Дорогой жизни

Дорогой жизни - Шира Зингер и Давид Мански

Фото автора  

Шира Зингер и Давид Мански

Семью его отца спас от гибели японский дипломат ЧиунЭ Сугихара, выдав транзитную визу. Спустя 76 лет маршрутом предков следует американец Давид Мански

Из городка Бар-Харбор, что приютился на острове Маунт-Дезерт (штат Мэн), – в Польшу, затем Белоруссию, Россию, Японию, а оттуда домой, в США – это долгое путешествие, которое продлится в общей сложности два месяца, Давид совершает вместе с женой Широй Зингер. В России их путь лежит по Транссибу до Владивостока. По пути – остановки в Красноярске, Иркутске, Улан-Удэ, Биробиджане. Здесь, после небольшой экскурсии по городу, Давид и Шира рассказывают «БШ» о своей кругосветке.

Канун Рош а-Шаны, Лида, 1931 год. Саул Мански (три года, в середине) с сестрой и братом. Фото из семейного архива

– Мой отец Саул (Шломо) Мански родился в 1928 в городе Лида. Тогда это была Восточная Польша, сейчас – Белоруссия. Дед уехал в Америку в 1937 году, в 1939-м, когда  началась Вторая мировая война, моя семья – бабушка, мой будущий папа, его старшие брат и сестра смогли уехать из Лиды в Литву, в город, который называется Эйсискас, на идише это звучало как Эйшишок. Там жили их родственники, и там они оставались примерно год.

Летом 1940-го моя бабушка, папина мама, услышав о том, что в Ковно японский дипломат Сугихара дает евреям шанс на спасение, срочно выехала туда. Им удалось получить две визы для семьи. В декабре 1940 года они были уже в Москве. На поезде по Транссибирской железной дороге добрались до Владивостока. А оттуда, морем, – до Японии. Около четырех месяцев они жили в Кобэ (там моему отцу отметили бар-мицву), а в апреле 1941 года уехали в США. Папин брат, мой дядя Самуил, которому во время этого путешествия было 18 лет, в 1990 году написал об этом всем книгу, которая называется «С божьей помощью»… Теперь мы с Широй следуем дорогой моего отца и его семьи.

– Давид, почему вы задумали это путешествие именно сейчас? Вы знали, что в Биробиджане 8 сентября открывается памятная доска Чиунэ Сугихаре?

– Нет, к сожалению, мы не знали об этом. Как и о том, что у вас намечается фестиваль еврейской культуры. Иначе мы планировали бы остановку в Биробиджане по-другому.

–  Какой первый город вы посетили?

– Мы начали с Польши, откуда родом семья моей мамы – Радом и Коньске. А дед Ширы из Белостока. Мы отправились в эти города, узнали больше об их истории, побывали в местных архивах, нашли свидетельство о рождении дедушки Ширы.

Затем мы отправились в Белоруссию, в родной город отца, Лиду. Нашли там еврейскую школу, «Тарбут», где он учился. Ее здание все еще существует. Побывали в историческом музее в Лиде, встретились с местным краеведом, который очень интересуется историей евреев Лиды. Я поделился с ним копиями фотографий и документов из нашего семейного архива. Он был очень взволнован, потому что впервые видел некоторые районы довоенной Лиды, запечатленные на этих снимках, которые моя семья привезла в США. Кстати, такой же дар наша семья сделала Фонду Спилберга. Это все можно увидеть на сайте фонда.

Дальше наш путь лежал в Литву, в Каунас – Ковно, как мы его до сих пор зовем. Там мы тоже посетили  музей, который называется «Дом Сугихары» – это тот самый дом, где японский дипломат жил и работал, где выдавал визы. Вместе с нами в музее находилась группа японских школьников, человек двадцать. Все они прибыли из родного города Сугихары. В музее их сопровождали литовские школьники. Нам показали экспозиции, посвященные Чиунэ Сугихаре. А после сотрудники музея попросили нас выступить перед школьниками – это важно, когда кто-то может свидетельствовать от лица потомков тех, кого спас Сугихара.

Следующая наша остановка была в Москве, мы провели там три дня. И затем – на поезде – отправились в путь до Владивостока. Останавливались в Красноярске, Иркутске, Улан-Удэ, добрались до Биробиджана. В четверг, на пароме, отправимся в Японию. Там мы планируем побывать в Цуруге – городе, куда прибывали все еврейские беженцы. Там есть музей, который называется «Порт человечности». Он посвящен еврейским беженцам и японцам, которые помогали чем могли этим беженцам. Мы обязательно побываем там. У нас также запланирована встреча с мэром Цуруги.

После мы поедем в родной город Сугихары – Яоцу, где тоже, конечно, есть музей, посвященный прославленному дипломату. Побываем в Кобэ, где мой отец жил четыре месяца. Там, кстати, есть синагога «ХАБАД», где мы встретим Шаббат.

– Вы соблюдаете еврейские традиции?

– Мы не религиозные люди, но какие-то традиции соблюдаем обязательно. К примеру, Шира печет замечательные хоменташн на Пурим и очень вкусную халу, а я умею готовить гефилте фиш.

– На идише вы не говорите?

– К сожалению, нет. Наши родители говорили на идише тогда, когда хотели что-то скрыть от нас. Для нас было большой радостью услышать в Биробиджане этот язык, узнать, что здесь существует газета, которая сохраняет идиш, получить в подарок биробиджанский идиш-букварь – это все просто невероятно.

– Какое впечатление у вас о Биробиджане?

– Нам было очень приятно побывать в таком зеленом городе, понравились синагоги, общинный центр «Фрейд», улица имени Шолом-Алейхема, памятник этому писателю, вывески, аншлаги на идише – мы увозим с собой не только впечатления, но и фотографии на память.

– Может быть, как и ваш дядя, напишете книгу о вашем путешествии?

– Я напишу об этом в своем интернет-журнале и обязательно пришлю вам ссылку.

– Спасибо за интересный рассказ.

– Спасибо вам за эту встречу. Дома, в нашей еврейской общине, мы расскажем о еврейском Биробиджане.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пятнадцать − девять =