Не оторвать от сердца

Не оторвать от сердца

Фото Олега Черномаза

А сегодня в любви к родному городу признается ветеран педагогического труда Роман Файн.

– Я в Биробиджане родился и прожил всю жизнь, так что другой родины у меня нет – она одна и навсегда.

Без Биробиджана меня бы не было на свете. Ведь именно здесь судьба свела приехавшего в 1928 году из Белоруссии моего отца Бенциона Файна и маму Фейгу Альтштейн. Мамина семья переехала сюда с Украины в 1934 году в полном составе – родители и четверо дочерей. Отец впервые увидел маму, когда вся ее мишпоха вышла из поезда на перрон биробиджанского вокзала. Увидел и влюбился так, что в том же 1934 году они поженились. И первую дочь, мою старшую сестру, назвали Любой – Любовью. А в 1935 году отец построил дом в поселке Фибролит. И было ему всего двадцать пять лет – так рано тогда взрослели!

Работал отец водителем – уже тут выучился. А вот дедушка по маме Лейб приехал готовым столяром-краснодеревщиком и был одним из лучших работников мебельной фабрики. Бабушка Стыся занималась домом, дочерьми, внуками. Мы росли в любящей семье, где все дорожили друг другом – и это было наше самое главное богатство.

Любил нас и город, а мы любили его. Было ощущение, что все мы, горожане, – одна большая семья. Идешь по улице, а навстречу знакомые лица, тебя знают, и ты всех знаешь. Общались, ходили друг к другу в гости.

В городе у меня было любимое место, куда я приходил как на праздник. Это Старая площадь. Напротив педучилища был мой детский сад, потом я пошел в первый класс второй школы. Ни садика, ни школы сейчас нет, но осталась добрая память о них. Когда научился читать, стал ходить в областную библиотеку за книгами, буквально проглатывал их. На улице Ленина был тогда и Дом пионеров, где мы проводили свободное от школы время. На Старой площади проходили праздники, там было всегда многолюдно, весело и красиво.

Наверняка многие биробиджанцы не забыли про цветочный календарь – на одной из клумб цветами каждый день выкладывали новую дату. Мне всегда хотелось увидеть, как это делается. Но когда мы шли рано утром в школу, цветы уже показывали новый день.

Мы, комсомольцы, когда я работал на заводе, помогали строить Дворец культуры, а когда я был преподавателем культпросветучилища, вместе со студентами участвовал в строительстве областной филармонии.

Очень скучал по Биробиджану, когда уехал учиться в Улан-Удэ – там в институте культуры открыли библиотечный факультет, о котором я всегда мечтал. Учебу закончил с отличием и мне предложили остаться в институте на преподавательской работе. Согласился, но уже через год вернулся домой. Почти каждую ночь мне снился Биробиджан – городской Дворец культуры и старинные фонари возле него – такие, какие были во времена Пушкина. Вот уж поистине вещие были сны – спустя годы я стал руководителем Пушкинского клуба в Биробиджане.

После возвращения работал преподавателем кульпросветучилища. Как-то прикинул, что профессию библиотекаря с моей помощью получили полторы тысячи человек! Так что жизнь прошла не зря.

В тяжелые девяностые годы многие биробиджанцы уехали из города, из страны, в том числе и мои родственники. Было тяжело, больно отрывать от своего сердца близких людей. Но оторвать от сердца родной город было еще больней. И я остался с ним – живу, радуюсь жизни, счастлив в семье. Переживаю детство с младшей, рожденной в Биробиджане, внучкой. И очень хочу, чтобы в своем родном городе она была счастлива. Закончить хочу стихотворением, которое написал несколько лет назад:

 Начинался ты с Тихонькой станции,

Старики до сих пор не забыли,

Как «великие голодранцы»

Из теплушек в тайгу выходили.

Здесь стояли болота трясинные,

Комаров и мошки не счесть.

И тяжелые стаи гусиные

Поднимались с насиженных мест.

Улетали в дальние дали,

Растворяясь в высоком небе.

Но строители не скучали.

Надо строить –

Ведь города не было.


Записала Ирина Шолохова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

11 − 9 =