Нация, история, прогресс…

Нация, история, прогресс…

Источник фото: kilouma.ru

Идея нации есть не то, что она сама  думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности.

Владимир Соловьев

 

Георгию Гачеву – автору книги «Национальные образы мира», фрагменты которой мы вам предлагаем в начале этой статьи, как говорится, сам Бог велел однажды задуматься о пресловутом национальном вопросе. Да вот и его собственное объяснение:

«Мой отец – болгарин из-под Родопских гор на Балканах. В 1926 году он прибыл как политэмигрант в Советский Союз – «обетованную землю», как это казалось издалека социалистам-романтикам. И действительно: вначале отец смог развернуться как философ музыки и литератор. Он писал о Вагнере и Декарте, о Бетховене и Стендале, переписывался с Роменом Ролланом, защитил диссертацию и издал книгу «Эстетические взгляды Дидро»… Но в 1938 году он был арестован как «враг народа», сослан на Колыму, где и умер… Учась в Московской консерватории на музыкально-научно-исследовательстком отделении, он встретил там еврейскую девушку из Минска, которая стала его женой и моей матерью. Я родился в 1929 году в Москве, так что моя родина – Россия (или Советский Союз как ее временное продолжение), а родной язык мой – русский. Так кто же я такой? Какова моя «национальная идентичность»? Должен ли я и могу ли я считать себя членом болгарской целостности или еврейской, или русской и следовать какой-то определенной (и какой) традиции, системе ценностей – считать ее своею, привыкать к какому-то стилю в мышлении?.. Но ведь я не совпадаю, не совмещен ни с одной из них. Я – смешанный. Я имею отношение ко всем им, но не полностью, а частично».

В возрасте 33-х лет Георгий, уже кандидат наук и сотрудник Института мировой литературы АН СССР, оставив дом и работу, нанялся матросом в Черноморское пароходство в надежде попасть в загранплавание и увидеть мир, что называется, собственными глазами. Но разве могли открыть визу сыну гражданина, судимого по известной статье УК? «Поматросил» наш кандидат наук пару лет, да и бросил это дело. Пришлось несостоявшемуся путешественнику вернуться к книгам, в которых описывались Индия и Италия, Германия и Америка, Швеция, Греция и прочие другие. Описывалось все: природа этих стран, их история, обычаи, кухня, религия, литература и искусство, философия, языки… Три десятка лет ушло у Георгия Гачева – человека фантастического упорства и неуемной любознательности, чтобы написать массу научно-исследовательских работ в области страноведения – текстов на более чем полтора десятка увесистых томов. И когда, как принято выражаться, «рухнул железный занавес» и распался СССР, бывшего матроса стали с удовольствием приглашать с лекциями в дальние страны, о коих он как ученый знал порой даже больше, чем некоторые представители приглашающих сторон. При этом свои лекции по этнографии, культуре и сравнительной истории того или иного государства российский ученый Г. Д. Гачев читал на родном языке своих слушателей – будь то в Европе, в Америке или в Азии. А разные языки, по мнению ученого, различаются между собой примерно так же, как различаются меж собой люди, для одного из которых родной язык – испанский, для другого – корейский, для третьего – еще какой-то из великого множества речений и наречий. Вот что по этому поводу думает сам ученый.

«Мне подчас возражают: так ли уж различны умы народов? Разве не все мы одинаковые человеческие существа, способные понимать все? Разумеется, все равные и равноценные. Но взгляните на инструменты оркестра. Все они – музыка, все исполняют ее. Но один – флейта, другой – скрипка, труба, фагот, арфа… Каждый обладает своим тембром и добавляет свою краску в симфонию Вселенной. И следует ли нам обижаться на другой инструмент из-за его неравноподобия мне: валторне, например, на фортепьяно? Напротив, восхищаться надо, обожать его особый тембр и талант, то особое знание и умение, которыми он одарен, а я их лишен, не умею так. ВОЗЛЮБЛЕННАЯ НЕПОХОЖЕСТЬ! Вот что да будет нашим пафосом в исследовании национальных особенностей».

Чем же определяется различие людей разных народов? Да той самой окружающей их средой, местом их обитания на земле. Вы можете, к примеру, представить себе некое традиционное национальное блюдо чукчи или эскимоса, приготовляемое из риса? И разве не слышится в хоровом пении грузина что-то от эха в скалистых горах? Ну а протяжность русских народных песен не порождена ли протяженностью русских равнин? Ну и совсем уж будут непредставимыми фигуры шведа-блондина в чалме или араба, щеголяющего в лаптях… И как бы ни был великим и могучим русский язык, вы не отыщете в нем около четырех десятков совсем не одинаково звучащих слов, которыми те же эскимосы называют снег в разных его состояниях. Кстати сказать, немцу и англичанину покажется странным, с какой стати у русских этот самый снег и вдруг… «идет». Куда и зачем он идет-то? Да еще и без ног…

Вообще говоря, различие народов по их характеру обусловлено не чем иным, как различием мест на земле – мест, на которых зарождался и обитает тот или иной народ. Ну не могло же все население земного шара всем скопом населять какой-то один материк или остров. Отсюда и все различия между как древними, так и современными народами, воплощенные в различии их языков, образа жизни, культуры, обычаев, верований и всего-всего прочего и остального. Вот забавное наблюдение ученого Гачева за тем, как географические широты определяют… крепость алкогольных напитков.

«Люди, обитающие возле полярного круга, пьют чистый спирт (96 градусов). Однажды путешествие вывело меня на берег Северного Ледовитого океана, и там гостеприимные хозяева выставили мне угощение с местным коктейлем. Он состоял из смеси спирта с шампанским, что равнялось 70 градусам, где по широте как раз и расположена бухта Тикси. Изобретено ими было и красивое имя для этого коктейля северных широт, а именно – «Северное сияние».

Да, распределение напитков между странами и народами имеет свою логику, не случайно алкогольные пития запрещены в странах исламского мира. Ведь что такое вино, виски, водка?.. Это огне-вода. Но страны исламского региона расположены большей частью в зоне субтропиков, тропиков, зоне экваториальной. Солнце мощно там, и человеческое существо не имеет нужды в получении дополнительной порции огня. Кстати, запрет поглощать свинину (в исламе и иудаизме) имеет, вероятно, тот же смысл.

Напротив, народы, живущие в более северных широтах, со сменой времен года, испытывают нужду в огне-воде, чтобы поддерживать свою кровь против сырой и холодной погоды, мороза. Я обнаружил даже некое соответствие между градусом северной широты и градусом алкоголя. В Средиземноморье пьют легкие вина с 8-10 градусами алкоголя (греки, итальянцы…). Севернее: испанцы, французы… – пьют более крепкое вино: мадера, херес, шампанское, портвейн… – с 12-18 градусами. Горцы на тех же широтах (а чем выше, тем как бы севернее): народы Балкан, Кавказа… чередуют вино с бренди (ракия, чача…). Еще севернее, где немцы, англичане, поляки, русские обитают, – там пьют водку, шнапс, ром, грог, виски с 40-60 градусами алкоголя, что совпадает с 40-60 градусами северной широты, где эти народы живут. Между прочим, свинина, мясо грубое и сильное, снабжающее людей дополнительной энергией, любима здесь. Бекон тут известен не только как славное сало (излюбленное блюдо в Англии – яичница с беконом), но знаменит и в именах Роджера и Френсиса Беконов, великих английских философов.

(Продолжение следует)


Автор: Валерий Фоменко

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *