Главное и единственное

Главное и единственное - С.Ф. Сегеда

предоставлено автором

С.Ф. Сегеда

…Он, как и все мальчишки, в детстве «запоем» читал детективы. Расследования, погони, борьба интеллектов следователя и преступника… В итоге — обязательно разгадка тайны и торжество справедливости. С годами увлеченность детективами прошла, а вот интерес к правоведению только укрепился. Так Сергей  Сегеда стал юристом

— Сергей Федорович, похоже, Вы не мучились долго с выбором профессии? 

— Можно сказать и так. Хотя выбор состоялся сначала на бессознательном уровне – по книжкам. В семье юристов не было. Школу заканчивал в Бирофельде, родители работали в совхозе.  Жизнь и труд в деревне тяжелые, далекие от романтики. Хотелось чего-то необычного. Технические профессии не привлекали — успел убедиться, когда после школы работал шофером в Бобрихинском совхозе. Любил историю, литературу, много читал. Решил поступать на юридический. Думаю, что не ошибся. Так в жизни часто бывает: то, что мы порой выбираем неосознанно, оказывается тем единственным и главным. 

— После службы в армии Вы вернулись на работу в   совхоз и заочно учились. А как попали в прокуратуру? 

— Сам пришел. Поехал в Биробиджан, зашел в областную прокуратуру, в отдел кадров, и сказал: «Хочу у вас работать». Поставили в резерв. А в 1979 году взяли  помощником прокурора в Смидовичский район. Через два года – в прокуратуру области старшим помощником по надзору за исправительно-трудовыми учреждениями. 

— Вы сразу выбрали уголовное право?

— Когда учился в университете, меня зачислили на специализацию советского права. Но уголовно-правовая привлекала больше. В Смидовичской прокуратуре выезжал вместе со следователем на место преступления, занимался проверками, поддерживал обвинение в суде. Много приходилось ездить по району. Чаще всего на поезде. Судебных заседаний тогда много было выездных. Каких-то, как сейчас говорят, «громких» дел было мало. В основном кражи, наркотики, побои. Убийства — редко, как правило, бытовые. Приходилось заниматься и расследованием уголовных дел. Каждое было по-своему сложным, требующим тщательного исследования обстоятельств преступления, поиска и фиксации доказательств, проверки версий обвиняемых. 

– В 1994 году, ровно двадцать лет назад, Вы пришли в суд Еврейской автономной области. Начало Вашей работы совпало с началом реформы судебной системы страны. Какие изменения уголовного законодательства вы считаете наиболее значимыми?

— Меняется жизнь, должно и совершенствоваться законодательство. Главное, чтобы эти перемены способствовали улучшению работы судебной системы, поскольку от качества ее деятельности зависит уровень обеспечения прав граждан. Новый Уголовный кодекс, в частности, изменил подходы к вопросам назначения и освобождения от наказания. Некоторые виды преступлений были декриминализированы. По одним видам оно смягчилось, по другим, наоборот, усилилось. Например, за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, за умышленные убийства. Эта тенденция продолжается и в последние годы. Введены новые статьи, среди которых и связанные с мошенничеством. Усилена уголовная ответственность за должностные преступления. 

Трансформировалось за это время и процессуальное законодательство. Десять лет назад суды стали принимать решения о производстве обысков, выемке документов, об избрании подозреваемым и обвиняемым мер пресечения, связанных с ограничением свободы. Важно то, что суды перестали быть органами уголовного преследования. Главный принцип уголовного судопроизводства – состязательность сторон, защита и обвинение равноправны в процессе. 

Много за эти годы было сделано для технического оснащения судов. Сейчас любой человек, не выходя из дома, может узнать время и дату судебного заседания, список документов, которые необходимы для подачи в суд, — был бы компьютер и выход в Интернет. Таким же образом можно найти решения судов, информацию о движении дела. 

– В этом году исполняется 150 лет, как в систему российского судопроизводства был введен суд присяжных. Его же возвратила судебная реформа 90-х. Многие считают, что наше общество не готово к такой форме правосудия: оправдательные приговоры дают возможность преступникам избежать наказания…

— Наше общество не хуже, чем в других  странах. По статистике, в России около 20 % вердиктов присяжных – «Не виновен». Этот показатель не выше, чем в западных странах. Были такие случаи и в нашей области, но они единичны. Оправдательные приговоры – повод для следственных органов задуматься над качеством своей работы. Если присяжные оправдывают, значит, доказательства вины человека для них малоубедительны. Гособвинению нужно суметь донести свою позицию, простым понятным языком в доступной форме разъяснить суть дела, чтобы как можно меньше оставалось неясностей. Да, присяжные не юристы. Именно поэтому необходимо более ответственно и тщательно подходить к подготовке таких дел. Вот здесь наиболее ярко и проявляется принцип состязательности сторон. Судья обеспечивает равные условия и той, и другой стороне.  Считаю, что нужно учиться работать в новых условиях, а не обвинять в неудачах присяжных. 

В то же время, на мой взгляд, этот институт нуждается в совершенствовании. Программа защиты свидетелей в нашей стране есть, а защиты присяжных – нет. Также необходимо обеспечить такие условия, чтобы на «судей из народа» никто не мог оказать давление, чтобы они были ограждены от информации, которая может повлиять на их решение, в том числе поступающей из СМИ. 

— Сейчас областной суд приобрел статус еще и апелляционной инстанции для решений районных судов. Насколько усложнилась Ваша работа?

— Суд апелляционной инстанции также проверяет законность, обоснованность и справедливость приговора или другого решения районного суда, как раньше кассационной. Однако теперь тот, кто подает апелляционную жалобу, вправе обратиться с заявлением о вызове новых свидетелей, об исследовании доказательств, которые не были изучены судом первой инстанции. Но для этого надо обосновать, почему ранее это невозможно было сделать. Причина должна быть уважительной. Раньше при отмене приговора кассационной инстанцией дело направлялось в районный суд на новое рассмотрение (за исключением случаев прекращения). Сейчас апелляционная инстанция имеет право  вынести новый приговор. Это существенно сокращает время рассмотрения дела. 

У каждой инстанции своя специфика. Работа с уголовным делом на любой стадии требует особой скрупулезности: оно полностью изучается, анализируются все материалы, доводы сторон, проверяются все выводы следствия и судов нижестоящих инстанций, основания вынесения  того или иного решения, их соответствие нормам закона и т.д. Насколько тщательно это будет сделано, зависит от добросовестности и квалификации судьи, независимо от того, в какой инстанции он работает. 

— Сейчас профессия судьи очень престижная. Как Вы считаете, кроме хороших знаний, какими качествами нужно обладать, чтобы стать судьей, настоящим профессионалом?

— Конечно, нужны способности к такой работе, ведь у нее особая специфика. Еще я бы сказал, въедливость, кропотливость. Умение детально разобраться с делом, а не пройтись по верхам. Законы одинаковые, но каждая ситуация индивидуальна. Надо постоянно заниматься самоподготовкой, самообразованием. Законодательство меняется, за ним надо следить. Важно еще и уметь применить полученные знания. Теория — это одно, практика – несколько другое.  Немало случаев, когда сдавшие квалификационные экзамены на «пять», потом не могут работать судьями. Ну а главное, надо быть честным. Ошибаться или заблуждаться может каждый, в том числе судья, поскольку он руководствуется не только законом, но и внутренним убеждением. Важно, чтобы убеждения эти были честными и бескорыстными. И помнить, что в руках судьи – судьба другого человека. 

— Сергей Федорович, Вы уходите в отставку. Это, наверное, сейчас одно из самых важных событий в Вашей жизни. Чем собираетесь заниматься в свободное время?

— Я по-прежнему люблю читать.

— Все также детективы?

— Нет, детективы —  в прошлом. Предпочитаю книги исторические, особенно мемуары. С интересом прочитал воспоминания немецких генералов о Второй мировой и Великой Отечественной войне. Сейчас читаю роман шведского писателя об истории Полтавской битвы. Думаю, на события надо смотреть с разных сторон, чтобы понять происходящее,  узнать, как другая, противоположная, сторона его оценивает. Значительную часть времени буду проводить с семьей, с женой, с внучкой. Сыновья уже взрослые. Внучка пока одна. В этом году идет в первый класс. Считаю, что это — самое важное событие для всей семьи. 

Наталья ТРОФИМОВА

Сергей Федорович Сегеда родился пятого мая 1955 года в поселке Сутара Облученского района ЕАО. С 1973 г. по 1975 г. служил в рядах Вооруженных сил СССР. В 1981 году окончил юридический факультет Иркутского государственного университета. С 1979 г. по 1982 г. – помощник прокурора Смидовичского района ЕАО. С 1982 г. по 1988 г. – старший помощник прокурора ЕАО. В 1988 году избирается народным судьей Биробиджанского городского народного суда. С 1990 г. по 1994 г. – юрист юридического кооператива «Защита». С сентября 1994 года – судья суда Еврейской автономной области.

В 2011 году за многолетнее образцовое исполнение служебных обязанностей, инициативу при исполнении служебного долга награжден медалью «За заслуги перед судебной системой Российской Федерации II степени». С 2008 по 2013 год — входил в состав Совета судей РФ. В 2014 году за большой личный вклад в укрепление законности и правопорядка Сергею Федоровичу Сегеде вручена Почетная грамота Совета судей ЕАО, присвоено почетное звание «Заслуженный юрист Еврейской автономной области».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *