишки, проявляли интерес к военно-пленным. Меняли початки кукурузы или кое-какие овощи на пакет галет из рисовой муки, небольшие мешочки с круглыми цветными конфетами типа нашего горошка, а также шикарные тетради из мелованной бумаги, тонкие карандаши. Особым спросом у японцев пользовались лягушки. На этот «бартер» между пленными и пацанами конвой смотрел сквозь пальцы.

В августе-сентябре того же года примерно тысяча пленных японцев была доставлена и на территорию Еврейской автономной области. Они работали на различных  объектах областного центра под руководством мастеров и прорабов треста «Биробиджанстрой». Ими была проложена автомобильная дорога между Облучьем и зарождающимся комбинатом «Хинганолово». Японцы работали в поселке Бира, на реконструкции участка железной дороги Известковая-Кульдур, участка автодороги Биробиджан-Ленинское.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *