Африканское солнце для солнца русской поэзии

Африканское солнце для солнца русской поэзии - Памятник А. С. Пушкину в Асмэре (Эритрея). Скульптор Николай Кузнецов-Муромс

Фото из Википедии

Памятник А. С. Пушкину в Асмэре (Эритрея). Скульптор Николай Кузнецов-Муромс

6 июня — 220 лет со дня рождения А.С. Пушкина

Где б ни был я…

Как известно, сам Пушкин никогда за границей не был. Кроме турецкого Эрзерума, занятого в ту пору русской армией. Но как бы в упрёк тем, кто обеспечил самому известному русскому поэту столь незавидный факт в биографии, памятники ему установлены, можно сказать, по всему миру: от Европы до Азии, от Америки (Северной и Южной) до Африки. Не знаю уж, как на счёт Австралии, но точно памятников А.С. Пушкину нет только в Антарктиде. А во многих странах пушкинских памятников и памятных знаков даже не по одному.

В журнале «Временник Пушкинской комиссии» (Спб.: Наука) в 1993 году вышла статья А.Д. Гдалина,
Г.А. Дровенникова и И.Д. Попелюхера «Памятники А.С. Пушкину: Материалы к аннотированному каталогу». Авторы попытались пересчитать заграничные памятники великому русскому поэту. Есть там информация и о первых монументах Александру Сергеевичу.

«Впервые памятник Пушкину за рубежом был установлен в Италии вскоре после его смерти. В 1837 г. в парке римской виллы З.А. Волконской поставили античную беломраморную стелу с высеченной надписью «А. Пушкин», — говорится в статье. Это было сразу в год его гибели!

А, например, в США памятник Пушкину установлен в 1941 году в городе Джексон, штат Нью-Джерси. Так русские американцы в годину тяжелейших для оставленной Родины испытаний напомнили себе и своим потомкам о своих корнях и о том, что такое долг чести.

Русские эмигранты в Китае близость исторической родины лучше ощущали во всех смыслах. Их община была тесней и сплочённей, на средства «русских китайцев» памятник Пушкину был установлен в Шанхае в 1937 году — в год столетия его безвременной гибели. Но, к сожалению, дважды сносился: японскими оккупантами и воинствующими хунвейбинами в годы «культурной революции».

Распад СССР автоматически значительно «увеличил» число зарубежных памятников «солнцу русской поэзии», поскольку таковые имелись во многих советских республиках.

Итак, 26 лет назад за «настоящим» рубежом авторы исследования сумели обнаружить одиннадцать памятников великому поэту России. Сейчас в открытых источниках, банально с помощью Интернета, можно отыскать сведения, наверное, о минимум полусотне памятников Александру Сергеевичу. Некоторые из них не пережили исторических бурь, некоторые были восстановлены. Иногда один и тот же памятник восстанавливали по нескольку раз! Безумные политики, они ведь приходят и уходят, а пушкинская слава остаётся…

Правнук и прадедушка: «под небом Африки»

В дальнем зарубежье больше всех оснований установить памятник         А.С. Пушкину на своей земле имеет, пожалуй, Эфиопия. Во всяком случае, сами  эфиопы так считают. В биографии Абрама Петровича Ганнибала, довольно неполной и более известной в пересказах и выписках, есть упоминание об Абиссинии как о родине. Абиссинией до 30-х годов ХХ века называли Эфиопию.

Памятник А. С. Пушкину в Адис-Абебе (Эфиопия). Скульптор А.М. Белашовкий

Аналогичное мнение — мол, «Пушкин — наше всё» — высказывают и в Эритрее, в 1993 году отколовшейся от Эфиопии. В обеих африканских странах царит настоящий культ Пушкина. Многие простые жители уверены, что Саша (так его и называют!) когда-то уехал учиться в Россию и стал там самым знаменитым поэтом. А один студент из Аддис-Абебы рассказывал журналисту «Аргументов и Фактов», что его бабушка считает Пушкина… святым. Эфиопская ортодоксальная церковь довольно близка к православию. Что же удивительного, что такой талант и на севере стал своим человеком?

В биографии Ганнибала есть уточнение: север Абиссинии — это на границе с Камеруном и Чадом. Эту идею высказывал ещё писатель Владимир Набоков, а недавно её подтвердили исследования выпускника Сорбонны, бенинского слависта Дьёдонн Гнамманку, автора книги «Абрам Ганнибал» из серии «Жизнь замечательных людей».

В XVIII веке там располагался султанат Логон, вассальный Турции. Именно потому маленький африканец примерно девяти лет от роду и его брат попали в Турцию в качестве заложников лояльности их отца далёкому сюзерену. В Константинополе русский посол выкупил их и привёз в Россию.

Мальчики были крещены в православие, отчество Петрович было даровано каждому в честь крестника — царя Петра Первого. Ибрагим без затей был превращён в Абрама (библейский аналог Ибрагима), а его брат — в Алексея Петровича, невольно став тёзкой… старшего и нелюбимого сына царя. Может, потому его российская карьера и не заладилась — этот Алексей Петрович всю жизнь прослужил гобоистом в полковом оркестре.

А вот младший Ганнибал, уверявший, что его род ведёт начало от знаменитого карфагенского полководца (а исторический Карфаген населяли представители семитского народа!), успешно пошёл по военной линии. Впрочем, относительно успешно.

Его отправили учиться военному делу во Францию, где Абрам Петрович дослужился до капитана, но по возвращении в Россию был принят на службу инженер-поручиком, поскольку капитаном в подразделении формально числился… царь Пётр. А выше царя быть не моги!

Потом наш герой вздумал присоединиться к партии офицеров, указывавшей на злоупотребления петровского фаворита Александра Меньшикова. Терпеть того не стали, строптивца арестовали и сослали в Сибирь. Через год решили, что при дефиците образованных кадров такое «сидение» казне невыгодно, и назначили его… майором в тобольский гарнизон, опять же в Сибири. А через девять месяцев наш герой вторично вышел в капитаны…

Несмотря на такие перипетии, военная карьера африканца на русской службе в итоге оказалась весьма успешной — он стал  управляющим Инженерной частью всей России, управлял строительством и содержанием Кронштадтского канала, основал госпиталь для рабочих на канале, а в Кронштадте — школу для детей рабочих и мастеров. Награждён орденами Св. Анны и Св. Александра Невского. В отставку вышел генерал-аншефом. Этот чин соответствует современному генералу армии — последний генеральский чин перед фельдмаршалом!

Все славные потомки

У «главного» из российских Ганнибалов было в двух браках одиннадцать детей, но до взрослых лет дожили четыре сына — Иван, Петр, Осип, Исаак. Иван тоже отличился по военной линии — участвовал в морской экспедиции: взял Наварин, отметился под Чесмой (это были славнейшие сражения русского флота в «золотом веке» Екатерины II), а после по указу императрицы проводил строительство города Херсона (1779 — ещё повод для маленьких торжеств!). И также дослужился до генерал-аншефа!

Осип Абрамович (родной дед поэта А.С. Пушкина) служил в морской артиллерии и вышел в отставку в чине капитана 2-го ранга. В дальнейшем он был заседателем Псковского совестного суда, советником наместнического правления и Санкт-Петербургского губернского правления.

Можно с уверенностью говорить минимум о трёх Ганнибалах и их потомке Александре Пушкине как примерах наиболее успешной карьеры африканцев в Европе по сей день. И, пожалуй, упущение с нашей стороны, что образы Абрама и Ивана Ганнибалов не «распиарены» усилиями отечественных дипломатов в Эфиопии и странах Африки вообще в той же мере, как образ поэта Александра Пушкина.

Впрочем, был бы человек хороший, а повод памятник воздвигнуть всегда найдётся. Групповой памятник генералов Ганнибалов был бы отличным символом перспективности близких связей африканских стран с Россией.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *