Когда душа болит

Когда душа болит

Фото Олега Черномаза

Как бороться с «непрофильными» вызовами скорой медпомощи

Как стало известно, в стенах комитета Госдумы по охране здоровья активно обсуждают идею компенсации страховым компаниям расходов за ложные вызовы скорой помощи из кошелька несостоявшихся пациентов

 

Просто так

«Скорая помощь оказывается в экстренных случаях. Если пациент вызывает бригаду «скорой» просто так, то с ним надо проводить разъяснительную работу. Но если он не понимает, то мы хотим, чтобы страховая компания, являясь посредником между пациентом и защищая его интересы, в то же время создавала систему ответственности пациентов за свое здоровье. Чтобы он без повода не вызывал бригаду, а если вызывал, то платил бы за такой вызов», — цитирует ТАСС члена комитета Госдумы по охране здоровья и главу экспертно-консультативного совета по вопросам совершенствования законодательства в сфере оказания скорой медицинской помощи Юрия Кобзева. Речь идет именно «об ответственности за ложный вызов скорой помощи», а не платной помощи.

Когда эта норма появится в документах, законодатели сказать пока затрудняются. Еще страховые компании «не совсем согласны». Но если смотреть на опыт других государств, то, например, в Израиле действует предварительная оплата вызова (100 шекелей), и это скорее перевозка пациента в больницу (такое медицинское такси), чем оказание экстренной помощи на дому.

«Сегодня 50% вызовов скорой помощи в России имеют отношение к категории экстренных и неотложных», — говорит депутат.

Кобзев приводит в пример Ставрополь, где в начале 2000-х годов какое-то время действительно брали деньги за вызов «скорой». Там тоже решили разделить виды помощи, опираясь на законодательство и стандарты: «скорая медицинская помощь» — это одна история, пункты неотложной медицинской помощи — другая. Первые выезжали на экстренные вызовы на улицах и в общественных местах, вторые — к больным своего участка. Первые — бесплатно (по полису ОМС), вторые — платно, если врач считал вызов не экстренным (150 рублей для всех, 50 рублей для льготников, дети до 6 лет и взрослые старше 70 лет — бесплатно).

Впрочем, прокуратура зарубила идею практически на корню, объясняя тем, что каждый гражданин имеет право на бесплатную медицинскую помощь. И вроде всё правильно, по Конституции, но…

«Как только нам разрешили брать деньги за вызовы, отношение населения к нам, врачам скорой помощи, поменялось кардинально, — рассказывала тогда «Итогам» врач ставропольской скорой помощи Ольга Хохлова. — Люди перестали тыкать, стали подавать чистые полотенца, наконец, просто стали вежливыми. Меня это поразило!».

Вызывают обычную «скорую» и собакам (отмечены случаи на Дальнем Востоке), рассказывая диспетчеру о том, что 5-летняя «девочка» без сознания. По словам анестезиолога-реаниматолога, бригада даже не сразу поверила, что вместо ребенка в доме только собачонка (милая, хорошая — звоните ветеринарам). На всякий случай прошлись по квартире, убедились, что девочки нет…

Или вот еще, из серии «самых идиотских просьб пациентов скорой помощи»:

«Бабушка вызвала скорую помощь, чтобы врач залез в колодец и продиктовал ей показания счетчика».

«Женщина вызвала «скорую», чтобы врачи подтвердили факт непорочного зачатия. Подтвердить на месте не смог (не хватило квалификации)»…

А если серьезно, то, по мнению фельдшера Дмитрия Белякова, действительно ложных вызовов — считаные единицы. А вот непрофильных вызовов — 95%. «Я вчера был на смене — из 15 вызовов один более или менее можно было назвать экстренным», — говорит фельдшер.

«Инициатива возникла не на пустом месте, а имеет под собой реальную глобальную проблему: перегруженность скорой помощи непрофильными вызовами, —говорит «Известиям» сопредседатель Межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» Андрей Коновал. – Скорую помощь стали использовать в качестве палочки-выручалочки, когда неохота идти к врачу. Это связано и с тем, что в поликлинике бывает сложно попасть на прием, — объясняет сопредседатель «Действия». — У нас нет службы, которая бы оперативно работала с пациентами на дому — теми же пожилыми людьми. Это теоретически вменяется в обязанности участковому терапевту (а если речь идет о детях, то участковому педиатру), который должен навещать пациентов, но участковые службы не могут разорваться — там огромный дефицит кадров. Если бы у нас была сильная, нормально профинансированная, оснащенная кадрами участковая служба, то, наверное, и в «скорую» реже бы обращались».

Кто-то не может, кому-то лень, до кого-то никому нет дела. По мнению эксперта, вводить штрафы тоже рискованно: пациенты беспокоятся на счёт своего состояния, перестраховываются, потому что не профессионалы.

 

Письмецо в конверте

«Вообще-то согласно законодательству, у нас есть штрафные санкции за вызов экстренных служб, и скорая помощь пока еще к таким службам относится. Другое дело, что закон, во-первых, не работает. А во-вторых, депутаты не понимают разницу между ложным вызовом, когда мальчик позвонил и соврал, что нужна «скорая» на другой конец города, и вызовом непрофильным», — говорит «Известиям» фельдшер, председатель независимого профсоюза работников скорой помощи «Фельдшер.ру» Дмитрий Беляков.

Кстати, некоторые медики в связи с последними новостями забеспокоились: а не сократит ли введение штрафа количество вызовов и, как следствие, количество бригад?

«Сейчас очень много бригад работают по одному. Даже в Москве таких бригад от 20 до 30% в день. Вот этим и пугают: если вот так будет, то вас всех придется сократить, — уверен председатель профсоюза «Фельдшер. ру». — Если сократится количество вызовов, у нас все бригады будут укомплектованы. Люди будут ездить втроем, и каждый будет знать свое дело».

«Везде бригады не укомплектованы, — соглашается Андрей Коновал. — Вот у нас в Петрозаводске медики собираются устроить итальянскую забастовку: по нормативам должно быть 30 бригад, а их 18 официально, а де-факто 16».

Бывший глава Роспотребнадзора, а ныне первый заместитель председателя комитета Госдумы по образованию и науке Геннадий Онищенко предлагает активно использовать базы данных пациентов и составлять «черные списки».

 

Бойцы невидимого фронта

Хотя почему невидимого? Очень даже видимого. Сколько видео гуляет в Интернете, как медиков и водителей избивают на вызове. Из последнего: 2 сентября в Самарской области избили водителя «скорой», 4 сентября уже в Воронеже медсестру отвезли в больницу после того, как на вызове ее толкнул и ударил мужчина. 9 сентября — в Петербурге фельдшер получил кулаком в лицо от пьяного пациента, у медика подозревают сотрясение мозга.

Медикам не позавидуешь: они никогда не знают, с чем столкнутся. А сколько было случаев, когда бригаду не пропускали на дороге? Было похоже на эпидемию дорожного хамства. От того и появились этим летом за подписью президента новые законы, ужесточающие наказание за воспрепятствование работы «скорой»: без прав можно остаться на год, а если ваши действия повлекли не только тяжкий ущерб здоровью пациента, но и смерть — до четырех лет тюрьмы.

«Служба скорой помощи — это служба, которая обеспечивает безопасность общества, безопасность людей. Она должна находиться в абсолютно привилегированном положении. Должна быть предусмотрена система привлечения полиции. Причем не то, что подписали соглашение в каком-то отдельном регионе, а на государственном, федеральном уровне», — считает Андрей Коновал.


Елена МОТРЕНКО

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *