Это надо живым

Это надо живым

В канун Дня памяти жертв политических репрессий, который будет отмечаться у нас в стране в двадцатый раз, в ЕАО вышла в свет Книга Памяти-мартиролог.

Сегодня, на вечере-реквиеме в областной филармонии, состоится ее презентация.

Появления этой книги ждали давно. В июне прошлого года один из ее авторов-составителей, депутат городской Думы, историк Иосиф Бренер, давая интервью «Биробиджанер штерн», сказал: «С идеей издать в области Мартиролог мы, инициативная группа, обратились к только что избранному губернатору Александру Винникову в год 65-летия Победы. Изложили ее в письме, напомнив слова Президента России Дмитрия Медведева о том, что «память о национальных трагедиях столь же священна, как и память о победах». Наша идея нашла поддержку».

Организационный комитет по созданию областной Книги Памяти жертв политических репрессий возглавил сам губернатор. Основную часть средств на ее издание выделило правительство области, остальные деньги — это пожертвования жителей автономии.

Еще одному автору-составителю книги — сотруднику УФСБ России по ЕАО Владимиру Журавлеву досталась одна из самых тяжелых, черновых работ — поиск материалов о репрессированных. Ведь в шеститомный Мартиролог, который был издан в Хабаровском крае, вошла лишь часть фамилий жителей нашей области, подвергшихся политическим репрессиям.

— В нашей же областной Книге Памяти —  6038 фамилий. 3493 человека из этого списка были арестованы по политическим мотивам (статья 58 УК РСФСР), 1066 расстреляны по приговорам судов и «троек», многие умерли, не выдержав издевательств в лагерях и спецпоселениях. Вошли в список и фамилии тех, кто был репрессирован в так называемом административном порядке — подверглись раскулачиванию или депортации по национальному признаку, — рассказывает Владимир Журавлев.

В книгу включили имена лишь тех пострадавших, кто жил в момент применения репрессий на территории области. Хотя в автономии было немало и тех, кто отбывал здесь срок в лагерях или поселился в области после выхода на свободу.

— В моей семье тоже были репрессированные — семью бабушки раскулачили и сослали на Дальний Восток из Алтайского края, семью деда — из-под Казани, — поделился наболевшим Владимир Журавлев.

В селах Ленинского, Октябрьского и Облученского районов большинство пострадавших в 30-е годы — потомки казаков, осваивавших эти земли. В списках жертв политических репрессий — жителей Биробиджана   очень много еврейских фамилий. Среди них — руководители области, предприятий и организаций, специалисты, рабочие, рядовые служащие и даже… домохозяйки.

В конце 40-х началась борьба с космополитизмом, а с ней и новая волна  арестов.

Всего в Биробиджане подверглось репрессиям 826 человек, каждый четвертый — расстрелян. В Ленинском районе было арестовано 824 жителя, расстреляно — 257, в Облученском из 709 репрессированных смертные приговоры получили 259 жителей, в Октябрьском было арестовано 524, расстрелян 191 житель, в Смидовичском 417 — репрессировано, 90 — расстреляно. Было выселено за пределы области 2545 человек. Эти цифры приводит во вступительной части книги член редакционной коллегии, председатель Союза журналистов ЕАО Михаил Клименков.

То, по какому принципу арестовывали людей, порой не поддается никакой логике. В книге приводится такой пример: житель области Петр Павлович Шестопалов в 1937 году был осужден и расстрелян по статье 52-8 — «вооруженное восстание или вторжение в контрреволюционных целях на советскую территорию вооруженных банд, захват власти в центре или на местах в тех же целях…». Был же Петр Шестопалов всего лишь колхозным пчеловодом.

Арестовывали переселенцев за то, что поддерживали связь с родственниками в Польше, Литве, просто за то, что родились в этих странах.

Рувим Аронович Левин приехал строить ЕАО из Литвы. Работал в жилкомхозе техником-проектировщиком. Через три года его арестовали — якобы за то, что передавал в Литву и Польшу секретные сведения о строительстве предприятий Биробиджана. Недавно из Израиля приехал его сын Давид Рувимович, сообщил, что его официально признали в России жертвой политических репрессий.

— Хочу последние свои годы жизни прожить в городе, где я с родителями был по-настоящему счастлив, — поделился он.

Пострадало от репрессий много еврейской интеллигенции — писатели и поэты, журналисты и театральные деятели, педагоги и врачи… Только в редакциях газет «Биробиджанер штерн», «Биробиджанская звезда» и местной типографии по политическим мотивам было арестовано более двадцати человек, в основном — с еврейскими фамилиями.

Многие репрессированные были реабилитированы спустя несколько лет после смерти Сталина. Многие, но не все. И лишь в 90-е годы восторжествовала справедливость в отношении тех, кого «забыли» реабилитировать в 50-е годы.  Многие до этих дней просто не дожили.

Измена Родине, недонесение о готовящейся измене, оказание помощи международной буржуазии, совершение террористических актов, сношение в контрреволюционных целях с буржуазным государством, участие в вооруженном восстании — эти статьи входили в особый список контрреволюционных преступлений. И еще — пропаганда и агитация против советской власти, активные действия или борьба против рабочего класса и революционного движения, умышленное неисполнение или небрежное исполнение определенных обязанностей. Отдельный приказ ОГПУ был издан по борьбе с кулаками. Спускались на места планы по раскулачиванию — сколько человек и откуда выселить и в какие регионы страны отправить. Попробуй не выполнить!

Читаю фамилии, имена репрессированных. Биробиджанский список открывает Абрамович Шая Александрович. Осужден в 1938 году по статье 58 на десять лет, реабилитирован в 1955-м. Второй в списке — Генрих Яковлевич Августович. Он заведовал коптильней в горторге. Следствие по его делу прошло удивительно быстро: арестовали в ноябре 1937-го, осудили в декабре того же года, а в январе 1938-го расстреляли. Зато путь до реабилитации был очень долгим — почти пятьдесят лет!

Бригадир веткомбината, монтер электростанции, медсестра горбольницы, бухгалтер швейной фабрики, рабочий мебельной фабрики, актер еврейского театра, строитель, чернорабочий зерносовхоза, столяр-резчик, овощевод, чертежник обозного завода, портной, инвалид войны. Чем могли провиниться эти люди перед законом? За что получила восемь лет лагерей ученица продавца магазина Бирторга, уроженка села Надеждинского Нина Бочкарева? Чем подорвала государственные устои швея Тауба Браун? Разве только тем, что родилась в Польше?

На эти вопросы можно получить ответы, если внимательно прочесть всю книгу. И официальную, документальную часть, и неофициальную — очерки об известных в области людях, получивших клеймо «врагов народа». Один из очерков Иосифа Бренера о первом руководителе области Иосифе Либерберге впервые был напечатан в «Биробиджанер штерн».

Среди репрессированных были и так называемые ЧСИР — члены семей изменников родины. Их не расстреливали, но сроки им давали большие — либо лагеря, либо высылка.

В списках пострадавших из Ленинского и Октябрьского районов много одинаковых фамилий — людей здесь раскулачивали  семьями.

В селе Венцелево была раскулачена и сослана на поселение в Сибирь семья Раздобреевых — семь человек. Интересный факт:  освободили главу семьи Зиновия Николаевича в 1947 году потому, что он был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». А реабилитировали только в 1995-м — такая вот несправедливость.

Трагична история четырех братьев-хлеборобов Паздниковых из села Башмак. Ерофея, Степана и Федора арестовали в августе 1938-го. Расстреляли их в один день — 27 октября того же 1938 года. Спустя полтора месяца забрали и самого старшего, Тихона. Его постигла та же суровая участь — расстрел. Спустя три десятка лет сын Ерофея Владимир получит звание Героя Социалистического Труда, но отец об этом никогда не узнает.

В списках репрессированных жителей Октябрьского района есть фамилия братьев Лопатиных — уроженцев села Самары. Дело против них было прекращено в связи с недоказанностью обвинений. Один из братьев — Георгий Дорофеевич стал Героем Советского Союза,  Иван Дорофеевич геройски погиб на войне. А если бы дела эти пустили в ход?

В Облученском и Смидовичском районах в репрессированных оказалось немало железнодорожников. Ко многим применили расстрельные статьи, другим дали большие сроки заключения.

Даже в годы войны репрессивная машина хоть и с меньшей скоростью, но продолжала перемалывать судьбы людей. Хмелева Родиона Яковлевича, кочегара поселка Ин, арестовали в июле 1941 года, а в конце декабря того же года расстреляли. В 1942-м был арестован и осужден на 10 лет бухгалтер шпалопропиточного завода пос.Аур Яков Колчев…

Не смотрели и на возраст. В списках немало тех, кому было больше 60, а то и 70 лет.

В маленьком селе Забеловском, которого уже нет на карте, репрессиям подверглось большинство жителей. Почти целую страницу занимает в книге список одной только семьи Гавриловых. О главе семьи Иване Андреевиче сказано — хлебороб. Выселен на спецпоселение 14.08.1931 года. Вместе с ним были раскулачены и выселены отец, 80 лет, мать, 79 лет, жена Анна Матвеевна, сыновья Гавриил, Иван, Никифор, Сергей, Григорий, Андрей, дочь Феоктиста. Еще одного Ивана Гаврилова, только Спиридоновича, отца большого семейства, настигла та же участь — раскулачивание.

О трагедии коммуны «ИКОР» писали очень много. В Книге Памяти приводятся фамилии репрессированных коммунаров. Среди расстрелянных — Иудэ Лангман, Исаак Пимштейн, Игнат Шлейзернгер — уроженцы Польши и Германии. Иосифа Форера, председателя коммуны, осудили на 10 лет.

По спискам Книги Памяти можно изучать историю области — не было ни одного ее уголка, куда бы не добралась репрессивная машина. А по фамилиям жертв репрессий можно изучать национальный состав жителей ЕАО. Евреи и русские, белорусы и украинцы, латыши и эстонцы, корейцы и китайцы, немцы и татары, чуваши и мордвины, венгр, финн, румын, японец. Вот, к примеру, список репрессированных из пос.Николаевки: Отто Вельде — латыш, Зя Ши-Куй — китаец, Исаак Вицингер — еврей, Яков Вовк — украинец, Михаил Панютич — белорус, Илья Швалов — русский…

Китайцев отправляли на родину, немцев — в трудармию, корейцев переселили в Казахстан и Среднюю Азию. В Книге Памяти приводятся официальные документы тех лет, по которым осуществлялись аресты, депортация, мобилизация в трудармию… Есть здесь и воспоминания репрессированных корейцев о тех страшных годах. А в очерке Владимира Журавлева рассказывается о чекистах, которые стали жертвами чистки рядов и также были репрессированы.

В заголовок этого материала я вынесла слово из Реквиема Роберта Рождественского. И хотя поэт посвятил его памяти погибших на войне, вечной памяти достойны и те, кто пал не на полях сражений, а отдал жизнь за право свободно жить в свободной стране. Книга-мартиролог восстановила эту историческую справедливость.

Александр ВИННИКОВ, губернатор ЕАО:

Издание Книги-мартиролога — это наш нравственный долг перед людьми, пострадавшими в годы сталинских репрессий, и их семьями. Книга — предупреждение будущим поколениям, напоминание о том, что ни одно государство не застраховано от повторения трагических ошибок, если не будет развиваться настоящая демократия, формироваться гражданское общество, если действия власти не будут прозрачны и понятны людям. Этим изданием, являющимся для нашей области историческим событием, мы хотим отдать дань уважения, почтить память безвинно пострадавших земляков.
Мартиролог займет достойное место в библиотеках, музеях, других учреждениях культуры, мы подарим его родственникам тех, чьи имена в него вписаны. Наше желание — чтобы его увидел каждый молодой человек, студент, учащийся. Хочется, чтобы знакомство с этим изданием пробудило в читателях чувство сострадания, сопереживания с ныне живыми родными погибших и вызвало живой интерес к истории и, в частности, к истории взаимоотношений государства и граждан, понимание, что нельзя с уважением относиться к таким успехам и достижениям, которые завоевываются ценой убийств, несправедливости, искалеченных судеб. Ничто не должно ставиться выше, чем человеческая жизнь, и поэтому никак нельзя оправдать репрессии, геноцид против собственного народа. Это одна из самых страшных трагедий в истории России, произошедшая в 30-е годы прошлого века. И мы должны постоянно об этом помнить.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *