Борис Малинский: «У нас служба экстренной помощи»

Борис Малинский: «У нас служба экстренной помощи»

Анатолия Клименкова

О положении дел в областной инфекционной больнице и перспективах на будущее рассказывает новый главврач этого медучреждения

Новому главному врачу областной инфекционной больницы Борису Малинскому 40 лет. Врачом был его дед, Моисей Малинский, доктора — его родители, а также брат и жена. У представителя семейной династии, собственно, и не было другого выбора, кроме медицины. У него три врачебных специальности — анестезиолог-реаниматолог, инфекционист и врач-токсиколог. С доктором Малинским мы обсуждаем сегодняшнее положение дел в больнице и ближайшие перспективы.

— Борис Григорьевич, вы только начали работать в должности главврача. А какие ступени прошли до этого?

— Вообще-то я начинал здесь в интернатуре врачом-инфекционистом, проработал до 2002 года. При этом несколько лет совмещал ее с работой врача анестезиолога-реаниматолога. У меня была первая категория врача-инфекциониста, сейчас хочу подтвердить высшую категорию анестезиолога-реаниматолога. Основная работа здесь, а анестезиология — это то, от чего не отказываются.

С июня исполняю обязанности главного врача областной инфекционной больницы. Прежде чем занять эту должность, необходимо пройти обучение по организации здравоохранения и общественного здоровья.

— А кадры в больнице новые или остались те же?

— Здесь немало медицинских сестер, врачей, с которыми я начинал работать в 1994 году. Если сравнивать с детской или областной больницами, у нас небольшое лечебное учреждение, рассчитанное на 81 койку, хотя в свое время было 220 коек и врачей не меньше 20. Сейчас — всего шесть. Есть и хорошая новость — доктор, в свое время работавшая в больнице, на днях вернулась в наш коллектив. А вообще-то инфекционисты, как и анестезиологи — «вымирающая» специальность. Кстати, такое положение не только в нашей области — в Хабаровском крае то же самое.

— Скажите, вы смелый человек?

— Я умею взвешенно оценивать ситуацию. Хочется привести инфекционную службу к стандарту — с учетом новых тенденций в медицине, с учетом того, что контакты с ближним и дальним зарубежьем расширяются, а там много заболеваний, которые могут прийти к нам. Вместе с тем и в самой области много специфичных для нашего региона болезней.

— Что вы можете сказать о тенденциях заболеваемости инфекционными патологиями в нашей области?

— На основании официального документа — доклада о санитарно-эпидемиологической обстановке в ЕАО в 2010 году — могу сказать, что из 42 учитываемых инфекций заболеваемость снизилась по 19 нозологическим формам, по пяти — не зарегистрированы случаи заболеваний, по 11 — зарегистрированы на уровне единичных случаев. Просматривается тенденция к спаду инфекционной патологии. Если вести речь об управляемых инфекциях, по которым ведется плановая вакцинация, таким как корь, краснуха, коклюш, то эти заболевания практически не регистрируются. В отношении завозных инфекций — разговор особый. Сегодня расширяются контакты жителей нашей области со странами ближнего и дальнего зарубежья — многие отправляются туда отдыхать, жители этих стран едут сюда работать, поэтому надо быть настороже. Проводят ли фирмы, в том числе туристические, организующие эти поездки, адекватную работу по защите здоровья наших сограждан — большой вопрос. Я имею в виду заболевания, экзотические для нашей страны. Насколько я могу судить, нормального просвещения в этом плане нет, все отдается на откуп самих туристов. Все думают, что «пронесет». Могу сказать, что «проносит» не всегда.

— Борис Григорьевич, вот вы говорили о заболеваниях, специфичных для нашего региона. Что это за патологии?

— Наша область эндемична по ряду зоонозных заболеваний, то есть инфекций, передаваемых животными. Так, в Октябрьском районе фиксируются случаи бешенства (к счастью, в этом году их не было), в Облученском, на территории от Трека до Большого Тайменя — заболевания клещевым энцефалитом. Эта патология появляется в весенне-летний период, когда идет подъем активности клещей. В последнее время реже стал фиксироваться боррелиоз — это тоже заболевание, передающееся клещами, его отмечают там же, где фиксируется клещевой энцефалит. Вместе с тем необходимо отличать еще и клещевой сыпной тиф, летального исхода при этом заболевании нет, но протекает оно все равно тяжело. Наша задача — сделать все, чтобы человек быстрее поправился. Несмотря на то, что у нас мало врачей, мы готовы к работе в любых условиях, даже при массовой вспышке заболеваний, навыки работы в таких ситуациях у нас есть. Мы можем одновременно принять большое количество больных, обеспечить их изоляцию и эффективное лечение. У нас едва ли не единственная больница на Дальнем Востоке, где имеется 24 Мельцеровских бокса. Это позволяет добиться полной изоляции пациентов — боксы абсолютно автономны, в каждом есть все необходимое для пребывания и лечения больных.

— В чем вы видите основную проблему инфекционной больницы?

— Самая большая проблема — то, что здание находится в ужасном состоянии. Снаружи оно вроде бы выглядит пристойно, но внутри все приходит в негодность. На 2012-2013 годы запланирован капитальный ремонт здания, в котором на сегодняшний день находятся несколько лечебных учреждений. В первый год в порядок приведут одно крыло, на следующий — второе. Жители области не должны беспокоиться — медицинскую помощь мы будем оказывать по-прежнему. К зиме силами лечебного учреждения и субподрядной организации, с которой мы имеем договорные отношения, провели опрессовку системы отопления.

— Есть ли у вас в больнице условия для проведения интенсивной терапии?

— Да, у нас есть все условия для проведения интенсивной терапии. Причем я считаю, именно этим мы и должны заниматься. Таблетки пациент иногда может принимать и дома. У нас есть своя реанимация, правда, в 2001 году она была уменьшена с шести коек до трех. Я считаю, что надо восстановить шесть — это тот необходимый минимум, при котором можно будет обеспечить и интенсивную терапию, и реанимацию всех категорий граждан. К счастью, врачи, в свое время работавшие в реанимации, так и остались здесь работать.

— Существует ли проблема диагностики инфекционных заболеваний?

— Конечно! И определения возбудителя, и подбора необходимой антибактериальной терапии. Существует современное оборудование, которое позволяет в течение 6-8 часов выявить возбудителя и определить тот антибиотик, который наиболее эффективно будет действовать против него. Причем диагностика делается не только у пациентов с кишечными инфекциями, но и с другими инфекционными заболеваниями. Точность результата — 99,9 процента. Как главный врач я хотел бы иметь такое оснащение. Бактериологическая лаборатория у нас есть, но методы, которые используются в работе, не удовлетворяют меня как руководителя, хотя они и общеприняты. Хотелось бы оборудовать хорошую бактериологическую лабораторию. При наличии такого оборудования мы могли бы подтолкнуть работать на современном уровне другие лечебные учреждения области.

— В отделениях вашей больницы лежат пациенты из всех районов области?

— Да, но все же это преимущественно городские больные. Дело в том, что у пациентов из районов не всегда есть элементарная возможность после лечения добраться до своего села — при условии, что транспортом ЦРБ его доставят в Биробиджан. Денег на обратную дорогу у больного, как правило, нет. Поэтому многие предпочитают лечиться дома. Что можно сказать о результатах такого лечения?.. Инфекционисты есть не во всех районных больницах — в Облучье, например, такой врач имеется только в железнодорожной поликлинике, в Ленинском районе и в Теплоозерске нет врачей-инфекционистов. Все это затрудняет нашу работу.

— Можно ли, по-вашему, прогнозировать вспышки инфекционных заболеваний?

— Не всегда. Мы работаем, как пожарные — все же у нас служба экстренной помощи. Эпидемия может возникнуть в любой момент, и мы к ней должны быть готовы.

Чтобы регулировать потоки больных, надо иметь амбулаторную службу. В свое время она здесь была, а два года назад ее ликвидировали. Сейчас одна из моих целей — эту службу возродить. Ибо второй аспект после интенсивности — это организация доступной амбулаторно-поликлинической помощи и внедрение стационарозамещающих технологий.

— Можно ли пояснить для читателя подробнее и понятнее, как это будет воплощаться?

— В свое время в нашей больнице был кабинет инфекционных заболеваний. На учете в нем стояли все больные вирусным гепатитом, они могли получить адекватную консультацию врача-инфекциониста, который занимается этой проблемой, и при необходимости пройти лечение в условиях стационара, либо выбрать другую форму лечения. Это позволит вести учет больных; не допускать ухудшения в течении заболевания; вовремя выявлять обострения; оказывать квалифицированную помощь. Не надо забывать, что вирусный гепатит — это тяжелое заболевание, которое очень часто принимает хронические формы. Врач этого кабинета может вести наблюдение за теми, кто перенес кишечную инфекцию, заниматься диспансеризацией тех, кто перенес иную инфекционную патологию. А сейчас приемное отделение занято тем, что инфекционист консультирует пациентов, которых направили врачи городских поликлиник либо районных больниц. По большому счету, открытие такого кабинета позволит улучшить качество обслуживания населения. Сегодня кабинет инфекционных заболеваний есть в структуре областной поликлиники. Но он не подчиняется нам, мы с ним никак не связаны.

— Существуют современные методы лечения инфекционных заболеваний. Возможно ли их применение в нашей инфекционной больнице?

— Хотелось бы запустить программу «Гепатиты», направленную на лечение пациентов, страдающих этой патологией. Помимо таблеток, есть и новые методы лечения, которыми владею я сам, которым обучены доктора, работающие здесь. Они основаны на «очистке» крови и позволяют убирать возбудителя из кровотока. Эти методики эффективны, но дорогостоящи. А значит, их использование зависит от финансирования, которое мы получим. Но это, к сожалению, не первоочередная задача. Тем не менее управление здравоохранения пошло нам навстречу — в этом году мы ожидаем поступления денег на приобретение реанимационного оборудования.

В инфекционной службе меньше ноу-хау, чем в других структурах, но они имеются. Есть очень тяжелое инфекционное заболевание — геморрагическая лихорадка с почечным синдромом, в ряде случаев ведущая к хроническому поражению почек. Такому больному, поступающему в реанимацию нашей больницы в тяжелом состоянии, проводят плазмаферез, то есть «очистку» крови по одной из методик, которые сегодня считаются устаревшими. Между тем в областной больнице уже пять лет работает современный аппарат, который очищает кровь в режиме он-лайн, на нем можно проводить любую процедуру дезинтоксикации. Конечно, такой аппарат должен быть и в нашей больнице.

— Что наши читатели должны знать об инфекционных заболеваниях?

— Прежде, чем отправиться на отдых, особенно если речь идет об экзотической стране, надо ознакомиться с тем местом, куда вы едете, узнать, какие там инфекционные заболевания. Например, во Вьетнаме это могут быть малярия и энцефалит, в Африке — различные лихорадки, в Индии — как малярия, так и разные паразитарные заболевания. Обсудите эти вопросы с туристической фирмой. В любом случае своим здоровьем рисковать не стоит. Кроме того, надо помнить о том, что лечение за рубежом может быть хорошим, но оно очень дорогое, а медицинская страховка, которую вы оплачиваете, не включает в себя, как правило, специализированную помощь.

Что касается повседневной жизни, то всем набившее оскомину правило «мойте руки перед едой» в наше время еще актуальнее, чем прежде. В причинах кишечной инфекции можно винить кого угодно, но банальные правила гигиены надо соблюдать. Когда идет вспышка вирусных инфекций, защищайте себя. Берегите свое здоровье всегда, не надейтесь, что это сделает за вас кто-то другой. Мы видим по телевидению, например, что во время вспышки инфекции в Японии все люди ходят в масках. Не потому, что болеют — они защищают себя. Пример, достойный подражания.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *