И летят журавли…

И летят журавли… - фото из семейного архива

фото из семейного архива

Нельзя забывать, что сорок пятый победный год включает в себя и сорок первый, и сорок второй… Годы бегут, сорок пятый все дальше и дальше отодвигается в прошлое. А интерес к теме войны не остывает.

Мы еще не все о ней рассказали, не поведали в полный голос о бессмертном подвиге женщины – невесты, матери, труженицы и воительницы. Одна из них живет в нашем городе — труженица тех грозовых сороковых годов Лидия Федосовна Перова.

Детство ее прошло в селе Орловке Амурской области. Рассказывает, как работали с подругами на прицепах тракторов, пахали землю, убирали хлеб и отправляли на фронт. В тылу ковали Победу.

— Очень тяжелое было время в первые дни войны, — вспоминает Лидия Федосовна. — Все мужчины и молодые парни ушли на фронт, остались женщины, дети да старики. Ушли на фронт мой отец и старший брат. Не дожили они до светлого дня Победы. Отец погиб при взятии Берлина, брат — в Латвии.

Она теребит в руках платок, никогда не расстается с ним, когда приходят грустные минуты, смахивает набежавшую слезу и замолкает.

Думая о дне Великой Победы над фашистской Германией, мы заглядываем сначала не в солнечный и радостный 1945-й, а в полынно-горький, принесший нам неисчислимые страдания и утраты год 1941-й. Сколько человеческих судеб не сложилось, сколько жизней оборвалось либо в самом их начале, либо в полном расцвете, а сколько разбросало близких и родных по белу свету!

Война была для нашей страны тягчайшим испытанием. Как бы ни было тяжело, каждый говорил себе: «Ничего, потерплю, потерплю, идет война». И после войны мы говорили: «Ничего, потерпим. Вызволим из пепла наши города и села, сделаем их еще прекраснее».

Люди, принесшие стране Победу, и сейчас часто говорят: «Ничего, потерпим. Тяжелую годину испытали, выстояли, и это переживем». А сколько их ушло, так и не дождавшись лучшей жизни! Уходит от нас поколение тех, кто вынес на плечах войну, тех, кто ломал эту войну своими руками и платил за победу кровью. Сколько их еще осталось?.. Сколько им еще осталось?..

Лидия Федосовна, как бы очнувшись, продолжает свой горький рассказ:

— В начале сорок пятого года нас, пять девчонок, вызывает к себе бригадир Степан Алексеевич Коваль. Он был с одной рукой, вторую потерял под Сталинградом. И говорит нам:

— Мы получили из области бумагу: несовершеннолетних молодых девчат нужно отправить на учебу в Биробиджан, на текстильно-швейную фабрику.

Он отвернулся, глядя в окно, о чем-то думал. Притихли и мы.

— Жалко мне вас отпускать, что я буду без вас делать?

А потом бригадир нас крепко, по-отцовски, обнял, дал какие-то бумаги. Так мы с ним и расстались. Приехали в Биробиджан, фабрика нас приняла дружелюбно. Поселили в общежитие, распределили по цехам. Я попала в цех по пошиву телогреек и рукавиц для фронта, мои подруги – в цех по пошиву парашютов.

Бригадира Сару Борисовну Глик мы называли мамой, добрая она была, всегда приласкает нас, расскажет о житье-бытье.

Вскоре мама мне сообщила, что получила две похоронки — на отца и брата, а потом пришло от соседей письмо, что сама мама сильно заболела. Я выехала к ней. Через несколько дней она умерла. От чего? От тоски? От горя? Раньше врачей в селе не было…

Шли годы. Мы взрослели, трудились. К нам на фабрику пришел новый директор Эдуард Иванович Векессер. Душевный был человек. Никогда голоса не повысит на работника. Его теплота и душевность придавали силы всем нам. И в это время меня назначили инструктором производственного обучения – работала с молодыми, вспоминала ту пору, когда сама была ученицей.

Вот так и проработала полвека, стала ветераном труда. На возраст внимания не обращаю, участвую в городском хоре ветеранов. Проводим с Валентиной Пантелеевной Юфимчук в поселке Заречье заседания пенсионного комитета. Не привыкла сложа руки сидеть, такое уж наше поколение…

Такое уж поколение… И мы, выросшие после войны, в долгу перед этими людьми, которые столько пережили, столько вынесли на своих плечах.

Нет в нашей стране даже малого уголочка, которого не коснулась бы война, который бы остался от нее в стороне. И летят журавли нашей памяти над всей страной. И лететь им долго – до самых дальних наших потомков.

Василий ДОЛМАТОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *