Господа опера, где вы были вчера?

Господа опера, где вы были вчера?

Поймать сыщика Дениса Зощука для разговора оказалось немногим проще, чем ему самому выследить матерого наркодельца

Вы удивитесь, но в назначенный час в кабинете капитана милиции приглушенно звучала музыка: нечто концептуальное. А сам он жизнерадостно  перелистывал что-то на экране компьютера.

— Играете, — говорю ему вместо «здравствуйте». — Стрелялки?

Он засмеялся:

— Да скорее догонялки. Для вас же распечатку происшествий хочу сделать за прошлый год. Представляете: 166 эпизодов! Это только по Биробиджану и району. А по области 337 эпизодов.

— Судя по энергичному звуковому сопровождению, эпизоды очень веселенькие?

— Ну кому как покажется. А музыка — это у меня релаксация такая, мозги в темпе переключаю, чтобы отчет быстрее написать. Я только что из подвала. Часа два там отсидел.

— Ой! А что там в подвале-то было?

В подвале жилого дома наркоделец, который давно был в оперативной разработке уголовного розыска, с двумя товарищами в этот день занимался изготовлением очередной партии наркотиков. Надо было поймать его с поличным. И вневедомственной охране это удалось.

Поймали, задержали, изъяли. Гашишное масло, марихуана в особо крупном объеме и, конечно, средства производства – вещественные доказательства.

Денис подробностей не сообщает, только в общих чертах. Тайна следствия.

— А где вы были вчера? — спрашиваю у него. — Если это, конечно, не тайна следствия…

Но Денис рассказал о некоторых оперативно-розыскных мероприятиях минувшего года. Например, некий крутой гражданин продал «покупателю» за 2000 рублей 0,06 грамма экстракта маковой соломки.

Сейчас с продавцом дорогого товара опийной группы работает следователь.

Вижу по сводке: опий на черном рынке области появляется все чаще. А это по сравнению с банальной коноплей более тяжелый и, значит, более опасный для здоровья «кайф». Но «гурманов» это, видимо, не пугает. Как и цены. Впрочем, они разные — конъюнктурные, демпинговые, как вообще в рыночной экономике. Вот, например, другой торговец за те же 2000 рублей сбыл в шприце 0,112 грамма экстракта маковой соломки.

Следом за опием появился в здешнем ассортименте еще более разрушающий человека героин. Как утверждают специалисты, героиновый наркоман живет только 5-7 лет, его организм разлагается на морфологическом уровне.

— Самое печальное, — говорит Денис, — что незаконный оборот наркотиков не уменьшается, сколько бы мы ни вылавливали дилеров, заготовителей, производителей, курьеров, перекупщиков. Утешает только то, что наши подразделения реально исправляют ситуацию на тайном рынке сбыта. Не вся отрава доходит до потребителя. И в то же время этот криминальный бизнес обретает новые характеристики. В него вовлекается все большее число, казалось бы, законопослушных граждан. Сельские домовладельцы на своих участках и подворьях культивируют посадки конопли и мака. Женщины без страха и сомнений становятся наркокурьерами. Например, гражданка Г. не побоялась принести в спецприемник МОВД «Биробиджанский» для передачи административно-арестованному вместе с продуктами питания гашишное масло – 1,19 грамма.

А у должностного лица одной очень ответственной службы областного масштаба прямо на рабочем месте на полу было рассыпано около килограмма марихуаны. Больше года содержал наркопритон в своем доме представитель дружной этнической диаспоры. Владельцы респектабельных иномарок оказываются в роли перевозчиков пассажиров с наркотическими средствами, заведомо зная о криминальных «заначках» в своих автомобилях. Вот им-то чего не хватает?

Наверное, совести и гражданской ответственности.

По официальным данным российской статистики, за последние десять лет число больных, зарегистрированных с диагнозом «наркомания», выросло на 60 процентов, их около полумиллиона.

Независимые эксперты ориентировочно называют две цифры: 2,5 миллиона и 1,5 миллиона. Первая – общее число наркоманов, вторая – количество несовершеннолетних потребителей.

Известны случаи, когда пагубную привычку обретают девятилетние, а первую «затяжку», дозу получают в подъезде дома, где живут, во дворе школы, где учатся, на акциях «Нет наркотикам!», куда приходят организованно.

— Что же делать? Как бороться с этим стихийным бедствием? – задаю я почти риторический вопрос.

— Для начала, — говорит Денис, — надо спасать молодежь. Вы не представляете, как много в нашем городе юных «потребителей». Причем это дети из нормальных семей. Не только мальчики, но и девочки. Разговариваешь с ними – смеются: да я, мол, не наркоманю, просто балуюсь. Захочу – брошу.

— А что действительно нужно, чтобы ребенок, подросток не то что «бросил». А вообще не начал?

— Ответы у меня хорошие есть, конечно. Но ведь не от сыщиков зависит решение вопроса.

А “цена вопроса”, видимо, в том, что, во-первых, нужно совершенствовать законодательство в сфере уголовной ответственности за распространение наркотиков. Во-вторых, профилактику менять кардинально. Смещать акценты с силовых методов на лечение.      В-третьих, менять общественное сознание, чтобы ребенок не стремился перенимать дурные привычки, не считал их фактом приобщения к какой-то касте, модной субкультуре, богемной элите.

…По телефонным звонкам из дежурной части и красноречивым взглядам оперативников, время от времени заходящих в кабинет Дениса, уже поняла, что пора «закругляться». Задаю последний вопрос:

— Как родителям вести профилактические индивидуальные беседы с ребенком?

— Как советуют специалисты, нужно научить его отказываться в самых трудных ситуациях, когда пытаются «взять на понт»: «Что, слабо?» В реальности очень трудно найти достойный ответ на такую провокацию. Предложите ребенку несколько фраз, которые выручат его в подобном случае. Например: «Я был бы слабаком, если бы сделал так, как ты хочешь». А пропаганде ложной мужественности и «взрослости»  можно противопоставить рассуждение: “Настоящий мужчина как раз способен отказаться от вредной привычки” или «Какой же ты сам-то сильный, если зависишь от кайфа?”.

Денис хорошо знает темную сторону жизни, где много губительных соблазнов. Работа в уголовном розыске – это как раз та сфера деятельности, нелегкой службы, где все социальные проблемы общества видны, как под микроскопом, без прикрас.

До «отдела НОН» Денис работал и по розыску людей, пропавших без вести, и по раскрытию убийств… Знает, почем фунт лиха, человеческой беды.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *