Однажды под Новый год

Однажды под Новый год - Рисунок Владислава Цапа

Рисунок Владислава Цапа

Еще несколько предновогодних историй от наших читателей

Снегурочка в белом халате

Случилось мне однажды попасть в аварию и оказаться на больничной койке в Хабаровской больнице скорой медицинской помощи. Врачи-травматологи любят к месту и не к месту приговаривать: «Травматический больной — особый больной». И далее обычно следует цитата из ставшей уже классикой «Бриллиантовой руки»: «Шел, споткнулся, упал, очнулся, гипс»…

И у меня все было почти в такой же последовательности. Только не упал и не споткнулся, а машина сбила. Но не будем сейчас о грустном вспоминать.

…Шел декабрь 1976 года. В палате нас было пятеро. Соседи постоянно менялись, поскольку пациенты с легкими травмами быстро шли на поправку.

Хорошо помню Сергея Машкова, следователя из краевого управления внутренних дел, у которого оказался довольно сложный перелом ноги (поскользнулся на лестнице прямо перед входом в управление) и великовозрастного девятиклассника Виктора Надежкина со сломанной ключицей, из-за чего тот вынужден был больше месяца ходить с аппаратом Илизарова. Левая рука, согнутая в локте и выставленная вперед, выдавала его издали. Да и роста он был немалого — настоящий акселерат! С нами, взрослыми мужиками, ему общаться было неинтересно: после перевязки он целыми днями гостил в других палатах или пропадал в холле у телевизора.

Тем временем приближались новогодние праздники. Лечение продвигалось медленно, да к тому же я лежал на вытяжке, потому целыми днями, в буквальном смысле слова, был прикован к кровати. Только на ночь дежурный врач ослаблял  ремни, и я мог хоть несколько часов полежать на боку. Так что о новогоднем бале на сей раз можно было забыть.

Мои соседи по палате тоже не строили особых планов. Кого можно было — давно выписали. Тут же положили новых, которых Витька, как самый разговорчивый и общительный из обитателей палаты, стращал царящими в отделении порядками:

— И запомните: если на рукаве три нашивки — это завотделением, две — просто врач, а у медсестер по одной. И с алкоголем тут ни-ни…

Витя, как и многие в его возрасте, был до смешного наивен: как будто в любой другой больнице спиртное как микстуру прописывали.

Мама, которая приходила ко мне  каждый день после работы, в один из своих визитов, пугливо озираясь по сторонам, вытащила из сумки объемный пакет и прошептала:

— Сына, я принесла тебе  шампанское. Отметьте тут… Только ты Вале меня не выдавай. А то что она про меня подумает! — и, чтобы закрыть эту не совсем приятную для себя тему, тут же добавила: — Завтра я тебе холодца и пельменей принесу.

Поблагодарив и поцеловав  маму, я подумал: «Ну что нам, мужикам, одна бутылочка шипучки!» Но, как вскоре оказалось, это было только начало.

Всем городским, кто волею судеб оказался в нашей палате, принесли по объемистой передаче. Мы сразу окрестили их пайками. Талонов тогда в стране еще не было, но три раза в году, а то и чаще, по большим праздникам на предприятиях и в учреждениях по приемлемым ценам выдавали продуктовые наборы. Именно благодаря им мы, не имевшие доступа к дефициту, могли попробовать сервелат, красную икру, балычок и прочие деликатесы. Даже баночке майонеза «Провансаль» производства Хабаровского масложиркомбината были необычайно рады!

Вечером 30 декабря пришла моя супруженька и, смущенно улыбаясь, протянула мне завернутую в газету стандартную пол-литровую бутылку.

— Я не стала шампанское покупать. Знаю, ты его не любишь, да и зачем вам тут оно, еще  медсестры на посту услышат! — и, приложив палец к губам, проговорила: «Только ты маме ничего не говори. Не поймет она меня…»

Я  расхохотался  и тут же рассказал жене о мамином презенте.

— Ну и ладно. Вите вот нальете, ему-то водку пить рано.

— Еще чего, будем мы малолеток спаивать, — отрезал я. И это было самой большой моей ошибкой в тот вечер.

Последний день уходящего года был ничем не примечателен. Ранним утром меня разбудила дежурная медсестра, сунув мне подмышку градусник. Обход, раздача медикаментов, перевязка, снова таблетки — все по давно заведенному распорядку. Но предвкушение праздника все равно чувствовалось. Рабочий день был укороченным, после обеда враз не стало врачей, потом одна за одной засобирались медсестры. И вот осталась одна дежурная бригада.

—  Сразу после ужина и начнем, — на правах офицера милиции торжественно объявил Сергей. И тут во мне взыграло — как-никак старожил палаты, «дед», если на то пошло:

— Тебе что, в армии эта каша не надоела? Ужинать он захотел!

Немного попрепиравшись, пошли на компромисс. Решили от молочной каши отказаться, немного перекусить, а к праздничной трапезе приступить часов в десять, чтоб проводить старый и встретить камчатский Новый год.

Давно уже ушли все посетители, телевизор наскучил, и есть, по правде говоря,  не хотелось. Душа просила праздника, куража, а какое уж тут, в больнице, веселье?

Но Новый год ведь не отменишь.  Давно все нарезав и разложив по заранее припасенным тарелкам, мы отправили Витьку стоять на вассаре   (это была еще одна наша ошибка!). Поскольку я один был неходячим, составленные тумбочки придвинули к моей кровати. Получился, я вам скажу,  неплохо сервированный стол. А после нескольких тостов и вовсе стало хорошо. Куда-то напрочь пропала боль, исчезла обида, что не попал я домой, к своим родителям, жене и брату, без которых не представлял раньше любое  торжество.

И вдруг на лице Сергея, который расположился напротив и рассказывал очередную милицейскую байку, я  заметил нескрываемый ужас. Тут же повернул голову — и в проеме двери увидел целых три лычки. «Заведующий отделением решил шмон навести», — мелькнуло в порядком захмелевшей голове (позже мы сошлись во мнении, что так подумал каждый). Но через мгновение в белоснежном отутюженном  халате врача и немыслимом колпаке мы узнали нашего Виктора. Всеобщему негодованию не было предела.

— Как ты мог, салага!..

— Что это за шуточки?

Витька только посмеивался в ответ. А когда мы было немного успокоились, поставил довольно категоричный ультиматум:

— Если не дадите выпить и закусить, позову дежурного врача. Он в ординаторской кемарит у телевизора.

И тут нам пришлось признать свое поражение.  И перед кем?! Перед пацаном, которого отправили предупредить об опасности. А он взял и предал мужскую дружбу!

Наши доводы отнюдь не достигали цели. Пришлось пригласить Виктора к столу. Да он, собственно, и не ждал нашего разрешения, а путем шантажа и угроз вытребовал-таки себе новогоднее угощение. «Что я, лысый?» — была его последняя фраза перед тем, как  стал с аппетитом  уминать принесенные нашими домочадцами яства.

…Больше я ничего не помню. Очнулся  в тот миг, когда надо мной склонилось прекрасное юное создание. В белом коротеньком халате передо мной словно предстала Снегурочка. Окончательно проснувшись, понял, что это дежурная медсестра. Мило улыбаясь, она протягивала градусник, машинально приговаривая: «Мальчики, давайте измерим температурку».

Опять потянулись серые больничные будни.

(Анатолий ХАБАРОВ)

Вот так встреча!

Новый год — праздник, у многих ассоциирующийся со взлетающей к потолку пробкой шампанского, оливье в большой хрустальной чашке, уютным домашним диваном и елочными иголками, рассыпанными по полу. Но всегда находятся  люди, умудряющиеся встречать праздник очень нетривиальным образом.

В каких необычных местах вы проводили новогоднюю ночь? Или в каких необычных обстоятельствах вам приходилось отмечать этот волшебный праздник? С таким вопросом «БШ» обратилась к биробиджанцам.

Ирина Андреева, 32 года, переводчик:

— Самый запоминающийся Новый год я отметила в подъезде… Под бой курантов в квартире соседей, фейерверки во дворе и с закрытой бутылкой вина в руках. Дело в том, что родители поехали в Хабаровск — встречать мою младшую сестру, а меня оставили готовить новогодний стол. Конечно же, по дороге у родных сломалась машина… Я отправилась в магазин за вином, чтобы начать отмечать праздник в одиночку, но захлопнула дверь, оставив ключ дома. В итоге в полночь я оказалась у дверей собственной квартиры одна и в безвыходной ситуации. Тогда было очень жалко себя, а теперь всегда вспоминаем эту историю со смехом и даже ностальгией.

Геннадий Богданов, 53 года, инженер:

— Для меня необычный Новый год — это праздник, проведенный дома. В юности всегда были шумные компании, походы в гости, шашлыки, турбазы… Потом часто приходилось дежурить в новогоднюю ночь или ездить в командировки, так что бывали и случаи, когда праздновал Новый год в самолетах и поездах. Поэтому теперь ценю обычные места: собственный диван, кухню, двор, куда можно выйти с фейерверками. И чтобы дети пришли в гости — тогда празднование точно удастся.

Евгений Фалеев, 38 лет, преподаватель:

— Самый запомнившийся Новый год я встретил на лавочке у подъезда. В студенческие годы мы с друзьями начали отмечать его еще днем и, естественно, к вечеру выпили уже изрядное количество… Меня отправили в магазин, я вышел на улицу и вдруг увидел все вокруг: снег в свете фонарей, в окнах светятся гирлянды… Лег на скамейку, задрав голову, и уснул. Проснулся от взрыва петард и крика с балкона: «Женька, ты Новый год проспал!».

Татьяна Попова, 27 лет, менеджер:

— Лучший праздник случился у меня несколько лет назад, когда молодой человек, который тогда только начинал за мной ухаживать, купил билеты во Вьетнам. Это была сказка: закат, теплый ветер, мы сидели на берегу, а где-то играла музыка… Честное слово, ни разу не вспомнила о том, что где-то есть елка, мандарины и оливье! А после этой поездки мы поженились, скоро будем отмечать годовщину свадьбы. Жаль, что каждый год не получается вот так выбираться к морю, но зато семейная жизнь дала понять, что где встречать праздник — не так уж важно, главное — с кем.

(Опрашивала Анна СИЛЬВЕР)

Праздник с переодеванием

snegurПрочитал в прошлом номере «БШ» рассказ бывшего моряка-подводника, как они встречали Новый 1958 год. Я тоже служил на подводной лодке, только в семидесятые. И год Дракона — 1976-й — мы встречали такой вот веселой командой (на снимке) — наши отцы-командиры, Дед Мороз и десять Снегурочек.

Вообще-то роль законной внучки Деда Мороза по сценарию была одна и  досталась она мне. А остальные мои сослуживцы решили, как сейчас говорят, приколоться. Надели на себя подобие женской одежды, платочки повязали. Так и отметили Новый год в этом прикиде. Тогда еще не принято было считать годы по восточному гороскопу, поэтому нет на фото ни одного Дракона.

А может, просто заскучали друзья-подводники в мужском окружении, вот и решили хоть на Новый год компенсировать собой отсутствие прекрасного пола. Лишь  отцы-командиры так и не решились перевоплотиться в Снегурочек, хоть и смеялись вместе с нами от души.

(Сергей ТУРИНЦЕВ, фото из архива автора)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *