Пока не остыло сердце

Пока не остыло сердце

Самое лучшее свое произведение Александра Бруштейн написала на закате жизни

В тени классиков

Вот ведь как бывает: прочтешь в детстве или юности книгу, западет в душу ее название, а фамилия автора в память никак не впишется.

Когда я наткнулась на дату рождения писательницы Александры Яковлевны Бруштейн, которая приходится на 24 августа 1884 года, то решила побольше узнать о ней. И вдруг читаю, что она — автор трилогии «Дорога уходит в даль». Вспомнила, что в детстве мне вроде бы попадалась книга с таким названием. Нашла ее в Интернете, стала читать. И моментально вспыхнула, засветилась память знакомыми образами, вспомнила, как была я влюблена в главную героиню книги Сашеньку, как хотелось ей подражать.

В школе эту трилогию не проходили.  Не нашла я фамилию писательницы и в советском еще учебнике «Детская литература», хотя многие ее произведения были рассчитаны именно на подрастающее поколение. Ее творчеством восторгались Маршак и Чуковский, Паустовский и Твардовский. 

Тем не менее Александра Бруштейн так и осталась в тени этих признанных советских классиков, что, конечно же, было несправедливо.

Дочь отца своего

Она родилась 130 лет назад в семье известного общественного деятеля, автора нескольких книг на идише Якова Ефимовича Выгодского. Но в Вильно, где жили Выгодские, главу семьи больше знали как отличного врача-хирурга.  Несколько лет Яков Выгодский возглавлял единственную в Вильно еврейскую больницу, многих ее пациентов он лечил бесплатно. В 1918-м году возглавил в правительстве Литвы Министерство по еврейским делам, не оставляя врачебной практики.  В те годы он и написал три автобиографические книги на идише — «Ин штурем» («В бурю»), «Ин геэнем» («В аду») и «Ин Самбатиен» (Самбатиен — название библейской реки).

В 1940 году, когда Польша была оккупирована немцами, Яков Выгодский помогал еврейским беженцам покинуть эту территорию, спас не одну жизнь. Когда был захвачен Вильнюс, он не побоялся открыто высказать свой протест против политики ярого антисемитизма, которую проводили оккупанты. В августе 1941 года 84-летний доктор был арестован, а вскоре расстрелян. 

Александра Бруштейн очень любила отца, гордилась им. Яков Выгодский стал одним из главных героев ее трилогии, где он выведен под фамилией Яновский.

И еще. По удивительному совпадению, дочь ушла из жизни в том же возрасте, что и отец — в 84 года.

Гимназистка и бестужевка

Утонченная красавица в молодости, Александра Бруштейн получила блестящее образование — закончила в Вильно гимназию, а в Петербурге — Высшие бестужевские женские курсы, куда мечтали попасть многие девушки. Сочиняла в молодости стихи, писала очерки, пьесы, инсценировки по книгам классиков.  Но большой славы они ей не принесли. Да и сама она не считала литературный труд главным делом своей жизни. Будучи гимназисткой, а потом бестужевкой, стала преподавать на вечерних курсах для рабочих, вступила в подпольную организацию, помогающую политическим заключенным и ссыльным революционерам. В Гражданскую войну стала лектором фронтового театра, а когда война закончилась, ее ждал другой фронт — просветительный. По инициативе Александры Бруштейн было создано 173 школы по ликвидации неграмотности.

Еще будучи студенткой, Александра познакомилась с молодым врачом Сергеем Бруштейном, впоследствии ставшим известным ученым — его считают одним из основоположников советской физиотерапии. Они прожили вместе около сорока лет — Сергей Бруштейн ушел из жизни в 1947 году. Но еще долго после его смерти на двери их московской квартиры висела медная табличка «Профессор Сергей Александрович Бруштейн».

Дорога уходит в даль

«Май», «Голубое и розовое», «Единая боевая», «День живых» — все эти произведения были созданы писательницей в 20-30-е годы. Они были написаны живо, добротно, критики отнеслись к ним благожелательно, читатели — с интересом. Но уже вскоре об этих книгах стали забывать. В войну семья Брунштейн эвакуировалась в Новосибирск, и там, в Сибири, писательница замыслила автобиографическую книгу «Дорога уходит в даль».

Обычно с возрастом писатели, что называется, «исписываются», живут прошлыми успехами, заслугами и книгами. У Александры Бруштейн все было с точностью до наоборот — творческое дыхание у нее открылось к 70 годам. В 72 года она напишет первую часть трилогии, через восемь лет закончит последнюю, третью часть.

Книга о непростой судьбе юной девушки, жившей на переломе двух веков, и о том непростом времени советскими читателями была встречена с восторгом. Ею зачитывались и дети, и родители. Критики отмечали углубленную психологичность, лиризм, простоту языка трилогии. Коллеги-писатели от души поздравляли автора с творческой удачей. «В умелой, уверенной и темпераментной лепке характеров чувствуется сильная рука драматурга» — это мнение Корнея Чуковского. «В вашей книге проза превращается в живую поэзию — иными словами, достигла совершенства» — это от Паустовского. Свое восхищение книгой высказали А.Твардовский, С.Маршак, Лев Разгон…

Кстати, недавно книгу переиздали — она вышла в свет в красивом переплете, с хорошими иллюстрациями. 

Последние годы 

«Господи, как она была некрасива — крупный, чуть приплюснутый нос, слабые стариковские губы, эта дряблая кожа, эти выцветшие от времени глаза. Она прекрасна была, была красавица! Даже в слепнущих выцветших глазах поселялось по нескольку чертей сразу, а уж она-то жила, она кокетничала, чудо наше! Столько было в ней неподдельной заинтересованности и молодой страсти — она была гением человеческого общения — именно так, иначе о ней не скажешь».

Это отрывок из очерка Любови Кабо — писательницы, которая была другом семьи Бруштейн многие годы. 

А вот что писала о себе в те годы сама Александра Яковлевна: 

«Больше половины времени у меня уходит на работу с начинающими — это роскошь для меня, но от этой роскоши я отказаться не могу, потому что в ней для меня большая радость…»

«Начала новую книжку. Пишу легко, а я этого всегда боюсь. Значит, написанное — мусор».

«Жизнь у меня не стыдная — трудовая. И если судьба спросит меня, что хочу от нее всего больше, я бы ответила: «Я хочу, чтобы я не только любила и хотела работать по 10 часов в сутки, но чтобы я имела физическую возможность это сделать».

В 1964 году в Доме литераторов торжественно отметили 80-летний юбилей писательницы.  Юбиляра пришли поздравить несколько театров, известные писатели, артисты. Было много шуток, искрометного юмора, атмосфера торжества была удивительно теплой. И в ответном слове растроганная всеобщим вниманием героиня торжества пообещала: «Пока я живу, пока дышу, пока не остыло сердце — до самого последнего дня, последнего вздоха я буду в ваших надежных руках».

Спустя четыре года Александра Бруштейн упокоилась рядом с мужем на Новодевичьем кладбище, успев написать книгу воспоминаний «Вечерние огни».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *