Каким ты был

«Товарищи Дуни, немедленно признавайтесь, кто из вас написал эту песню!» — такой смешной вопрос «железным» тоном задает один из героев кинофильма «Волга-Волга», выстроив в ряд ни в чем не повинных девушек.

Прекрасная двусмысленность этой цитаты, понятная зрителю, заключается в том, что песню написал именно Дуня. Это уменьшительно-ласкательное, придуманное друзьями ироническое прозвище всю жизнь сопровождало композитора Исаака Осиповича Дунаевского, человека, кажется, озвучившего весь советский кинематограф в один из самых сложных для нашей страны периодов.

Дунаевский родился 110 лет назад, 30 января 1900 года в маленьком украинском городе Лохвица. Отец его – Цале-Иосиф Симонович был мелким банковским служащим, мать – Розалия Исааковна имела непосредственное отношение к музыке: играла на фортепиано, пела. Близки музыкальной среде и другие члены большой семьи композитора: дед его был кантором, а из пяти братьев музыкантами стали… пять.

В Харькове Дунаевский окончил консерваторию и даже получил «нормальную профессию» — учился на юридическом факультете. Только профессия эта ему не пригодилась, ибо жизнь оказалась связанной с музыкой неразрывно, именно ей были отданы и ум, и сердце, и лучшие дни. Театральная жизнь композитора началась с Харьковского театра, в котором он сначала просто играл на пианино, а потом стал и композитором, и дирижером. Спустя многие годы, десятки оперетт, балетов, водевилей и просто драматических спектаклей, сопровождающихся его музыкой, шли на главных сценах страны.

Триумфальный приход Исаака Дунаевского в мир кино связан с фильмом «Веселые ребята» — это первая музыкальная советская кинокомедия, популярность которой — заслуга не только режиссера Григория Александрова, но и – в равной степени – прекрасного композитора. Говорят, в первую же встречу с режиссером, после короткого обсуждения идеи, Дунаевский сразу подошел к роялю, наиграл стремительную и романтическую импровизацию и скромно спросил: «Немножко похоже?». Александров, словно услышавший в этой мелодии, превращающейся то в танго, то в вальс, голоса своих героев и увидевший еще не зафиксированные кинопленкой сцены из будущей картины, стоял завороженный.

Характер и стиль писавшейся музыки всегда определялся не только его эстетическими предпочтениями, но  и художественными задачами произведения, для которого она создавалась. Композитор понимал, что музыка не просто оживляет действие, она помогает ему развиваться, становится важной смысловой частью.

Можно ли представить другие, ставшие классикой фильмы, без музыки Дунаевского? «Кубанские казаки», «Цирк», «Весна»… Все песни в них удивительно соответствуют характеру героев, их взгляду на мир, и кажется, придуманы самими персонажами: так юный матрос из «Детей капитана Гранта», поднимаясь на палубу, насвистывает «А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер!», будто мелодия только что возникла у него в голове.

Дунаевского упрекали в  том, что он «придворный» композитор, упоминали о четырехкомнатной квартире в Ленинграде, машинах и даче, государственных премиях и легендарном персональном номере с роялем в гостинице «Москва». Иные критики «ломали перья», в порыве страсти обвиняя Дунаевского в подражательстве Голливуду, поклонении презренному Западу и чуть ли не завуалированном плагиате. Вспомнит ли сейчас кто-нибудь хоть одного из этих «музыковедов»?

А вот другой удивительный факт говорит о творчестве Дунаевского гораздо больше, чем все «разгромы» вместе взятые. Немногие знают, что один из самых отчаянных противников всего советского – писатель Михаил Булгаков — с Дунаевским дружил и даже написал либретто для одной из его опер. Булгаков, человек не зашоренный, умел оценить музыку композитора отдельно от стихов, прославляющих Страну Советов, тем более что придумывались те уже после того, как мелодия была написана. Писатель, создавший такие поэтичные тексты с особенной мелодикой, любил романтические, легкие, жизнерадостные, сложные – разные песни своего приятеля, развивающиеся драматургически, как развивается любое настоящее художественное произведение.

Пожалуй, самая известная песня композитора — «Широка страна моя родная» фактически являлась неофициальным гимном Советского Союза. С января 1938 года она каждое утро без пяти шесть передавалась по радио, и обычный день рядового советского человека начинался именно с нее. Эта песня звучала во всех уголках страны, ее пели учителя и строители, металлурги и военные. Понимал ли автор, что энтузиазм, безудержный оптимизм его творений слишком контрастирует с советской действительностью? Безусловно. Но он не лакировал тяжелое время, а просто честно делал свое дело: помогая «строить и жить», передавая радость открытий молодости и даруя надежду.

Его музыка стала фоном для целой эпохи, как сейчас бы мы сказали – саундтреком. Под этот саундтрек маршировали бравые солдаты и  плясали смешливые девочки в платочках, плакали в торжественные минуты и улыбались, когда с экрана раздавался знакомый жизнерадостный мотив.

Песни «Ой, цветет калина» и «Каким ты был, таким остался» искренне считают народными и поют, забывая об авторе, а это, быть может, и есть подлинное признание. И до сих пор у экрана собираются целыми семьями, чтобы вновь посмотреть «Веселых ребят» или «Весну», и нестройно подпевают «Сердце, тебе не хочется покоя…». Сердце композитора Дунаевского, действительно, не знало покоя, потому что в сердце этом рождалась музыка, объединяющая людей. Эта музыка живет, а значит, жив и композитор, и так будет до тех пор, пока хотя бы в одном доме звучит написанная им мелодия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *