Болезни «средней» зоны

Болезни «средней» зоны

Фото с сайта www.getbg.net

Леса центрального и южного Приамурья, в том числе и в Еврейской автономной области, уже более десяти лет считаются зоной средней лесопатологической опасности.

Особо плохими вещами такой статус не пугает, но показывает, что во многом от грамотной лесохозяйственной деятельности человека зависит здоровье наших зеленых массивов.

Болезни леса, так же, как и болезни человека, имеют свою цикличность, порог и время активности. Ежегодно в ЕАО проводится лесопатологическое обследование более ста тысяч гектаров земель Гослесфонда на наличие факторов, влияющих на состояние деревьев – возбудителей грибковых и бактериальных инфекций и насекомых-вредителей. Проводят его специалисты хабаровского филиала ФГУ «Лесозащита», которые потом выдают карту состояния здоровья лесов ЕАО.

— Реальные результаты, о которых можно говорить сегодня: порядка 27 тысяч гектаров лесов Гослесфонда в ЕАО имеют повреждения различного рода – от последствий пожаров до деятельности природных вредителей, – рассказывает заместитель начальника отдела защиты леса правительства ЕАО Олег Майзик. – И в 80 процентах эти повреждения нанесены пожарами, то есть деятельностью человека. Ведь следует понимать, что те леса, которые есть в ЕАО сейчас, формировались тысячелетиями и деятельность человека в них, чего греха таить, далеко не всегда осторожная и ответственная, тоже сродни вредительству. Есть, конечно, и ветровалы, и буреломы, но человеческий фактор нельзя игногировать. Те же лесозаготовки далеко не всегда ведутся правильно. Широкие прорубы, пути волочения древесины, подъездные дороги к делянам нарушают то самое вековое экологическое равновесие, провоцируя болезни древостоя: брошенные на делянах порубочные остатки образуют локальные очаги вредителей, как и пожары, которые заставляют вредных насекомых мигрировать на уцелевшие от огня деревья.

 — Сибирь в прошлый летний сезон страдала от нашествия опасного вредителя – так называемого сибирского шелкопряда. Ведь у нас в области он тоже есть, как и его не менее вредный собрат – шелкопряд непарный?..

— Мы ежегодно проводим лесопатологический мониторинг территорий, в том числе и на наличие этих поднадзорных, опасных для лесов насекомых. Действительно, их размножение в подходящие сезоны бывает просто катастрофическим бедствием. У нас тоже наблюдаются популяции этих древесных вредителей, но в последние несколько лет пугающей активности их не выявлено. Пик их жизнедеятельности носит цикличный характер, в среднем десятилетний. В прошлые годы, например в 2007 году, мы наблюдали некий всплеск активности непарного и сибирского шелкопряда. Ожидали подобной картины и в 2015-2016 годах. Но такого не произошло. Ведь на активность этих насекомых влияют во многом климатические условия и погода. Они активнее размножаются при сухих и теплых условиях, маловодности, низком количестве осадков. Полноводные и относительно прохладные летние периоды прошлых лет этого просто им не дали. Как говорится, бог миловал, а иначе положение могло бы стать критическим. Сибирский шелкопряд очень опасен тем, что атакует хвойные деревья, у которых практически нет шансов выстоять перед ним. Гибель их стопроцентна, потому что свою объеденную хвою они не в состоянии восстановить быстро, не хватит ни сил, ни времени.

Собрат «сибиряка» — непарный шелкопряд в основном поглощает лиственные деревья, дуб, осину, березу. У них запас прочности выше – порой за лето дерево может быть объедено гусеницами два, а то и три раза, прежде чем оно ослабнет и начнет погибать.

 — Как бороться с ними в случае возникновения больших очагов поражения лесов вредителями?

 — Это опыление пораженных участков лесов спецпрепаратами-лепидоцидами, как правило, с применением авиации. Эти малотоксичные биологически активные вещества показывают хороший результат, эффективно уничтожают вредителей. Другой вопрос, что они также активны и против полезных насекомых. Есть препараты избирательного действия, но они очень дороги, на их закупку нужны большие средства, также как и на работу авиации…

— А тут еще и человек добавляет природе проблем своей безответственностью…

— К сожалению, да. Взять хотя бы те же лесные пожары. Деятельность человека тоже, как и природные процессы, зависит от многих факторов. Если в 80-х годах мы наблюдали по области в период с весны по осень около 50 лесных пожаров, то сейчас это число переваливает за сотню. Можно найти в этом прямую связь с занятостью населения. Больше стало незанятых людей, больше народу подалось в леса, кто за древесиной, кто за дикоросами, кто на промысел, и больше стало очагов возгорания. Огонь – страшное бедствие, но не менее страшно и причиняемое им задымление. Те же хвойные леса очень чувствительны к чистоте воздуха. В силу особых физиологических процессов, проходящих в хвойных деревьях, им трудно справиться с задымленным или запыленным воздухом, он ослабляет их, заставляет использовать больше сил и внутренних ресурсов для поддержания жизнедеятельности.

А ослабленные деревья еще больше привлекают вредителей. В результате уже не первый год в ЕАО мы наблюдаем усыхание хвойников: пихтовых и еловых лесов, где наблюдается практически полное осыпание древесных покровов, заболевания стволов, обильное смолотечение, растрескивание коры, болезненные образования на стволах. Погибают в основном ель и пихта, кедр и сосна держатся, это более выносливые деревья.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *