Четыре жизни Александра Исаевича

Сегодня автору знаменитого «Архипелага ГУЛАГа» исполнилось бы 95 лет

Александр Солженицын назвал свою главную книгу всего лишь опытом художественного исследования. Ее действительно трудно отнести к литературному жанру, хотя многие считают, что «Архипелаг ГУЛАГ» — роман-эссе. Другое мнение — что это художественно-документальное исследование, которое стоит ближе к истории, нежели к литературе. Сам автор в предисловии к Архипелагу как бы подтверждал эту версию: «В этой книге нет ни вымышленных лиц, ни вымышленных событий. Люди и места названы их собственными именами. Если не названы вовсе, то лишь потому, что память людская не сохранила имен, а все было именно так».

«Архипелаг ГУЛАГ» Александр Солженицын начал писать в 1958 году и работал над книгой больше десяти лет. А до этого он почти такой же срок отбыл в сталинских лагерях и ссылке, которая должна была стать по приговору вечной. В 1957 году писателя реабилитировали, в стране наступала эпоха хрущевской оттепели. Но опального писателя по-прежнему не торопились печатать, опасаясь духа «антисоветчины» в его произведениях. Несколько лет пролежали в рукописях рассказы «Один день Ивана Денисовича» и «Матренин двор», в самиздате ходили его «Крохотки», пока их не напечатали в Германии. 

Рассказ «Один день Ивана Денисовича» Солженицын задумал в Экибастузском особом лагере, где отбывал наказание за «политику», еще в начале пятидесятых годов. Спустя десять лет он принес его в журнал «Новый мир», где главным  редактором стал Александр Твардовский. Цензура рассказ отклонила, предложив смягчить акценты и убрать наиболее острые места. После «смягчения» рукопись была передана в Политбюро ЦК КПСС, но большинство членов этого высшего парторгана высказались против опубликования. И только под личным давлением Никиты Хрущева было принято-таки решение напечатать рассказ.

Вторым произведением Солженицына, напечатанным в СССР, был рассказ «Матренин двор». События в рассказе происходили в 1956 году, уже в хрущевские времена. Писателю поставили условие — заменить год действия на 1953-й. Пришлось поменять и начало повествования.

Критика встретила рассказ в штыки — он был подвергнут в советской прессе буквально массовой атаке. Писателя обвиняли в очернительстве, искажении деревенской действительности и даже тяжелом слоге изложения.

После массовой критической атаки «Матренин двор» не рискнули переиздать, и лишь в конце 80-х годов рассказ будет напечатан в журнале «Огонек».

Получалось, что начинающим писателем Александр Солженицын стал, когда ему было далеко за сорок. Хотя писать он начал в девятнадцать лет — вначале стихи, а в 1937 году из-под его пера вышли первые главы «Августа четырнадцатого». Но дописана и напечатана эта книга будет лишь через полвека.

Александр Солженицын родился уже при советской власти — 11 декабря 1918 года. Долгое время упорно твердили, что его родители — из бывших помещиков. Мать писателя действительно была родом из богатой семьи, но отнюдь не помещичьей. А отец, Исаакий (Исай) Семенович, и вовсе был крестьянского сословия, в годы Первой мировой воевал простым солдатом. В эпопее «Красное колесо» писатель выведет отца в образе Сени Ложеницына.

Семья Солженицыных была глубоко религиозной — и это тоже отпечаталось на линии судьбы писателя. В школе его высмеивали за нательный крестик, а когда отказался вступать в пионеры, с ним провели идеологический ликбез. Даже пригрозили исключить из школы, но не могли — Саша Солженицын учился на одни пятерки.

Увлекаясь литературой, он, к удивлению многих, поступил на математический факультет. Гуманитарное же образование он тоже получит потом, окончив заочно факультет литературы Московского института философии, литературы и истории. 

В апреле 42-го его направят в артиллерийское училище, в феврале 43-го — в действующую армию, командиром батареи звуковой разведки. Воевал он храбро, получив два ордена и звание капитана. А в редкие свободные от боев часы писал продолжение еще одного начатого перед войной произведения — «Красное колесо», где сравнивал жизнь при сталинском режиме с крепостным правом. Пытался он переслать родным и друзьям и так называемые «Письма о Сталине», где недвусмысленно говорилось о создании организации для восстановления в стране ленинских норм. Письма военная цензура изъяла, а в феврале 45-го, за три месяца до долгожданной победы, капитан Солженицын был арестован, лишен воинского звания, наград и отправлен на Лубянку как опасный преступник. Приговор был суров — восемь лет исправительно-трудовых лагерей и вечная ссылка по окончании этого срока. 

«Исправляли» писателя не только в лагерях, но и в закрытом конструкторском бюро — так называемой шарашке. Об этом Солженицын напишет в романе «В круге первом». В начале пятидесятых его отправили в лагерь «Степлаг» в Экибастуз. Тяжелейший климат и невыносимые условия жизни в лагере дали свои «плоды» — Солженицын заболел тяжелой формой рака.

«В ту зиму я приехал в Ташкент почти уже мертвецом. Я так и приехал сюда — умирать. А меня вернули пожить еще», — так начинается рассказ «Правая кисть», написанный во время пребывания в раковом корпусе ташкентской больницы. Далеко не сразу придет к читателям и «Раковый корпус» — эту повесть Солженицын написал через несколько лет после своего выздоровления. Врачи сотворили чудо, вылечив почти безнадежного больного-лагерника, дав ему шанс прожить на этом свете еще более полувека.

Устроиться после лагерей и ссылки он смог лишь учителем в сельской школе, и то с большим трудом, несмотря на полную реабилитацию.

Годы «оттепели», которые принесли писателю известность, согревали его недолго. В декабре 1962-го после выхода первой книги Солженицына приняли в Союз писателей СССР, но когда спустя год рассказ «Один день Ивана Денисовича» писательская организация выдвинула на Ленинскую премию, комиссия по присуждению отклонила это предложение.

Настоящая же травля Солженицына началась после того, как он написал письмо съезду Союза писателей СССР, где осуждал вторжение советских войск в Чехословакию. Резкое по своим выводам, оно вызвало такое же резкое неприятие. Последовали и выводы — писатель был исключен из творческого союза, его взяли под бдительный надзор специально созданного 9-го отдела пятого управления КГБ. 

А потом было изгнание из страны писателя-диссидента. Его лишили советского гражданства, книги изъяли из библиотек и уничтожили. И вдруг — как снег на голову — присуждение писателю в 1970 году Нобелевской премии за книгу «Архипелаг ГУЛАГ», изданную на Западе. 

Несколько лет Солженицын прожил в Европе, потом надолго поселился в небольшом американском городе Вермонте. Когда началась перестройка, о писателе-изгнаннике вспомнили. Появилось несколько интервью с ним, а потом и письмо «Как нам обустроить Россию», опубликованное в газетах «Аргументы и факты» и «Комсомольская правда». Советами Солженицына правители обновленной России так и не воспользовались, но предложили писателю вернуться в Россию. В начале 90-х он возвратился с семьей на Родину, ему предоставили и квартиру в Москве, и дачу в Подмосковье. Было издано собрание его сочинений. Из писателя — бывшего изгнанника — попытались сделать фетиш, но сам Солженицын к новой власти отнесся довольно критически. Он отказался получить орден Андрея Первозванного, заявив, что «от верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу».

Сам же он получил порцию неприятия после выхода книги «Двести лет вместе», где исследовал историю еврейской диаспоры в России.  «Книга самая что ни на есть антиеврейская, она закрепляет самые лживые, дурные, безосновательные и ультраконсервативные представления о евреях» — примерно такими были многие отзывы о новом произведении писателя.

Но было немало и других мнений: «В книге нет выпячивания ни еврейских, ни русских позиций, а есть стремление доискаться до истины. Она обращена к тем читателям, которых бесспорное большинство, к тем, кто не заражен пагубной идеей своей национальной исключительности. А такие читатели есть и среди русских, и среди евреев».

Как бы там ни было, но Солженицын стал первым писателем, кто в открытую поднял и исследовал  тему важной роли еврейства в истории России. 

Из жизни писатель ушел пять лет назад, в августе 2008 года. Незадолго до смерти, в интервью «Московскому комсомольцу», на вопрос, как оценивает он прожитое, Солженицын ответил, что ему повезло вместо одной жизни прожить четыре: одну — долагерную, свободную, вторую — в заключении, третью — в изгнании, четвертую — в роли возвращенца.

В произведениях Солженицына можно найти немало мудрых, а порой и парадоксальных мыслей. Он и сам жил по своим же канонам — не стремился к благам, не перешагивал через других, не принимал подачек от власти. Делал ошибки и признавал их.

Сегодня книги Александра Солженицына возвращены тем, для кого они писались, они вошли в школьную программу. Но слишком долгим и тяжким был их путь к возвращению домой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *