Наталья ГУЗЕВА: Бережное отношение к родному языку, думаю, и есть важнейший показатель культуры нации

Наталья ГУЗЕВА:  Бережное отношение к родному языку, думаю, и есть важнейший показатель культуры нации

Фото из архива Натальи ГУЗЕВОЙ

Это интервью с кандидатом педагогических наук, доцентом ПГУ им. Шолом-Алейхема состоялось в канун даты, которая в календаре обозначена как День родного языка.

Естественно, с филологом речь шла во многом именно на эту тему.

Оказалось, успешные баллы выпускников наших школ – ещё не свидетельство того, что они общаются меж собой на нормативном языке и глубоко понимают прочитанное. После школы – в вузе – их многому предстоит научить… заново.

Профессия по наследству

— Расскажите, что повлияло на выбор такой, на первый взгляд, трудной, но интересной профессии – учителя русского языка и литературы?

— На мой выбор, конечно же, повлияла вся наша семья: и по линии отца, и по линии мамы все были педагоги. Бабушка по папиной линии – Елена Федоровна – была учителем младших классов, а дедушка Анатолий Дмитриевич – учителем математики. Потому  в детстве у меня среди обычных игрушек и кукол был еще деревянный… геометрический набор. Вот такое у меня детское восприятие учительского труда.

Дедушка оставил о себе образ серьезного строгого деда, а бабушка у нас была добрая. В моё становление как педагога определенный вклад внесли, конечно же, родители и, безусловно, моя мама – Татьяна Анатольевна Файн. Школу я знала с детства, ведь родители — педагоги.

— А из чего Вы составили уже взрослое представление о профессии?

— На основе отзывов о своем дедушке. Никто, кого в школе учил мой дед, ни единого плохого слова о нем не сказал. Хотя это был строгий учитель, преподававший такой серьезный предмет как математика. Знание своего предмета, умение донести до учеников владение эффективными методами, приемами решения примеров и задач – это была его сильная сторона. И все это я слышала как при жизни деда, так и после того, как его не стало.

В последний день, когда мы прощались с дедушкой, его бывших учеников пришло очень много. Это и хранит моя память как великую ценность.

 

«Кусочек хлеба» от ректора

— А почему «своим» предметом избрали именно русский язык и литературу, если дедушка-математик был так близок Вам?

— Я в детстве много читала, иногда не по программе. В то время у нас были большие списки рекомендованной литературы, и мы ее действительно читали! Оттого, что все летние каникулы я проводила в деревне у бабушки с дедушкой — это их заслуга. Дед взял меня за руку и после первого или второго класса, уже точно не помню, мы записались в библиотеку. Дорогу мне показали (благо она была прямая), и – пошла сама! И так все остальные девять лет. Еще в дошкольном возрасте с удовольствием слушала грамзаписи на пластинках (современные дети этого не знают) различных сказок, литературных произведений в исполнении известных артистов. Особо поразило мое детское восприятие произведение В.Г. Короленко «Дети подземелья». Никак я не могла смириться с несчастьями бедных детей, с потерей куклы… Стихотворение «Смерть пионерки» Э. Багрицкого из этого же ряда…

Порой мне разрешали посмотреть огромную по тем временам фонотеку (дед выписывал пластинки с известных студий) и выбрать что-то новое, неизвестное. Так я и познала миниатюры А. Райкина, М. Зощенко, А. Пушкина, И.Тургенева.

Очень важно, какие книги ребенок читает в детстве. Мне повезло: я росла в окружении хороших книг замечательных авторов.

А русский язык и литературу изначально я совсем не собиралась делать своей специальностью. Я училась в специализированной школе города Оренбурга, где иностранные языки изучали со второго класса. В то время котировался и немецкий язык, у нас были встречи с немецкими представителями – носителями языка. Преподавание было очень хорошим: было выделено большое количество часов на технический перевод, что давало возможность овладеть языком в совершенстве. Соответственно, после языковой школы подразумевалось, что мы пойдем в вуз на факультет иностранных языков. Так как я была ребенком из педагогической семьи, мы проводили очень много времени в Оренбургском педагогическом институте им. В.П. Чкалова, меня там узнавали преподаватели и ректор вуза.

И вот однажды ректор Виктор Сергеевич Болодурин, зная, что я уже оканчиваю школу, завел со мной беседу о том, куда я собираюсь идти учиться. И я, естественно, ответила: «На факультет иностранных языков». А он вдруг сообщил мне, что, возможно, в этом году не будет набора на немецкий язык, так как более востребованным становится английский. И прямо спросил: «А почему ты не идешь на филолога? С русским языком без хлеба ты никогда не останешься».

Потом мы обсудили это предложение в семье, и я решила пойти в школу юного лингвиста при кафедре русского языка в Оренбургском пединституте. Занятия мне понравились, и после школы я поступила в институт уже на филфак. Спасибо Виктору Сергеевичу Болодурину – без хлеба не осталась!

 

Что день грядущий нам готовит?

— Вы готовите в вузе будущих школьных учителей. А в школу сейчас чуть ли не ежегодно приходят какие-то нововведения. Можете рассказать о них?

— С осени 2019 года у нас в школах будут преподаваться два новых предмета – русский родной язык и русская родная литература. Эти предметы будут поддерживать наши остальные традиционные предметы: русский язык и литературу. И выполнять важную функцию надпредметности.

— Надпредметность? Что это такое?

— Например, в русский как родной войдут вопросы культуры речи, которым в какой-то степени не хватает глубины, будут больше рассматриваться этикетные нормы. Мы с учителями это обсуждали, и был очень положительный отзыв. Единственное сомнение – у детей опять будет больше нагрузка, это же добавляется ещё один час по русскому языку и один час по литературе. В нашей области на следующий год планируется введение этих двух предметов в пятом и девятом классе.

— А Вы допускаете, как говорится, словесный мусор в своей речи? Можете осознанно отслеживать себя, дать для этого практические советы студентам?

— У нас со студентами есть такой вопрос: статус русского языка. И мы его обсуждаем. Положа руку на сердце, скажу: неспроста уже несколько лет в течение нескольких периодов, в том числе и на территории Еврейской автономной области, реализовывалась федеральная целевая программа «Русский язык». Именно она направлена на повышение статуса русского языка не только в Российской Федерации, но и в странах ближнего и дальнего зарубежья. Эта программа обеспечивает качественное освоение русского языка как государственного языка Российской Федерации, как родного языка для русских, как неродного языка для народов других национальностей, как языка межнационального и межгосударственного общения.

Что касается собственной речи, речи близких, то, безусловно, стараюсь не допускать «мусора».

 

От языка до сленга

— То, что, безусловно, нарушает нормативный русский язык — это немотивированное использование заимствованных слов. У нас богатый словарь, каждое слово имеет определенное значение, оттенок. Да, я понимаю, что гаджеты нас заставляют зачастую в определенной среде и случаях использовать заимствованную лексику. Но, думаю, человек не должен слепо следовать программам, которые заложены в электронных  устройствах и Интернете, во всех остальных случаях – ведь нормы развития речи никто не отменял. Если она изменяется, обогащается, то по нашим правилам!

По большому счёту, каждый человек, который считает себя развитым, культурным и грамотным, должен в день узнавать пять-шесть новых слов. Узнавать – это не только слышать слова, а, по идее, узнать толкование и написание этого слова, случаи и правила его употребления. Но у нас в повседневности, наверное, такого не происходит. Потому что люди, слышащие эти новые слова, не уделяют им должного внимания и зачастую пользуются ими, не понимая значения!

— Можете привести пример таких случаев?

— Чтобы никого не обидеть, приведу пример из классики, из Н.В. Гоголя:

«- Что ж, земляк, – сказал, приосанясь, запорожец и, желая показать, что он может говорить по-русски, – што, болшой город?

Кузнец и себя не хотел осрамить и показаться новичком, притом же…  он знал и сам грамотный язык.

— Губерния знатная! – отвечал он равнодушно. – Нечего сказать: дома балшущие, картины висят скрозь важные. …Нечего сказать, чудная пропорция!»

По большому счёту, если человек не будет сознавать, что для него русский язык – непреходящая ценность, то мы можем лишиться многого. Ведь русский язык — это и есть наша культура, наша идентичность, по большому счёту – наша государственность. Уместно вспомнить великого российского педагога К. Д. Ушинского, который правомерно утверждал, что без языка – народа нет более…

А молодежный сленг – это определенный кодированный язык и явление временное, во многом наносное, крайне переменчивое. Мы все живем в этой среде, и я – не исключение, у меня тоже порой появляются в речи слова-паразиты. Но самое главное, чтобы в определенный момент что-то щёлкнуло в твоей голове, ты признал это и… убрал из своего общения.

— Получается, молодежь в массе разучилась говорить на нормативном русском языке. В чем причина?

— Одна из первых причин этого явления, конечно же, в семье. Близкую тему проблемы формирования речевого запаса у ребенка мы часто со студентами поднимаем на своих занятиях. Представьте маму с папой с недостаточным словарным запасом. Конечно, это нечитающая семья. Естественно, это окружение будет накладывать отпечаток на речевое развитие ребёнка. Но жизнь диктует свое и часто дети остаются дома одни, поскольку мама с папой всегда на работе. И по большому счёту ребенок может поговорить с родителями только по телефону. Какой это будет разговор? Достаточно лаконичный, на простейшие темы, без лишних вопросов. А должно быть время, когда семья собирается вместе, нужно найти время для разговора с ребенком по душам и на разные темы. Именно в такие минуты, часы и развивается дар слова.

Самое главное – это не наличие взрослого, а способность услышать ребёнка. Пусть это будет даже какое-то обсуждение текущего дня, того, что случилось за день в школе… Такое постоянное общение ведет к доверительным отношениям и ощущению ребенком надежного родительского плеча.

— А Вы делаете студентам замечания, когда слышите вокруг ненормативную лексику?

— Делаю, конечно, особенно на переменах. У них многое тогда проскальзывает в речи… Извините, у нас в уставе университета прописаны все «можно» и «нельзя» – извольте соблюдать! И есть федеральный закон о функционировании русского языка, в котором одна из статей сводится к запрету ненормативной лексики. Это табу.

Но к сожалению, в том же общественном транспорте мы часто слышим ненормативную лексику и с шансоном в придачу. А ведь это слышат не только взрослые, но и дети. И общество как-то излишне терпимо к этому.

Что я смогла

— Какие из Ваших профессиональных достижений Вы считаете самыми значимыми?

— Наверное, я могу выделить несколько значимых для меня моментов. В первую очередь, большую роль в моем профессиональном становлении сыграла практика на пятом курсе без куратора, работа в расчете на вакансию. Работа в школе в течение пяти месяцев без наставника с детьми частично из детского дома плюс старшие классы дала мне очень много. И в плане понимания специфики работы, и формировании умения распределить правильно свое время, и, самое главное, – в умении найти подход к детям, с которыми ты работаешь.

В дальнейшем было распределение в детский дом города Оренбурга. Меня встретили дети-сироты и дети, родители которых находятся в местах не столь отдаленных. Непростой контингент. Именно эта работа с детьми дала возможность увидеть, что они все – личности, и только добром и уважением ты можешь установить с ними контакт и вовлечь их в процесс обучения.

Ещё была работа старшей вожатой все студенческие годы в пионерских лагерях. Там формировались свои навыки и умение слышать и слушать, работать одной командой. С некоторыми бывшими пионерами мы поддерживаем связь и сейчас, хотя им тоже уже за сорок!

— А эта интересная практика нашла отражение в Вашей дальнейшей научной работе?

— В свое время одна из частей моей кандидатской диссертации была о формировании тех самых профессиональных ориентаций у студентов средствами литературы. То есть какие нужно взять произведения для изучения, какой образ учителя привлекал бы ребенка. Об этом говорилось в 1995 году. Отрадно, что некоторые моменты, которые прописаны в теоретической части моего диссертационного исследования, значимы и сегодня. Может, они другими словами прописаны, но смысл остается тот же.

 

Дети – наше продолжение?

— Хотели бы Вы, чтобы ваши дочки продолжили семейную династию учителей?

— У меня две дочери – Инесса и София. Старшая Инесса уже отучилась и находится далеко от меня. У неё уже новый статус – сама стала мамой, а я – бабушкой очаровательной внучки. Инесса частично пошла по нашим стопам. Отучившись в Китае и получив диплом бакалавра управления сферой туризма, занималась педагогической практикой в образовательных учреждениях КНР. Потом педагогическую практику продолжила у нас в городе, работая в лингвистическом центре. А младшая София пока в начальной школе, с выбором профессии, естественно, пока не определилась. На первом месте у нее сейчас изобразительное искусство в одной из студий ЦДТ. Второе увлечение — занятие танцами в ансамбле «Мазлтов». Хорошо то, что София понимает важность книг, ценит домашнюю библиотеку. С удовольствием посещает библиотечные мероприятия вместе с дедушкой, которым мы все очень гордимся (Роман Бенционович Файн награждён медалью А. С. Пушкина за многолетнюю народную пушкинистику). Конечно, с дошкольного возраста знает и любит сказки Пушкина, сказы Бажова, детские рассказы Зощенко и многие другие произведения. Любит читать детские журналы, которые ей выписывают бабушка с дедушкой.

 

Кругозор всегда «не по программе»

— Вы говорите, что в детстве много читали книг «не по программе». А как Вы относитесь к предпочтениям Ваших студентов? Или они дальше программы не особо стремятся читать?

— Можно почитать Гарри Поттера, но я отдаю предпочтение вечной классике. А вот Михаила Булгакова до сих пор перечитываю, дабы дойти до сути. Всегда что-то новое открываешь! Я считаю, что книга – она прежде всего для души, и предпочитаю бумажный ее вариант. В то же время электронные книги – очень хорошее изобретение, и они более доступны. Студенты часто спрашивают: «Что читать?» Отвечаю: «Читайте все, если вы читаете! Но самое главное, чтоб вы понимали ценность книги, смысл прочитанного».

— Но выбор молодых чаще – электронная книга, интернет-версия?

— Молодежь всегда выбирает. Но самое главное, чтобы в электронной книге была ценностная основа.

У нас культ книги, наверное, ушёл. Раньше книга считалась замечательным и дорогим подарком. Дорогой она осталась – книги даже стали еще дороже. К сожалению, сегодня престижность такого подарка уже оценить могут не все…

Я не скажу, что у меня большая домашняя библиотека, но она есть. Младшая дочка недавно увидела, как я один ряд с полки убрала, а там – второй ряд. Она так удивилась: «Оказывается, у нас книг в два раза больше». До второго ряда третьеклассница сама еще не дошла…

Новое поколение фактически заново нужно учить читать книгу – этот навык у детей не сформирован, как бы ни печально оно звучало. Семья не должна прятаться, отстраняться, когда дети читают: мол, занят ребенок – и ладно! Семья должна заложить этот навык чтения своим примером, семейная книга должна быть. Прочитанное всегда нужно разбирать и обсуждать с ребенком, высказывая свое мнение и давая такую возможность ему. Это поможет лучше понять и прочитанное, и то, что в голове и душе вашего ребенка…

 

Племя младое и русский язык

— Наталья, знаю, что Вы являетесь председателем предметной комиссии по проверке ЕГЭ. Что Вы можете сказать об уровне знания выпускниками школ области русского языка?

— По прошлому году уровень, можно сказать, хороший. Процент выполнения некоторых заданий вышел на уровень 70-75% по области. Но в этом году плачевным были результаты заданий по орфографии и пунктуации. Дети показывают хорошие результаты в тестовой части, а навыки орфографии и пунктуации в сочинениях, к сожалению, не демонстрируют столь же высокий процент.

— 21 февраля в календаре обозначено как День родного языка. Как отмечают этот праздник у нас в Биробиджане? Насколько важно для каждого из нас – на личном уровне – бережное отношение к родному языку?

— День родного языка в Российской Федерации – это возможность для представителей всех народов нашей многонациональной страны вспомнить свои истоки, свои корни, напевность и особенность родного языка. И не надо сегодня этого стесняться или бояться.

Но для меня именно русский язык – это величие России и ее многонационального народа. Русский язык — это основа основ. Лучше И. С. Тургенева не сказать: «О великий, могучий русский язык…». Язык, безусловно, наша культура. Лишь развитый язык может полноценно и в больших объемах передать следующим поколениям культурный, научный, духовный багаж нации. И этот развитый язык нужно правильно понимать. Наша задача – помочь языку развиваться и расти, а одновременно с этим – помочь людям развиваться и расти! Ведь если ребёнок попадает в среду, где не разговаривают, то и он тоже не будет говорить, он уже не будет полноценным человеком. Язык помогает человеку узнать нашу историю, общаться в семье, построить новую свою семью. Ведь знакомство со второй половинкой происходит на основе коммуникации. Первое, что слышит ребёнок, когда рождается, это родной язык. Каким языком в семье разговаривают – такая сложится и семья. Пристальное и бережное отношению к языку, мне кажется, это и есть важнейший показатель культуры личности, культуры нации. Не случайно день рождения
А.С. Пушкина – 6 июня – это и День русского языка, который для всех россиян НАШЕ ВСЁ. Как и Пушкин.


Беседовала Лилиана КАРАСЁВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три × 4 =