Кровное дело

Кровное дело

Анатолия Клименкова

В ЕАО — самый высокий на Дальнем Востоке показатель донорства на тысячу человек

Нэлли Некрасова работает врачом-лаборантом областной станции переливания крови больше 30 лет. А донором она стала еще раньше, когда была сотрудником другого медучреждения. У коллеги оказалось тяжелое заболевание, и она — в первый раз — дала кровь конкретно нуждающемуся.

— Потом я поняла, что это надо делать, — говорит Нэлли Георгиевна. — Медики часто становятся донорами, они как никто другой знают цену человеческой жизни и бесценность крови, ее компонентов. Ученые создали несколько препаратов искусственной крови, но все они несовершенны. А если здоровый человек даст свою кровь, вреда его здоровью не будет, он спасет тяжело больного. Моя дочь Милана Кротова — тоже донор. Она — сотрудник МЧС.

20 апреля отмечается Национальный день донора в России. Начало этому празднику положил петербургский акушер Андрей Вольф, который спас роженицу, перелив ей кровь мужа. Произошло это 20 апреля 1832 года. В этот день принято чествовать доноров, вручать им цветы и подарки, благодарить за спасение человеческих жизней.

В нашей области, по словам главного врача областной станции переливания крови Владимира Бутько, в канун этого дня пройдет акция — студенты Приамурского государственного университета, учащиеся областного медицинского колледжа, других учебных заведений сдадут кровь.666

О возможностях учреждения здравоохранения и развитии донорства в нашей области мы говорим с Владимиром Федоровичем Бутько и начальником отдела комплектования донорских кадров Татьяной Николаевной Бурдуковской. В службе крови оба работают очень давно и могут судить не только о технологических изменениях, но и об отношении государства к этим благородным людям, потому что не будет доноров — не будет и службы. Кстати, главный врач станции — тоже донор, как и большинство ее сотрудников.

— А у вас бывали случаи, когда запасов крови не хватало больницам области и надо было обращаться в другой регион? — спрашиваю Бутько.

— Я работаю здесь тридцать три года, и у нас не было ни одного случая, чтобы кто-то метался по ЕАО в поисках компонентов крови, — отвечает он. — И это не только заслуга станции, а и всего здравоохранения области. Мы цельную кровь не выдаем уже лет 15-20, а выдаем только ее компоненты.

По словам Владимира Бутько, отправлять изготовленные здесь компоненты крови в другие регионы тоже не приходится. Правда, в прежние годы в ЕАО производили сухую плазму и отправляли в Якутию, Сахалинскую область, Хабаровский край. Но этот продукт давно снят с производства. Главный врач считает, что название учреждения — станция переливания — в последнее время не соответствует сути работы. Потому что здесь ничего не переливают, а из сырья, то есть донорской крови, производят препараты и хранят их как высокотехнологичный биологический продукт европейского качества.

Понятно, что главное требование к компонентам крови — их безопасность. Достичь высокого уровня безопасности позволила проведенная два года назад модернизация учреждения с установкой современного технологического, диагностического оборудования и оснащения для хранения заготовленных препаратов. Она была направлена на то, чтобы исключить передачу инфекционных заболеваний через препараты крови.

Владимир Федорович поясняет, что в реальности означает так называемая безопасная трансфузиология. Донора, прежде чем он сдаст кровь, тщательно обследуют, включая даже тех, кто это делает много лет. Плазма закладывается на шестимесячную карантинизацию, за это время донор должен дважды посетить станцию переливания. Его не только обследуют, но и опрашивают, осматривают. В информационной базе учреждения имеются сведения обо всех, кто имеет противопоказания к даче крови: болел психическими, венерическими заболеваниями, туберкулезом, ВИЧ, другими опасными инфекциями. Кроме того, база данных станции является частью информационного пространства, содержащего сведения обо всех донорах России. Изменился труд сотрудников, они теперь не работают с бумажными носителями.

Вопрос, на который хотят получить ответ многие, — не уменьшилось ли количество доноров в связи с выходом нового Федерального закона «О донорстве крови и ее компонентов», вступившего в силу с 20 января нынешнего года? О законе слышали даже те, кто никогда не сдавал кровь и не собирается этого делать. Одно из его положений, вызвавшее негативный резонанс, касается денежной компенсации за питание тем, кто дает кровь. Вместо денег по новому закону донор должен получить полноценный обед.

— Уменьшилось, — утверждает Татьяна Бурдуковская. — Я бы сказала, что стало меньше энтузиазма. Студентов стало меньше, им деньги особенно нужны. Новый закон предлагает развивать безвозмездное донорство, и это абсолютно правильно. Но то, что донорам дают компенсацию на питание, на самом деле не плата за кровь. Человек, получая деньги, сам решает, как ими распорядиться, и вариант, который был, — оптимальный.

По словам Владимира Бутько, закон напугал людей, внес сумятицу в донорское движение.

— Надо было спросить мнение самих доноров — хотят они или нет таких изменений? — считает главный врач. — В законе не сказано «по выбору донора», то есть предлагается только обед, без вариантов.

Известно, из каких продуктов будет приготовлен обед для донора: 150 граммов говядины, 250 граммов картофеля, 50 граммов крупы, а также колбасные изделия, молоко, красная рыба, фрукты. В перечне значатся растительное масло, репчатый лук, томатная паста, соль, перец — все в граммах. Владимир Федорович показал соответствующий документ, в котором все это зафиксировано, и сумма указана — в нашем регионе получилось 237 рублей.

Пока нет механизма реализации некоторых положений закона, и руководитель учреждения здравоохранения не знает, каким образом решать вопросы, связанные с организацией питания. На станции переливания нет пищеблока, здесь нельзя хранить продукты питания, в ее штате нет ни поваров, ни кладовщиков. Поэтому пока все остается по-прежнему — доноры получают на питание денежную компенсацию. Людей, дающих кровь, это как раз устраивает. Новый закон позволяет сохранять компенсацию питания отдельным категориям доноров, в частности, имеющим редкие группы крови, а также крови, подобранной по фенотипу.

Справедливости ради стоит заметить, что закон также регламентирует взаимоотношения станций переливания крови с лечебной сетью, содержит информационную базу по донорству в целом по стране.

4Вообще-то существует и платное донорство, и оно будет сохранено, но в данном случае имеется в виду безвозмездное, на развитие которого нацелен закон. В законе о донорстве есть такая глава — органы исполнительной власти в регионах РФ могут принимать меры социальной поддержки безвозмездного добровольного донорства. Но…

Главный врач станции переливания показал решение правительства Москвы по этому поводу. Меры поддержки добровольных безвозмездных столичных доноров весьма солидные. Владимир Бутько ждет аналогичного документа от областных властей с той оговоркой, что по одежке надо протягивать ножки, то есть исходя из возможностей нашего региона. В том, что такой документ будет принят, он и не сомневается. Главврач прекрасно знает, что разрушить гораздо легче, чем что-то создать или сохранить имеющееся. До сей поры ситуация с донорством в нашей области была вполне благополучной. Во всяком случае, в прошлом году в ЕАО был самый высокий в Дальневосточном федеральном округе показатель донорства на тысячу населения — 17, этого достаточно для потребностей медицинских учреждений области. Но система работы с донорами складывалась годами, если не сказать, десятилетиями. Сначала это были участвовавшие в днях донора большие коллективы промышленных и сельскохозяйственных предприятий, в последние годы ставка делается на молодежь. Но и люди старшего поколения тоже участвуют в этом благородном движении — в нашей области более 650 почетных доноров!

На базе центральных районных больниц в Амурзете, Смидовиче, Николаевке пока еще существуют отделения переливания крови, но с донорами там уже почти не работают, так как оснащенность отделений не позволяет обеспечить требуемое качество компонентов крови. Больницы получают компоненты из областного центра, хранят и используют. А областное учреждение здравоохранения работает с живущими в районах донорами по выездному методу — сотрудники станции выезжают, забирают кровь, обследуют и перерабатывают ее. Таких выездов в районы бывает не менее семи-восьми в месяц.

Как выглядит сегодня среднестатистический донор ЕАО? Кроме студенческой и рабочей молодежи, в донорском движении нашей области активно участвуют медицинские работники, а также сотрудники силовых структур — наркоконтроля, МЧС, ОМОНа, СОБРа и других. Это не обязательно молодые, но обязательно здоровые люди. На станции переливания крови благодаря современным технологиям обследования степень здоровья донора устанавливают за считанные минуты — в первую очередь берут анализ крови. Сотрудники станции заботятся о том, чтобы сдающие кровь не дожидались своей очереди часами, чтобы им было удобно и комфортно. Доброволец может дать любой из компонентов крови по своему усмотрению — либо эритроциты, либо плазму, либо концентрат тромбоцитов или лейкоцитов — все это объяснит донору сотрудник службы. И если вы, читающий эти строки, человек молодой или среднего возраста и имеете хорошее здоровье, то, может быть, как раз сегодня вам пора решиться дать свою кровь ради здоровья других? На самом деле идея нового закона благородна — приучить россиян к тому, чтобы каждый здоровый человек один-два раза в году сдал дозу крови, полагая, что однажды она может понадобиться ему самому. Можно ли приучить наших сограждан делать это постоянно? Думаю, да, но сколько времени может потребоваться для этого?..

Нельзя забывать и о том, что роль донорства многократно возрастает при возникновении чрезвычайных ситуаций того или иного рода, и тогда компоненты крови действительно оказываются единственным спасением. 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *