Нелёгкая промышленность

Нелёгкая промышленность - Работа в одном из цехов фабрики

Фото автора

Работа в одном из цехов фабрики

В чём причины непроходящих сложностей некогда ведущей отрасли ЕАО?

Шесть лет назад, в марте 2013 года, в Вологде, на совещание о ситуации в лёгкой промышленности и её сырьевом обеспечении, Президент России Владимир Путин отметил, что «слухи о преждевременной кончине этой отрасли у нас в стране сильно преувеличены». Тем не менее проблем в ней, похоже, тоже сильно меньше не стало

 

«Жесть» конкуренции

— Мы в отношении себя никаких изменений в лучшую сторону по-прежнему не видим. Для нас всё становится только хуже, – с таких слов начала разговор Елена Николаевна Самойленко, председатель совета директоров ОАО «Виктория», предприятия-преемника Биробиджанской чулочно-трикотажной фабрики, некогда одного из «китов» отрасли на Дальнем Востоке.

Одна из причин непроходящих сложностей, по словам собеседницы, в том, что предприятие начало терять местных клиентов.

— Раньше было достаточное количество индивидуальных предпринимателей, которые могли на нашей продукции, перепродавая её, иметь свою прибыль. Но с каждым годом таких людей остаётся все меньше и меньше. Причина простая: на Дальнем Востоке возросло количество сетевых компаний федерального масштаба, и не только федерального, но и дальневосточного уровня, которые торгуют продукцией, аналогичной нашей, но изготовленной в западных регионах страны и за рубежом, – говорит Елена Николаевна.

Ситуация хорошо видна на примере Биробиджана. Сетевые компании, что к нам заходят, на розничном рынке занимают приличную долю и, естественно, могут диктовать свои условия поставщикам товаров лёгкой промышленности.

— Фабрика производит в основном ходовой повседневный товар – носки, трусы, майки. Это доступные людям изделия, которые и примерять-то не всегда нужно. Понимая ситуацию, сетевые компании делают запросы поставщикам такой продукции и выбирают тех, кто предлагает хороший объём товаров и меньшую цену, и это не мы. Дальневосточная продукция при наших тарифах на доставку, энергию и ценах на сырьё дешёвой быть просто не может, – настаивает Елена Самойленко.

В попытке победить конкурента и попасть со своей продукцией на прилавки популярного супермаркета, мы можем один раз снизить цены и что-то там выиграть. А в следующий раз повторить это уже невозможно, поскольку нельзя бесконечно продавать продукцию далее себе в убыток.

– Если раньше мы с магазином ещё торговались по цене и объёмам изделий, то сегодня торговля ведет себя «лаконично». Запрашивает цены, мы их сообщаем, а не устраивают – далее тишина, ни ответа ни привета, – говорит Елена Николаевна.

В такой ситуации к производителям-дальневосточникам, которые могут оперативно поставить на рынок свою продукцию, поскольку расположены к нему близко, сетевая торговля обращается только в том случае, если сама не «угадает» потребность своих покупателей.

— Торговые сети вроде бы включают нас в список постоянных поставщиков, но при этом не дают никаких гарантий, что наш объём продукции будет регулярно востребован. Один раз «поманили» фабрику хорошими объёмами закупок, получили от нас хорошую цену. Мы подписали обязательство поддерживать неснижаемый остаток продукции на складе. А на следующий месяц сеть резко снижает объём закупок, он становится просто не интересен для фабрики, – рассказывает Елена Самойленко.

Извините, но ситуация, когда обязательства только у одной – производящей – стороны, а право без последствий отказаться от сотрудничества с предприятием – у «королей» торговых сетей, выглядит не слишком справедливой.

 

На рынке – без перемен

— Многие годы на рынке труда лёгкая промышленность была откровенно не интересна для работников – зарплата оставляла и оставляет желать лучшего. Не приходится ожидать, что к нам в производство активно пойдёт молодёжь. Нужны более комфортные условия для организации производства. Но когда фабрика вышла с предложением к Минэкономразвитию Дальнего Востока включить промышленную площадку ОАО «Виктория» в состав ТОР (территории опережающего социально-экономического развития, где действуют долгосрочные налоговые льготы), нам ответили «нет». Мол, здесь нет рынка, нет рабочей силы, нет кадров для лёгкой промышленности. Но если прежними останутся условия для этой отрасли – то ничего точно не будет, – констатирует глава «Виктории».

Судя же по ответу «дальневосточного» министерства, роста населения и промышленного развития производственных отраслей в регионе и не ожидается…

— Чтобы выжить, используем любую возможность получить какой-то доход. Берём на исполнение заказы с минимальной прибылью, сдаём в аренду избыточные площади по конкурентным в Биробиджане ценам. На больших заказах увеличиваем показатели производительности труда. Но на высокие технологии нам уже не «замахнуться». Однако коллекции домашней и ясельной одежды у нас постоянно обновляются, – добавляет оптимизма в свои слова собеседница.

Да, детская одежда из натуральных тканей могла бы стать небольшой, но относительно стабильной нишей для небольшого производства. «Гардероб» новорожденных и малышей ясельного возраста родителям приходится обновлять постоянно – детишки постоянно растут, вот и требуются обновы. Но это ниша именно что для небольшого предприятия. И демографического «взрыва» на Дальнем Востоке тоже не наблюдается. Население обширного региона постоянно уменьшается и стареет. Что не стимулирует спроса на промтовары и их производство в целом…

 

Как побороть конкурента?

Всё, что сегодня умеет шить и вязать наша фабрика, изготавливается из импортного сырья. И даже не из китайского. Если на Дальний Восток везти турецкие ткани, то как «победить» на рынке турецкую одежду? Как победить узбекистанских производителей носков, если там собственная пряжа, а мы узбекскую пряжу везём… из Москвы?

Доставить сырьё на Дальний Восток обходится дороже, чем привезти сюда готовую продукцию. Пряжа в бобинах, полотна в рулонах занимают в вагоне больше места, чем готовые изделия из той же пряжи. Отсюда существенная разница в транспортных расходах. Когда сюда доставляют полотна или пряжу, транспортные расходы составляют от 8 до 13 процентов, а когда отгружают готовую продукцию, то транспортные расходы максимум шесть-семь процентов. Как говорится, почувствуйте разницу.

Потребителю же сегодня, сидя дома за компьютером, довольно просто купить всё, что хочешь, заказав товар в любой стране мира – хоть в Белоруссии, хоть в Китае, хоть в США. И доставка товара возможна хоть прямо в квартиру!

Мир стал тесен и суперконкурентен. И выживают в нём только те товаропроизводители, у которых имеется какое-то преимущество перед другими. А у нас тот же рынок сбыта изделий местной промышленности с одной стороны – очень ограничен, с другой – население рассредоточено по огромной территории крайне неравномерно. И конкуренции по многообразию изделий у полуторамиллиардного Китая точно не выиграть: там вариантов и производителей всегда будет больше.

 

Мы всё понимаем…

— Наши власти знают, понимают ситуацию, что сложилась в лёгкой промышленности области? – спрашиваю Елену Николаевну.

— Конечно, понимают. Я задавала вопрос на недавней встрече Александру Борисовичу Левинталю конкретно по нашей фабрике. Область ведь владеет четвертью уставного капитала в нашем акционерном обществе. Наш губернатор – экономист, я – экономист, мы друг друга понимаем. И мы оба понимаем, что перспективы развития лёгкой промышленности на Дальнем Востоке очень слабые.

— Выходит, мы наблюдаем ситуацию медленного умирания лёгкой промышленности региона, созданную в советский период?

— Я бы сказала, что мы наблюдаем глубокую трансформацию отрасли. Она дробится на совсем малые предприятия, которые находят свои ниши на рынке, – осторожно формулирует Елена Самойленко.

— В таких условиях рассчитывать на государственную поддержку отрасли какими-либо инвестициями не приходится…

Если же вернуться к совещанию в Вологде, на котором шесть лет назад предприятиям лёгкой промышленности России пообещали финансовую помощь, то да, отрасли выделяют государственные деньги. К примеру, на поддержку экспорта. Но выделяют средства только тем предприятиям, в продолжении работы которых в Центре находят «экономический смысл». «Виктория» таких денег не получала. В дальневосточной лёгкой промышленности не видят смысла?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *