В редакцию «Биробиджанской звезды» пришли две пожилые женщины-сестры. Они принесли копию решения Биробиджанского районного суда от 18 января 2012 года и сказали, что с вердиктом суда не согласны: по их мнению, оно несправедливое, суд не защитил пожилую женщину - Зинаиду П. (одну из посетительниц редакции). У нее был свой старенький домик с участком земли в Железнодорожном переулке Биробиджана. Но, подписав договор дарения домика своей дочери Ольге, мать лишилась жилья и вынуждена теперь проживать у сестры.

Нормальный человек скажет, что пожилой женщине не следовало подписывать договор дарения дома. Ей достаточно было составить завещание, указать в нем, кому перейдет собственность после ее смерти, и спокойно доживать свой век.

Спросил у посетительницы, какое у нее образование?

- Мы с сестрой малограмотные. Она инвалид второй группы, гипертоник, 45 лет трудового стажа, плохо слышит. И что дочь Ольга с ней делает? Повезла ее, мы все говорим туда, где кольца, где регистрируют... С кем ее Ольга там договаривалась - не знаю. Сестра сидела в уголочке, далеко от кабинета. Дочка ее к ней подходит и говорит: «Мама, распишись»...  Маме 78 лет. И ко мне бы дочь подошла, я бы тоже расписалась. Она расписалась - и все. Дочка увезла мать домой. И что вы думаете? Зинаида так и живет в доме, ничего не зная, что дом в дарственной. 17 июля Зинаида приходит вечером домой. В нем - переворот. Всю мебель ее, нажитую за годы, выбросили на улицу, порубили - все порубили,  завезли в дом (дочка с сожителем) все свое и расставили... Кому бы это понравилось? - рассказывает сестра Зинаиды П.

- Сестра возмутилась, начали ругаться. Внучка ее  вызвала милицию и машину из психушки. (Внучка полтора года грозила сестре, что «я тебя упеку в психушку», и упекла). Приехали два милиционера и машина. Сестру - в чем была, босую, в сарафанчике, 78 лет старухе - милиционеры схватили за руки (у нее страшные синяки были), затолкали в машину и увезли в психбольницу. Там сестру осмотрели и отпустили домой.

Она - босая, раздетая - идет к остановке автобуса. Все на нее смотрят как на сумасшедшую. И Бог есть на свете: ехала моя другая сестра с Раздольного, увидела ее, забрала и привезла к себе домой. Отмыла кровяные подтеки на руках, напоила чаем...

...В суде иск Зинаиды П. поддерживала ее представитель В.А.Сухарева. Она «пояснила суду, что ее представительница, т. е. Зинаида П., не имела намерений заключить с ответчицей, т. е. своей дочерью, договор дарения дома с земельным участком, а хотела оформить на дочь завещание.

Однако в своем решении суд изложил показания свидетеля Е.В.Мартынюка, руководителя филиала федерального Бюро технической инвентаризации. Из его показаний следует, что «в начале марта 2011 года в филиал БТИ обратилась Ольга В., дочь Зинаиды П., с просьбой помочь составить договор дарения жилого дома и земельного участка. Руководитель БТИ сказал Ольге В., что для этого нужно. Через несколько дней дочь и мать пришли к руководителю БТИ вместе. Пригласив посетительниц к себе в кабинет, он еще раз уточнил, какой именно договор им нужен. Несколько раз спросил, нужен им договор дарения или завещания. Они ответили, что им нужен договор дарения. Составив договор, он озвучил его первый пункт о том, что и кому дарится. Именно у Зинаиды П. он спросил, кем ей приходится одаряемая. После всего он распечатал на бумажном носителе два экземпляра договора и дал каждой из посетительниц, чтобы они могли с ним ознакомиться, проверить свои паспортные данные и характеристики объектов недвижимости. Когда истица и ответчица ознакомились с договором и согласились с ним, он изготовил четыре экземпляра договора и, передав их посетительницам, объяснил, что договор нужно зарегистрировать, где и как это сделать и в каком размере при этом уплатить государственную пошлину». (Цитата из решения суда).

- Все это неправда, никакой беседы не было, я его вообще не знаю, впервые на суде увидела, - сказала Зинаида П. в редакции газеты.

Из судебного документа непонятно, почему услугу по составлению договора решил оказать руководитель БТИ. Неясно, была ли эта услуга бесплатной или платной? Более того, Зинаида П. сказала в редакции газеты, что никуда, ни в какой кабинет ее никто не приглашал и с ней о юридических тонкостях составления договора дарения не беседовал. О последствиях сделки не говорили. Она полагала, что собственная дочь не лишит мать своего угла, т. е. дома.

В решении суда записано, что В.А.Сухарева «как представитель истицы предпринимала попытки примирить истицу и ответчицу, предлагала последней расторгнуть сделку и дать матери спокойно жить в своем доме, но Ольга В. категорически от этого отказалась».

На суде Ольга В. исковые требования не признала, т. е. не согласилась расторгнуть договор дарения дома.

Почему дочка так старалась заключить договор дарения дома и не отказалась от сделки, в решении суда почему-то не записано. Довод Ольги В. о том, что мать подписала договор якобы потому, чтобы наследство не перешло сыну, на мой взгляд, говорит о юридической неграмотности Зинаиды П. Суд не обратил на это внимание. Полагаю, что ответчица понимала: дом по завещанию надо ждать неизвестно сколько времени, т. е. пока его хозяйка уйдет в мир иной. Другое дело - договор дарения. Подарила - и будь здорова, мама, теперь будешь жить в доме, если захочешь, на моих условиях. А нет - вольному воля. Можно ведь и условия создать такие, что сама уйдешь. К примеру, выбросить и порубить старую мебель, которая дорога хозяйке (дочь так и сделала). Да мало ли какой можно найти повод для скандала, чтобы близкие люди не жили вместе.

Для проверки психического состояния Зинаиды П. суд назначил экспертизу. Судебно-психиатрический эксперт А.Н. Таенков сказал на суде, «что в первый раз он осматривал истицу 17 июля 2011 года, когда ее доставили на машине «скорой помощи» в психбольницу. Информация о том, что женщина якобы сошла с ума, поступила от ее родственников. Зинаида П. в то время, по мнению А.Н. Таенкова, была совершенно адекватна. Во второй раз, в октябре 2011 года, когда судом была назначена психиатрическая экспертиза, все тот же А.Н. Таенков рассказал суду, что увидел уже совершенно другую, подавленную личность. «У нее отмечались нарушения функции памяти, эмоциональная лабильность, легкие когнитивные нарушения». В декабре 2011 года, при дополнительной экспертизе, опять-таки А.Н. Таенков (один и тот же эксперт) увидел в Зинаиде П. уже практически больного человека, «морально раздавленного, с явной клиникой депрессии, нарушениями памяти и мышления».

Суд не спросил у А.Н.Таенкова: могли ли быть случаи временного расстройства центральной нервной системы у Зинаиды П. до 17 июля 2011 г.?

Судом не были исследованы обстоятельства, кому и как Зинаида П. выплачивала ипотеку за квартиру по улице Бумагина, 21а. Кто и как брал «ипотечные» деньги по десять и шесть тысяч рублей. «За деньгами ко мне приезжала ежемесячно внучка. Неоднократно спрашивала у нее квитанции. Но она от конкретного ответа увиливала», - написала в своем заявлении в прокуратуру Зинаида П. (Копия документа имеется в редакции). Имя, фамилия внучки записаны в решении суда. Есть о чем поразмышлять. Однако... руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд отказал в удовлетворении иска Зинаиды П. к своей дочери Ольге.

И никто из участников процесса почему-то не задал себе простого вопроса: а где будет жить 78-летняя женщина-инвалид?

Такой вопрос суд мог бы задать и чиновникам, которые регистрировали договор дарения дома. Так называемое третье лицо в суде - управление федеральной службы госрегистрации, кадастра и картографии по ЕАО - надлежащим образом уведомили о времени и месте рассмотрения дела. Но управление, судя по записи в решении суда, о причинах неявки представителя на процесс не сообщило.

Как теперь Зинаиде П. реализовать свое конституционное право на жилье?..