Хозяйка большого дома

Хозяйка большого дома

Олега Черномаза

Антонида Сергеева – женщина простая и словоохотливая. По крайней мере,  на первый взгляд. Она из числа тех, кто легко сходится с людьми, не жалуется на жизнь, как бы она ни складывалась, а всегда находит повод для радости 

Они  с мужем  вырастили семерых детей, здоровых и благополучных, и это  всегда было и остается главным в ее жизни. Антонида Исаевна давно, больше 30 лет назад, овдовела. При этом в свои 78  не только сохранила моложавость и энергию, но и продолжает оставаться главой семьи. Или, если хотите, клана. У ее дочерей давно уже свои дети и внуки, но по важным вопросам все приходят за советом к бабе Тоне. Только старшая дочь живет в Амурской области, все остальные – биробиджанцы.

Спрашиваю женщину, мечтала ли она  о большой семье, или так распорядилась судьба. Антонида в ответ рассказала мне историю из жизни.

У них заболела Людочка, первый и тогда единственный ребенок в семье. А на станции Эльга  в Верхнебуреинском районе, где жили Сергеевы, медиков  не было. Фельдшер мог по вызову приехать либо из Ургала, либо из Тырмы, все зависело от расписания поездов.  Ближайший поезд был через девять часов,  а малютке становилось хуже. И Тоня побежала в корейский леспромхоз, который базировался в Эльге. Там, она знала, есть врач. Кореец не отказал в помощи, осмотрел больного ребенка, назначил малышке лечение. А потом, внимательно посмотрев на молодую женщину, произнес: «Мадама люби маленький – мадама хорошо, мадама не люби маленький – мадама помирай».

Вряд ли доктор был ясновидящим и мог предсказывать судьбу, но Тоня тогда решила, что аборт для нее – смерть. Кстати, того же мнения была и ее свекровь Клавдия Ивановна, которая прожила больше 20 лет вместе с семьей сына и очень боялась  сиротства внуков.  А ведь такое вполне могло  быть. В пятидесятые-шестидесятые годы прерывание беременности не так уж редко заканчивалось смертью, в лучшем случае – бесплодием.  

 И Тоня каждые два-три года радовала супруга еще одной малюткой. Борис  мечтал о сыне, а она все рожала красавиц дочек. У них уже было пять девочек, когда родился Сережа.

Счастливый отец в  тот день бежал по улице  и кричал: «У меня родился  сын!» Этого дня супруг ждал  тринадцать лет.  Дождался! Когда Сережка немного подрос, он был неразлучен с отцом. Сын для него всегда был любимчиком. К сожалению, Борис не дожил до того времени, когда Сережа стал взрослым.

Под диктовку записываю  даты рождения детей: Людмила – 1958 года, Наталья  –1961 года, Ольга  – 1963 года, Татьяна –1965 года, Анна – 1968 года, Сергей – 1971 года,  Марина – 1974 года рождения. Антонида Исаевна вспоминает, что имена дочкам заранее не придумывали – сына ждали. Так было и с их старшей.

– Я была единственная роженица, – вспоминает Антонида. – Акушер у меня был мужчина. И стыдно, и боязно – ведь в первый раз рожаю. «Давай я тебя посмотрю», – говорит. А я отказываюсь. Все же он меня уговорил. Посмотрел и воскликнул: «Будем рожать!» А когда я благополучно разрешилась, он мне и говорит: «У тебя первенец, и ты у меня  первая пациентка, я сегодня впервые самостоятельно принял роды. Вы уже решили, как назвать девочку?» Я отрицательно мотаю головой. «У меня есть любимая девушка. Давай в ее честь назовем твою дочку Людой!» 

Имени того акушера Антонида не запомнила, зато имя его любимой никогда не забудет.   

 – Наверное, трудно иметь большую семью?– спрашиваю многодетную маму.

– А что тут такого – семеро детей? – пожимает плечами баба Тоня. – Мне не стыдно за них. Каждый живет своей семьей, всех выучила, всех вырастила.  Шестеро получили  двухкомнатные квартиры – спасибо советской власти. 

– А мужа вы своего любили? 

– А кто его знает? – простодушно отвечает Антонида Исаевна. – 28 лет прожили вместе,  не изменяли, не обижали, уважали друг друга.  

И беременности, и роды, признается Антонида, у нее были легкими. А ведь были еще и бессонные ночи, детские болезни, бесконечные больничные, неприятности на работе. А пальтишек, платьиц, ботиночек сколько нужно на такую ораву? Не говорю про то, что прокормить большую семью не так-то просто.

У Тони львиную долю заботы о малышах брала на себя свекровь, а молодая женщина имела возможность спокойно работать. Она  трудилась швеей – сначала на трикотажной фабрике, а потом на швейной. Работала Антонида Исаевна, я думаю, хорошо, потому что, кроме наград за материнство,  заслужила медаль «За трудовую доблесть». Таким же работящим был и муж. Они  всегда держали  корову, кур, выращивали много овощей, картофеля.

Антонида вспоминает, что когда они с родителями приехали в Эльгу, Борис был бригадиром тракторно-полеводческой бригады в колхозе, позже стал бригадиром плотников. Технику знал, руками многое умел делать, хотя и вырос без отца – тот погиб на фронте. В их семье огород, хозяйство всегда были общим делом – и родителей, и детей. Когда из Эльги большая семья Сергеевых переехала в Биробиджан, деток тогда  было еще пятеро, младшей  Анечке исполнился год. Купили   старенький, на подпорках, дом. За год построили новый.

– Сами? – уточняю я.

– А кто же? –  удивляется вопросу Антонида. –  Кредитов-то не давали! Борис сруб поставил, сами штукатурили стены и потолок, старшие дети тоже работали  с нами. 

В этом доме на улице Коммунальной Антонида Исаевна живет  и сейчас. Здесь же обосновались Сергей и один из взрослых внуков, Александр. Дочки,  зятья, внуки и правнуки тоже  часто бывают  в их семейном доме. Вот и сегодня одна из дочерей, Наталья, пришла, чтобы помочь вставить вторые рамы в окна.  Расспрашиваю ее о родительской семье.  

– Бабушка нас растила, готовила, кормила, в школу отправляла, – вспоминает Наталья. – Родители не наказывали, но была дисциплина. Старшие идут гулять, берут с собой малышей. Пока свой участок на огороде не вскопаешь, гулять не пойдешь. Уже взрослая была, кавалер  придет, копает огород, а я делаю уроки, и пока не сделаю, не могу уйти из дома. Отец не кричал на нас. Просто  мы маму с папой слушали, взаимопонимание было. 

– Дети понимали нас, мы – их, – о том же самом высказалась Антонида Исаевна.

Наталья вспоминает, что никто из детей  не говорил: «Я этого делать не буду, не хочу». В большой семье не бывает, чтобы мама тянула всю работу по дому одна, так ее надолго не хватило бы. Дети, подрастая, трудились рядом со взрослыми, и это было самое лучшее воспитание.

По мнению дочери,  когда детей много, они тянутся  друг за другом, старшие заботятся о младших. Подружки немножко завидовали дружной семье Сергеевых, некоторые любили ночевать в их доме, родители привечали всех. Она вспоминает, что у каждого были свои обязанности по дому, а посуду мыли по очереди и дети, и родители. Папа посуду мыть не любил,  в шутку предлагал: «Девчонки, кто за меня помоет, тому дам 20 копеек». 

По словам дочери, сенокос для семьи был праздником. Угодья были  на Тукалевском.  Дети переплывали через речку, а взрослые шли в обход. Маленьким доставались маленькие грабельки, тем, кто постарше, – побольше. Отец с матерью косили, а остальные, вне зависимости от возраста, тоже работали – ворошили сено, сгребали, укладывали в копны и получали похвалы от родителей. 

– Наташа,  какие качества вы хотели бы перенять у мамы? – спрашиваю у дочери.

– Мама легко сходится с людьми, со всеми находит общий язык. Даже  с незнакомыми общается так, как будто она их знает много лет.  Я так не умею. 

 Дом Сергеевых стоит в поселке Партизанском на красивом месте, рядом с речкой и парком. Свободное время  ребятня проводила  в парке и на берегу реки. Зимой катались на коньках, летом – на каруселях. Были ли у родителей трудности с тем, чтобы одеть-обуть детей? Наверняка. Но они никогда ничего не просили,  с  проблемами справлялись сами.

 – Когда нам в школе предлагали одежду, обувь – мы отказывались,  считали это унизительным, – вспоминает Наталья.

Глава семьи умер в 1984 году от сердечной недостаточности, было ему всего 49 лет, а Тоне – 47.  Вскоре ушла из жизни свекровь.  Беда приходит неожиданно и почти всегда становится испытанием. Слабых – ломает, сильных делает сильнее. Антонида никогда не могла позволить себе быть слабой. Надо было жить дальше,  поднимать детей,  да и работу  никак нельзя было бросать. Дочки подрастали, старшие уже работали, младшие, Марина и Сережа, учились в школе. Наталья  сдала экзамены и поступила в техникум. 

На фабрике ей предложили выход – трудиться надомницей, и Антонида согласилась. Привезли домой швейную машинку, крой.  Сил у нее хватало на все – выучить уроки с Мариной и Сережкой, приготовить еду и выполнить норму. Вскоре внуки  появились, она и с ними успевала управляться. Антонида Исаевна продолжала работать и тогда, когда достигла пенсионного возраста. По-прежнему рядом с ней была малышня –  она помогала дочерям поднимать детей. 

Интересно, что большинство ее дочерей  трудятся в торговле. Люда – кондитер, Наталья, Татьяна и Марина выбрали торговую сферу. Ольга работает воспитателем в детском саду, Сергей электрик-осветитель в Центре детского творчества.

У Тони никогда не было любимчиков. Всегда старалась, чтобы все у всех было поровну. От этого принципа она не отошла и сейчас. Антонида попросила детей не продавать родительский дом на Коммунальной. Считает, что он их  объединяет.  Полдома оформила на детей, еще полдома – на себя. А в завещании указала остальных – чтобы все было поровну и никто ни на кого не обижался. 

 К зятьям  Антонида относится не хуже, чем к дочкам.

– Бывает, дочку наругаю, а бывает, и зятя – чтобы мирно жили между собой, – признается Тоня. – А то начнут делиться, а я этого не хочу. А зятья меня любят и слушаются.

– Это правда, – вставляет Наташа. – Мой муж маму любит, говорит: «Теща, друг родной, помоги».

Тоня поделила не только дом, но и огород.  Каждой  дочери выделила по две сотки, там они полновластные хозяйки. У каждой на участке те плодовые деревья, кустарники, овощи, ягоды, которые она хочет вырастить, а рассаду  мама  выращивает для всех.

Антонида и себе оставила земельный участок. Обеспечивает овощами себя, да  еще и зелень, ягоды умудряется продавать на рынке. Так что в летние месяцы имеет, кроме пенсии, стабильный доход. Не торгует разве что картошкой. А вот несколько проданных за день пучков редиски, лука, баночка ягод  дают хорошую прибавку к пенсии. 

– Зелень выросла, я уже пенсию не жду –  летом со своего огорода  живу, – делится Антонида Исаевна секретами своего благополучия.

 Могла бы посетовать на трудную жизнь, на высокие цены. А она жаловаться не привыкла, привыкла всего добиваться своим трудом. Благо, что еще есть силы, энергия. Сидеть у телевизора целый день –  такой привычки у бабы Тони нет. Весну, лето, осень от зари до зари она на огороде. 

Мама с дочкой рассказали, что в большом доме на Коммунальной особенно многолюдно бывает в дни рождения и праздники, из которых самый главный – Новый год.  

– Больше двадцати не собираемся, – смеется  Антонида Исаевна. – Столы  ставим буквой «П», все помещаемся. Внуков у меня  двенадцать, правнуков восемь, на днях девятый должен появиться на свет.

 Оказывается, Антонида любит петь и плясать, не уступает в этом молодым. В этих семейных праздниках любят участвовать не только дочери с зятьями, но и внуки. 

– Бывает, что молодые уходят в компанию к сверстникам, а потом возвращаются к нам, – рассказывает Наталья. – Говорят, что у нас лучше. А у нас действительно хорошо – мы наряжаемся в маскарадные костюмы, дарим всем подарки, устраиваем конкурсы, игры, поем и пляшем. У мамы тоже подарочки заготовлены – она, как в молодости, шьет, и у нее по-прежнему получается ровная строчка. 

Антонида Исаевна производит впечатление простой женщины. Но это лишь часть ее натуры.  На самом деле она сильная и мудрая женщина, оберегающая свое потомство от житейских невзгод.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *