Без пяти годов век

Вчера, 29 октября, свое 95-летие отметил Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодежи (ВЛКСМ) 

Бескорыстный авантюризм

Валерий Гершкович, председатель Дома ветеранов Биробиджана, бывший начальник отдела культуры мэрии Биробиджана, бывший член бюро райкома ВЛКСМ: 

— После «учебки» я попал на базу соединения атомных подводных лодок в Большом Камне в Приморье и вместе с четырьмя другими моряками-«срочниками» входил в состав комитета комсомола части. У меня было основное комсомольское поручение — организация и проведение отдыха команд кораблей, культурно-массовая работа и связь с семьями военнослужащих. Этот опыт здорово пригодился потом на «гражданке» — я большую часть времени работал в тесной связке с учреждениями культуры. 

Как-то наш секретарь партийной организации капитан 2-го ранга Журавлёв вызвал меня и доверительно так говорит: «Ждём проверяющих в часть, а у офицерской столовой неприличного вида огромная яма. Сынок, надо постараться её до проверки засыпать. И так аккуратно засыпать, словно и не было её и цветы там всю жизнь росли».

А времени на всю работу — ночь одна, на следующий день проверяющие прибудут! Капитан, конечно, пошутил насчёт клумбы, а я думаю: «А почему бы и нет? Надо попробовать!»

Выбрал в помощь ребят надёжных, навалились мы с лопатами и к вечеру яму засыпали. Ночью же… выкопали цветы с одной из клумб в посёлке, в 12 километрах от части, доставили цветы на место и посадили! Утром команда «Подъём!», часть выбегает на зарядку, а на месте прежней ямы — пышная клумба!

Конечно, наша авантюра со срезанной клумбой не осталась незамеченной, из посёлка пожаловались на похищение цветов, я покаялся: мол, моя идея, зато вышло так здорово. Офицер меня понял, и хотя вкатили мне за инициативу выговор по комсомольской линии, вскоре всех нас четверых землекопов-«озеленителей» поощрили десятью сутками отпуска! Ну много ли счастья солдатику надо?!

С факелами за БТРом, шагом марш!

Валентина Васильевна Бородина (Ерёменко) — комсорг класса школы № 1, секретарь комсомольской организации цеха на Биробиджанской чулочно-трикотажной фабрике, зам.директора по учебно-воспитательной работе в ПТУ-38 (ПУ-4):

11— Меня принимали в комсомол в год 50-летия ВЛКСМ — 29 октября 1968 года. 

Но юбилейные торжества не ограничились вручением комсомольских билетов. Вручались почётные грамоты комсомольцам-передовикам производства,  а ещё для нас было устроено факельное шествие как часть юбилейных мероприятий.  Полторы тысячи человек шли маршем из Валдгейма с оркестром, впереди и позади колонны — милицейские автомобили с мигалками, мы — с факелами в руках. В этой же комсомольской колонне —  военнослужащие срочной службы — отличники боевой и политической подготовки, а впереди — бронетранспортёр со знаменем областной комсомольской организации и три знаменосца в карауле у знамени с красными лентами через плечо.

Всех желающих для участия в этом факельном шествии не брали — ещё попробуй попади! 

Собрались мы для марша в Валдгейме в шесть вечера, а в Биробиджан пришли уж где-то в половине первого ночи. Почему так поздно? Задумка устроителей была такая, чтобы мы все одновременно с Москвой (из-за разницы во времени) услышали указ о награждении Всесоюзной комсомольской организации орденом Октябрьской Революции — только что учреждённой наградой (в конце 1967 года), второй по значимости после высшей награды страны — ордена Ленина. Вот так ощущалось комсомольское единство через время и пространство. (Сейчас бы сказали всё шло в режиме он-лайн, но духа события это не передаёт). 

И всё это было в наш единственный выходной — воскресенье. Утром мы пошли на работу, учёбу — и — ничего. Молодые были, заводные, горячие. 

Комсомол — долгий путь в милицию

Светлана Гоцуцова (Щербакова) — инструктор отдела по работе с учащейся молодёжью, пионерами и школьниками обкома ВЛКСМ, секретарь Биробиджанского горкома комсомола, подполковник милиции в отставке, в настоящее время – начальник отдела муниципальной службы мэрии Биробиджана:

— Так получилось, что работа с пионерией и комсомольская работа в моей жизни так тесно переплелись, что говорить об одной без упоминания другой невозможно.

Прививаемые нам в детстве и юношестве постулаты о любви и личной твоей полезности Родине принимались совершенно всерьёз. Поэтому служить в милиции я желала вовсе не из карьерных или меркантильных соображений, как многие молодые люди с  дипломами юриста сейчас, а потому, что буквально следовала девизу: «Сначала думай о Родине, потом — о себе». 

Но на учёбу в филиал юридического вуза принимали только с двухлетним стажем работы, а откуда он у меня? Вернулась домой в страшном расстройстве — теряю 12год, а может, и больше!

И тут приходит ко мне домой директор школы, в которой я училась, — Виктор Зиновьевич Чулдин. И говорит примерно так: «Ну что нос повесила? Иди к нам в школу работать старшей пионервожатой. Комсомол ведь — старший брат пионерии» Я стала старшей сестрой пионерам школы № 9, а затем и школы № 5. Вот там я развернулась со своей активностью — полторы тысячи учеников под рукой! Потихоньку набирала рабочий стаж, и мечты о милицейской службе не оставляла. 

Но в стране началась суровая борьба на предприятиях с «несунами» (хищениями продукции) и «летунами» (теми, кто часто менял место работы, нигде толком не работая). А я «под кампанию» со своим заявлением — проработав два года в школе, увольняюсь, хочу сменить профессию! Меня вызвали на бюро горкома комсомола: «В такое время бросаешь ответственный участок — 1500 человек пионерская организация! Тебе комсомол доверил, а ты что — «летун»?» Так задержалась в школе по комсомольскому поручению на семь лет. И ни о чём не жалею! Я старалась для учеников и сама для себя нашу жизнь и повседневные дела сделать интересными. Необходимо подростков хорошо понимать: знать, чем они живут, дышат. Надо крутиться среди них, быть старшей, но «своей». То, что сегодня является коммерческой услугой (те же Дед Мороз и Снегурочка на дом), мы — комсомольцы — делали бесплатно для детей наших сотрудников. 

Сейчас, наверное, это врастание в подростковый коллектив выглядит забавно: на пионерских мероприятиях  22-23-летняя девушка с красным галстуком на шее, в пилотке,  в белых гольфах, а то и с бантами, как все школьницы, в короткой синей юбке  перед строем подростков в такой же парадной форме. 

Только в 1991 году по рекомендации обкома комсомола (комсомольской путёвке) я поступила на работу в милицию! Получилось, комсомол в своё время туда меня не пустил, потом он же туда направил. 

В милиции я долгое время работала в подразделении по делам несовершеннолетних. Работа эта очень непростая. Но предыдущая работа с детьми, подростками  сказалась: я привыкла ко всяким неожиданностям с их стороны, привыкла быть загруженной, делать несколько дел одновременно и добиваться при этом результатов, находить подход к этой непростой публике. 

Иногда думаю: может быть, не так уж не правы были те люди, которые считали, что девчонке без жизненного и профессионального опыта в милицейской сфере делать нечего — пусть сама сначала немного повзрослеет.

Главная награда

Бывший заведующий лекторской группой, бывший  второй секретарь Биробиджанского райкома, бывший второй  секретарь обкома комсомола, бывший заместитель начальника политотдела управления внутренних дел, директор Биробиджанского филиала Хабаровской  государственной академии экономики и права Леонид Бенценович Рейдель о жизни, комсомоле и судьбе… 

— Совсем мальчишкой я пришел на завод «Дальсельмаш». Работал токарем и мечтал быть инженером. Был как все. Ну, может чуть идейней, чуть активней… В 1965 году на собрании цеховой комсомольской организации я удостоился чести быть принятым в комсомол. Волновался жутко! После гордился и комсомольским билетом, и званием комсомолец. И старался, старался быть лучшим во всем. И все получалось: и на заводе, и потом в техникуме, а после — в Политехническом институте. Весь учебный год – куча дел. А с наступлением лета – в стройотряд. 

Что мы только не строили – и школу в селе Биджан, и склады в Унгуне, и клуб в Башмаке, коровники, фермы. И семьи. Я ведь со своей женой познакомился в стройотряде. Учились мы на одном факультете, а заметил я её летом, на стройке, в строительном комбинезоне. Но как она штукатурила!  И я воспользовался «служебным» положением для знакомства. И вот уже  много лет для меня слова «комсомол» и «любовь» стоят рядом. У нас двое детей и  пятеро внуков – моя главная награда от комсомола.

Вообще, говорить о людях комсомола в прошедшем времени — неправильно. Почти все комсомольские лидеры, с кем я тогда работал, добились успеха, нашли себя в жизни и в новых обстоятельствах. Идеология ушла, а лидерство и активная жизненная позиция остались с комсомольцами на всю жизнь. 

Школа трудолюбия и оптимизма

13Андрей Петрович Дербенёв, первый секретарь Октябрьского райкома комсомола, в настоящее время — начальник Октябрьского  отдела судебных приставов:

— Комсомольцем я стал в 14 лет, когда учился в Благословенской средней школе. Так уж вышло, что активистом  был в её стенах, потом в Хабаровском политехническом институте. По распределению после окончания вуза  был направлен  в Амурский совхоз и в 1986 году  был избран  первым секретарем райкома комсомола.

В то время  основный упор  в работе с молодёжью делался на  создание комсомольско-молодежных полеводческих бригад и бригад по заготовке витаминно-травяной муки для нужд животноводства. Такие  коллективы успешно работали  почти во всех совхозах района. В Пузиновском совхозе  тракторно-полеводческую бригаду возглавлял, например, Василий Лунин, избранный позже делегатом ХХ съезда ВЛКСМ,   в Столбовском —  Михаил Кононов. Все бригады соревновались между собой. 

Ещё одним главным направлением в  работе комсомола  было развитие  спорта. Благодаря таким энтузиастам, как Олег Коган, Валерий Прокофьев, Сергей Богунов, Николай Прищепов, Олег Нисенгольц, Михаил Охлучин, Александр Стругачев, Юрий Гельфанд,  в Амурзете  часто проводились  спортивные соревнования по различным видам спорта  с участием команд  многих организаций и предприятий. 

Между прочим, комсомольцы создали в райцентре первое негосударственное предприятие — молодёжный кооператив! В маленьком ларьке возле универмага «Юбилейный» старшеклассники в обычной жаровне   пекли пончики, жарили шашлыки    и продавали их вместе с соками и газированной водой всем желающим. Многие ребята  в нем получили свою первую зарплату: 60 рублей за неделю — немалые деньги по тем временам, многие получали по 120 рублей в месяц…

Многие из тех комсомольских лидеров впоследствии  стали руководителями предприятий и  организаций района.  На собраниях, где порой  находилось место и критике, и жарким спорам, молодежь училась общаться между собой, отстаивать свое мнение.   Под влиянием комсомольских организаций ребята воспитывались и сплачивались. Вместе мы  участвовали  в субботниках, ездили  в гости  на подшефные заставы, ходили на митинги и праздничные демонстрации. Эта школа трудолюбия и оптимизма, думаю, очень многим помогла  найти свое место в жизни, не растеряться  в самые тяжелые времена. И сегодня, встречаясь с бывшими комсомольцами — Сергеем Кожаевым из Нагибово, Татьяной Коротченко, Татьяной Пельменевой, Андреем Слуцким, Андреем Гавриным, Таисией и Иваном Ганжа,  Татьяной Шелопугиной, Александром Залевским, Анатолием  Перминовым и другими,  я  вижу, что    каждый из них – личность, достойная уважения.

Нашли Сашу в капусте

Светлана Николаевна Латынникова, преподаватель физики Ленинской средней школы:

— Когда я в начале восьмидесятых годов после окончания Хабаровского пединститута приехала в Биджан, то, помимо уроков, вела различные кружки, а после того как меня приняли в члены КПСС — избрали секретарем парткома школы. Тут-то и пришло предложение от тогдашнего первого секретаря райкома ВЛКСМ Александра Винникова о переходе в районный орган молодежной организации. 

Как-то в середине октября мы поехали со старшеклассниками помогать селянам убирать капусту. К вечеру заготовили большой бурт, накрыли брезентом, развели рядом большой костер. Вскоре из большой кастрюли повалил пар, запахло наваристой ухой из свежепойманной рыбы. Тут же на перекладине забулькал закопченный объемистый чайник.

Настроение прекрасное. После сытного ужина — песни под гитару. Вспомнили Юрия Визбора, Владимира Высоцкого, конечно, очень популярную в то время «Песню о тревожной молодости», девчонок, что танцуют на палубе, геологов, «Там вдали за рекой», «Подмосковные вечера» …

Десятиклассник Саша Угрюмов решил наловить свежей рыбки, взял закидушки, ушел в темень на речку. Мы ждали автобуса, водитель которого обещал нас забрать. Приехал автобус, стали собираться, хватились, а Саши нет. Стали кричать, поярче развели костер, уже и автобусный свет фар направили на реку. Бесполезно. Ребята добрались до реки, нашли и вытащили пустые закидушки, обшарили прибрежные кусты. Около часа длились бесполезные поиски. 

Решили часть крепких ребят оставить на поле, остальным ехать, сообщать взрослым о происшествии, просить помощи. Водитель заглушил двигатель, чтобы долить воды. И тут мы услышали шум, как будто вдалеке работает трактор. Прислушались. Оказалось, шум доносится из-под брезента. Сдернули полог с капустного бурта, а там, на кочанах, мирно спал Саша. Ох, и досталось же ему от сверстников! Оказывается, он поставил закидушки и решил отдохнуть в ожидании улова. 

Официоз и глас народа

Светлана Бунакова семь лет работала секретарем горкома комсомола  и председателем совета Биробиджанской городской пионерской организации. 

В настоящее время она ведущий специалист-эксперт Управления ФССП России по ЕАО Курьёзов даже в такой серьезной организации, как комсомол, тоже хватало. 

Как-то пришел документ в ЦК партии и в комсомол, что мы теперь должны на торжественных мероприятиях обязательно петь советский гимн. То есть не просто под гимн стоять, а именно петь. Как раз торжественное мероприятие было — пленум. В президиуме — члены бюро, партийные работники, уважаемые люди. Пленум заканчивается, мы все встаём, звучат первые аккорды гимна, и мы должны запеть. А голоса-то или слуха ну ни у кого нет! 

Давид Вайсерман, как первый секретарь, запел первым — и «петухом» конкретно. Я тоже не слышу музыки, слышу только его и подпеваю из солидарности. Он слышит меня, и мы поём вдвоём и понимаем, что не попадаем даже в такт. И нас стало трясти от внутреннего смеха. Но смеяться было невозможно – гимн, аудитория… 

Мы слетели бы с работы, если бы не сдержались. Я смотрю — Давид красный весь, но тут весь  зал по нашему примеру подхватил-таки гимн, а там уже не было слышно друг друга. И смешно, и страшно было одновременно. 

Еврейский аккорд молодёжи

Директор издательского дома «Биробиджан» Александр Шлюфман свою комсомольскую юность не считает потерянным временем. По его мнению, это была пора и возможность каждому «строить» себя. Инициативные, деятельные люди могли применить свои организаторские, управленческие способности, которые в будущем пригодились в переменчивой жизни и стране. 

Комсомол в ЕАО не был лишен своего, местного колорита, придающего работе инициативной молодёжи свою  «изюминку»

— Было это в 1984 году. Я в ту пору «завяз» в комсомоле надолго: мне уже было 29 лет, я успел отслужить в армии, получить высшее образование, стал первым секретарем горкома. Эдакий «человек со знаком качества», как я тогда сам себя с юмором называл – молодой, с высшим образованием, еврей, да ещё и коммунист.

Мы готовили к 50-летию ЕАО слёт молодёжи в местах боевой, трудовой и революционной славы советского народа. Большое событие, и подготовка к нему была серьезной. В ходе напряжённой работы не обходилось и без забавных случаев, которые все потом долго вспоминали. 

Была у нас такая молодая девушка Ира Костюк, секретарь комитета комсомола горбыткомбината. В числе прочих задач к готовящемуся слету на ней лежало изготовление транспарантов с воззваниями и лозунгами на русском и идише. Когда приехали проверяющие их Хабаровска, они спросили: а вы правильность написания лозунгов на идише проверили, все ли там верно и грамотно? 

— Все верно, — ответила Ира. 

— А где проверяли? 

— В обществе слепых, — бесхитростно отвечает Ирина.

О, надо было видеть расширившиеся от удивления глаза проверяющих! И слышать спешное пояснение смущённого молодого секретаря горбыткомбината: в городском  обществе слепых работали несколько людей – бухгалтеров, других специалистов (зрячих, конечно, — они же работали с документами), которые хорошо знали идиш, могли спокойно на нём читать, писать и понимать. Они и выступили по просьбе секретаря «экспертами» в правописании на транспарантах…

В дни 50-летия ЕАО был впервые зажжен в городском сквере Победы огонь Славы (сейчас — Вечный огонь). Эскиз и макеты памятника-звезды выполнил Александр Шлюфман, саму конструкцию изготовила из металла бригада молодых сварщиков с завода силовых трансформаторов. Чуть позже в 1985 году на дверях многих квартир в Биробиджане и области появились заметные именные таблички из желтого металла с красными звездами «Здесь живет ветеран Великой Отечественной войны…». Инициативный секретарь горкома тоже приложил руку к их созданию. 

— Комсомол был замечателен тем, что был хорошо организованной общественной системой, в которой каждый знал, чем ему заниматься, и занимался этим серьезно и ответственно, – рассказывает Александр Мартынович. – В молодых людях было много искреннего желания что-то делать, к чему-то стремиться, добиваться. Этот некий общий стержень есть во многих моих земляках-биробиджанцах, друзьях, с кем я был в комсомоле вместе.

Воспоминания записали: Надежда Гришина, Алексей Зливко, Виктор Черненко, Олеся Прокопчук, Илья Липин, Виктор Антонов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *