Ложные показания?!

В Биробиджанском городском суде рассмотрено уголовное дело по обвинению  работника милиции в даче заведомо ложных показаний

День первый

26 июля. До слушания дела еще пятнадцать минут. В одиночестве сижу возле зала заседаний. Появляется подсудимый (Денис) со своим адвокатом Николаем Русиновым. Они о чем-то разговаривают. Почему-то нет свидетелей.  Выходит секретарь и приглашает всех пройти в зал. Занимаем места «согласно купленным билетам»: адвокат — напротив обвинителя, подсудимый — в первом ряду, ближе к решетке, пресса — поближе к выходу.

— Встать, суд идет! — громко произносит секретарь.

Весной 2009 года Денис вместе с приятелем,  тоже работником милиции, но только бывшим, пришел отдохнуть в кафе «Атлант». Будучи в сильном подпитии,  а потом добавив спиртного еще, приятель стал ругаться с хозяевами заведения. Те вызвали милицию, но по стечению обстоятельств приехал не  милицейский наряд, а “опер”, который работал в том месте и в то время в составе следственно-оперативной группы по раскрытию другого преступления. Он впоследствии и оказался потерпевшим.  По его версии, именно приятель нашего подсудимого начал драку, спровоцировав его на применение табельного оружия. Было возбуждено уголовное дело по данному факту о применении насилия в отношении представителя власти, и после суда приятель «благополучно» отбыл в места лишения свободы.

Впрочем, это уже итог, а сразу после данного инцидента  обоих забрали в милицию, а на следующий день повели к мировому судье.  Виновника приговорили к административному аресту, а Дениса допросили в качестве свидетеля. Поскольку он был в сильной степени подпития, то что там говорил, просто не помнит. Но, как выяснилось,  факт нанесения телесных повреждений работнику милиции своим приятелем подтвердил.  Такие же показания он давал и на предварительном следствии. Поверил коллегам, приехавшим по вызову в кафе, которые и пересказали ему суть произошедшего.  Да еще и начальство проявляло особую заинтересованность в этой ситуации.   Но на суде он вдруг изменил показания,  по которым выходило, что товарищ вообще не бил “опера”, а наоборот — тот был зачинщиком драки.

Судебное следствие доказало обратное, приятеля осудили, и из кресла свидетеля Денис неожиданно для себя пересел на скамью подсудимых. Оба были в приятельских отношениях, поэтому данные им в суде показания были расценены как попытка помочь товарищу уйти от уголовной ответственности. Приятеля  отправили в колонию, а  в отношении него завели уголовное дело за дачу заведомо ложных показаний в суде. Вот уж поистине от тюрьмы до сумы….

— Зачем менял показания?- спрашиваю Дениса во время перерыва судебного заседания.- Не проще ли было просто сказать, что был пьян и ничего не помнишь?! Где правда?

— Но я действительно ничего не помню!  — с отчаянием отвечает он. — Как мне это доказать? Напился в тот вечер, как с….я! А тут коллеги рассказали всё как было, я и подумал, что так оно и есть.  Но приятеля-то  я знаю хорошо, поэтому когда протрезвел и он начал мне рассказывать свою версию произошедшего — поверил ему. На суде и поменял показания. Обманывать суд или вводить кого-то в заблуждение у меня и мысли не было. Это только потом дошло, что сделал глупость.

Это уж точно. В конце концов лучше признаться в  том, что был в стельку пьян, и  “подмочить” свой  милицейский имидж, чем  потом сидеть за него на “зоне”.

Кстати, количество промилле в организме подсудимого  было таким, что выжить после такого употребления спиртного мог далеко не каждый, не говоря уже о том, чтобы что-то вообще помнить.

Но, как говорится, слово — не воробей, вылетит —  не поймаешь. А уж если это слово было сказано в суде, то суши сухари… Конечно, по-человечески его жаль… Ведь в принципе-то  и человек неплохой, да и работник не самый последний. Фотография на Доске почета висит до сих пор. Семья есть, ребенку шесть  лет — словом, все как у людей, если не считать уголовного дела, которое удавкой висит на шее, не давая спокойно жить и спать.

— Я ему верю, — говорит Николай Русинов. — Поэтому бороться будем до конца. На мой взгляд, здесь вообще нет состава преступления, потому что Денис  действительно никого не хотел обманывать.  Я бы сказал, здесь речь идет о так называемом добровольном заблуждении, а не о прямом умысле для дачи заведомо ложных показаний.    Но это позиция защиты, а какое решение примет суд — сказать сложно. Возможно, будет и обвинительный приговор. Подадим кассацию…

Впрочем, для самого Дениса он всё равно будет окончательным. Из органов его точно уволят, хотя до пенсии осталось всего ничего. А кто виноват? Сам, конечно. Как говорится, пить нужно меньше, и друзей выбирать тщательнее, и говорить только то, что видел, а не выдумывать с  чужих слов.

Мы, кажется, слишком увлеклись, тем более, что  до приговора нам еще, как до луны пешком. Заседание суда перенесли на 30 июля, поскольку  не явились два свидетеля обвинения. Думаю, и защита будет заявлять свои ходатайства, для удовлетворения которых суд еще раз перенесут. А уж придут ли все заявленные лица в суд — одному Богу известно. Хотя по закону — обязаны.

День второй

30 июля. Снова не явились свидетели обвинения. Один (бывший потерпевший по прежнему уголовному делу) лежит в больнице — сломал руку, но скоро будет в милицейском строю. Другая, со слов присутствующих в зале судебного заседания, — в отпуске. Сторона обвинения заявляет ходатайство об оглашении показаний этого свидетеля. Защита не возражает. Ничего нового, кроме того, что подсудимого  в ходе судебного разбирательства по делу его приятеля предупреждали об ответственности за ложный донос и ложные показания. И он говорил о  его невиновности.

Заседание суда снова переносится на 5 августа.

— Скорей бы всё это закончилось, — со вздохом говорит Денис, когда мы  все идем к выходу здания суда. — Настолько устал и нервы на пределе, что согласен на любое решение, лишь бы только не ходить в суд как на работу.

— Ну-ну, что ты такое говоришь, — успокаивает его адвокат.- Мы еще повоюем!

— Если на суде присутствуют газетчики, то мне «впаяют» по полной программе, чтобы другим было неповадно, — с горькой иронией вторит он. — А ведь я ни в чем не виноват!

Признаться, мне слегка не по себе. А что, если и вправду в воспитательных целях подсудимый получит по максимуму? Надо будет поговорить потом с представителем обвинения и узнать их позицию по данному уголовному делу. Может, они как раз и не хотят «крови»?

День третий

5 августа. Заседание начинается с допроса свидетеля со сломанной рукой. Это и есть тот самый «опер», которого ударил приятель Дениса. Он подтверждает, что подсудимый давал на суде показания в защиту своего товарища, хотя на самом деле всё было иначе. И в ходе судебного разбирательства это выяснилось.

Подсудимый не согласен  с показаниями  милицейского свидетеля, но от дачи показаний на этой стадии процесса отказывается.  Адвокат заявляет ходатайство об истребовании справки из психиатрической больницы, где подсудимого обследовали на алкоголь, о количестве промилле в организме, а также о вызове в суд врача-нарколога для допроса в качестве специалиста.

Суд удовлетворяет ходатайство, и заседание переносится на 9 августа.

Воспользовавшись паузой, задаю вопросы государственному обвинителю  Елене Чижеумовой. В отличие от своего оппонента она полностью уверена в виновности подсудимого.

— У него была возможность сказать на суде, что он ничего не помнит, — говорит она. — Если свидетель на суде меняет свои показания до удаления в совещательную комнату, мотивируя свои действия, то по закону он освобождается от уголовной ответственности по этой статье. И ему это было озвучено в суде несколько раз, но  он настаивал на своей версии событий. Что это, как не желание помочь товарищу уйти от наказания? А то, что  сейчас его адвокат пытается представить всё как провал в памяти из-за неумеренного употребления алкоголя, думаю, не что иное, как способ защиты. А вывод о том, вменяем ли был на тот момент подсудимый или нет, отдавал ли он отчет своим действиям, может дать только комплексная  экспертиза.

Подождем до следующего судебного заседания.

День четвертый

9 августа.   Врача-нарколога нет, но зато есть другой свидетель защиты —  заместитель начальника бюро судмедэкспертизы,  которого адвокат Русинов вызвал в качестве специалиста, чтобы разъяснить количество алкоголя в крови подсудимого на момент его освидетельствования. Тот говорит, что ничего пояснить не может. Они уже давно пользуются промилле, а не миллиграммами на литр выдыхаемого воздуха. Чтобы перевести миллиграммы в промилле, нужен другой специалист, который может пояснить степень влияния количества выпитого на организм подсудимого. Защита заявляет ходатайство вызвать в суд  эксперта-химика. Прокурор не возражает. Суд переносят на 12 августа.

Подсудимому уже все равно, чем закончится процесс, лишь бы только закончился. Устал от постоянного ожидания. Но все ходатайства своего адвоката поддерживает. А вдруг не будет приговора?

День пятый. Последний?!

12 августа. Пришел врач-нарколог, но давать показания в суде, похоже, ему не придется. Обвинение заявляет ходатайство о направлении дела в следственный отдел при прокуратуре города для устранения процессуальных нарушений, выявленных при предъявлении подсудимому обвинения. (Интересно, куда смотрела прокуратура раньше?) Кажется, приговора точно не будет. Пока… Суд удовлетворяет ходатайство и постановляет вернуть уголовное дело в следствие. Обвинение подсудимому будет перепредъявлено снова, потом его опять ознакомят с делом, и затем оно, возможно, попадет в суд на новое рассмотрение. Весь вопрос — когда, и попадет ли оно в суд вообще? Похоже, что сторона обвинения уже не так уверена в виновности подсудимого.   Уж очень сложно доказывать умысел на совершение преступления, если сам человек не сознается в этом.  А если учесть степень   опьянения подсудимого, то вполне вероятно, что он действительно ничего не помнит о произошедшем. А если не помнит, то и умысла никакого нет…

Ложные показания в суде — вещь действительно малоприятная, поскольку шутки с  законом всегда заканчиваются одинаково… Вот только чтобы  обвинить человека в этом, нужно иметь веские доказательства, а не притянутые «за уши» улики.

Людмила РОМАНОВА.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *