“Горючий” период

Апрельско-майские пожары в лесном фонде ЕАО обернулись для государства многомиллионными потерями. Ни один виновник бедствия не найден

Во что обошлись государству апрельско-майские пожары в лесном фонде ЕАО, знают в управлении лесами. Ущерб от стихии в целом оценивается специалистами почти в шесть миллионов рублей. При этом стоимость погубленной огнем древесины рассчитывается не по рыночным ценам, а по ставкам, которые на порядок ниже. К тому же в объем ущерба не включаются сгоревшие дотла, к примеру, лекарственные растения, медоносы, ягодники, лечебные мхи, орешники. Если обсчитать потери этих видов флоры — прослезишься, потому что ущерб окажется в разы больше…

Возгорания нынешней весны оказались настолько массовыми, что правительство области вынуждено было объявить особый противопожарный режим с рядом ограничений по посещению лесов населением. Но где было взять сил той же лесной охране, чтобы установить контроль за гослесфондом? В этот «горючий» период в нем многолюдно: сборщики черемши, папоротника, заготовители березового сока, рыбаки, отдыхающие «на природе» люди. И вот плачевный итог разгула стихии: за два неполных месяца возник 101 пожар, огнем которого пройдено 9,1 тысячи гектаров лесного фонда. (А в скобках заметим: пожары на землях поселений, сельхозпредприятий, госзапаса и других вообще не учитывались, не оценивался ущерб, который едва ли меньше учтенного лесниками).

И практически за всеми возгораниями стоит, как принято говорить, человеческий фактор. Кто-то бросил в сухую траву окурок, кто-то выжигал стерню на поле или на поляне, куда летом будут вывезены улья с пчелами. Оставляют непогашенными костры рыбаки, сборщики дикоросов. Есть и криминальные пожары, когда злонамеренно выжигаются участки, чтобы ускоренно созревал папоротник-орляк. А есть и преступления пострашнее — поджоги особо ценных участков леса с тем, чтобы потом получить в рубку тот же кедр, ясень, поврежденные огнем, но не утратившие товарную стоимость… А найден ли был хоть один виновник пожаров? Такого лесники не помнят. Когда-то лесной службе, в том числе и в ЕАО, были приданы для поиска поджигателей и контроля за использованием лесных ресурсов милиционеры. Кому-то показалось, что они дороговато обходятся казне, а то, что безнаказанно сгорают леса на многие миллионы рублей, вопрос вроде бы второстепенный. Милиция (полиция) всегда ищет и часто находит пироманов, пускающих «красного петуха» в городах и весях, а вот «авторов» уничтожения огнем лесного фонда, увы, не ищет.

Между тем кроме огромного экологического и материального ущерба пожары «съедают» серьезные бюджетные деньги, расходуемые на ликвидацию возгораний. Так, на борьбу со стихией израсходовано около шести миллионов рублей федеральной субвенции. Эти деньги Рослесхоз выделил области на весь 2011 год. Таким образом, на тушение осенних пожаров (а они, как и весенние, причем более опасные и губительные, неизбежны) денег не осталось. Управление лесами ЕАО готовит обращение в Рослесхоз на дополнительное финансирование «огневой» работы.

А она год от года становится все затратнее. Например, час полета на небольшом вертолете МИ-2, который придан на пожароопасный сезон Биробиджанской авиабазе по охране лесов, стоит уже 65-69 тысяч рублей! Тут уж, как говорится, не разлетаешься. А взять обычный гусеничный вездеход, на которых лесники добираются к дальним очагам огня. Расход бензина на один километр — один литр! И это еще не все: вот-вот закончатся на АЗС запасы бензина АИ-80, производство которого свернуто, и тогда эксплуатация вездехода станет еще накладнее — литр 92-го на четыре-пять рублей дороже. В управлении лесами говорят, что при неостановимом пока росте цен на все и вся (ГСМ, запчасти, техника и т. д.) финансирование профилактических и самих работ по тушению пожаров не только не увеличилось, но даже… сократилось по сравнению с 2007 годом.

Более того, до неприличия урезаны штаты работников в лесхозах и лесничествах. В пик горимости нынешней весны лесное управление области могло «наскрести» на ликвидацию возгораний максимум 80 человек. А ведь до «реформ» лесной отрасли (когда и пожаров было намного меньше) лесхозы области могли спокойно выставить на защиту лесов от огня 200 человек. Потребовалось бы усилить команды для борьбы с огнем, набрали бы и 300 человек.

Такие вот невеселые итоги весеннего пожароопасного периода подвели в интервью редакции специалисты областного управления лесами.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *