Поющий «неформат»

Поющий «неформат»

из личного архива Ольги Тимченко

В гостях у «БШ» студентка Ольга Тимченко

Люди бывают разные: веселые и грустные, оптимистичные и пессимистичные, трудолюбивые и ленивые… А бывает и «неформат», когда человек своими взглядами на жизнь и увлечениями не вписывается в общую картину под названием «общество».

«Я была и готом, и рокером, даже толкиенистом. Да кем я только не была!» — говорит моя героиня. Действительно, Ольга Тимченко – человек с широким кругозором и большим количеством увлечений. Но вот где уж ее душа отдыхает, так это в пении. А встретилась я с ней в первый раз, когда училась на филфаке в нашей академии – Оля была на курс младше.

— Скажи, как тебя занесло на «факультет невест»?

— Случилось все так. Приехала я в славный град Биробиджан из Амурзета поступать в вуз. Дай, думаю, подам документы на два факультета: на эколога, поскольку любила химию и биологию и все, с ними связанное, обожала всякие непонятные и труднопроизносимые термины, такие, как кецалькоатль, коагуляция, синерезис. А еще я могла часами лить в пробирки всякую гадость и убегать от взрывов (смеется). А второй факультет – филологический, поскольку, будучи еще в 9 классе, я страстно увлеклась «ручкоскребством», то есть писала рассказы. Первая моя книжка, а точнее, кипа исписанных тетрадей в количестве семи штук, благополучно отправившаяся в ведро, называлась «Когда оживают легенды». Вот у меня и возникла такая идея –  дай на филфак поступлю, хоть писать правильно научусь, может, и писателем стану. И вот когда я, еще такая маленькая, предстала перед лицом грозной приемной комиссии, то почему-то на вопрос: «Поступаете на несколько факультетов или на один?» ляпнула: «На один». И теперь я филолог, бодро шагаю по фолиантам безумно любимых книг (по крайней мере, первые полтора года учебы). Только вот мечта стать писателем отчего-то, кажется, стала еще дальше.

— Чем ты увлекаешься в свободное от учебы время?

— Увлекаюсь я тонной всего. В своей жизни перепробовала заниматься всем, чем не лень: танцами, детским театром, пением, ходила в «музыкалку», писала рассказики, пародии на книги, выступала в местном клубе и корчила из себя Пугачеву «сельского розлива». Пыталась ходить в спортивные секции, посещала кружок резьбы по дереву, рисования, кулинарный кружок. Но нигде я долго не задерживалась: ходила до момента, пока не овладевала навыками в той или иной области, и бралась за следующее. Наверное, единственное, что мне надоело мгновенно, потому что у меня мамонты потоптались по всем конечностям, так это танцы. Я сошла с ума от пары элементарных, по меркам преподавателя, движений и сбежала оттуда уже на второй день. Все остальное я освоила очень быстро и, соответственно, так же быстро бросила. Большую часть моей жизни заняли игры с друзьями: футбол, различные ролевые игры.

— Оля, что значит для тебя пение и как ты попала на сцену?

— О-о-о… Это давняя история. Я как-то в восемь лет что-то пропищала в школе на уроке музыки, а моя учительница Наталья Георгиевна Чиркова возьми да и заставь меня участвовать в школьном конкурсе «Мини-мисс». Вот тогда я первый раз и исполнила песню. А потом меня потащили на сцену клуба все те же учителя. Я долго «звездила», пока не решила пойти в музыкальную школу. Там мы пели в хоре, который однажды поехал выступать в Биробиджан. Так, где-то в возрасте тринадцати-четырнадцати лет, я впервые увидела этот город. А филармония  произвела на меня просто неизгладимое впечатление.

Поступив в вуз, я сразу взяла быка за рога и с целеустремленностью тореадора рванула искать себе учителя. И нашла сразу двух – Людмилу Александровну Квасову и Галину Николаевну Усольцеву, благодаря которым пою на сцене.

Пение для меня сейчас все. Я пою всегда только для себя, так как чувствую, как и чего хочу. Недавно начала писать песни. Сама я сочиняю стихи не столь удачно, поэтому их мне предоставляют другие авторы. Последняя песня – «Колокола» на стихи Влады Шведовой. Ее начало: «Этот храм воспевал немой менестрель, эти долы слепой рисовал. Из тумана, что свит изо льна дальних дней, страж угрюмый ограду сковал». Еще я написала песню на стихотворение Пушкина «Демон», на стихи Жени Маркеловой (одногруппницы) «Ангел» и моя авторская (вместе со стихами) «Суждено быть одной».

— Чем ты руководствуешься, когда выбираешь песни для своего исполнения?

— Песни я выбираю по музыке и тексту – голос ведь у меня свой, я никому не подражаю. Если от музыки и слов песни побежали мурашки – значит, это мой стиль, и я обязательно буду ее петь, даже если немного не дотягиваю. Как-то захотела исполнить песню явно высокую для моего голоса. Так сильно захотела, что принялась активно за разработку вокала до такой степени, чтобы исполнить ее. Вот теперь и пою (улыбается).

— Знаю, что ты не только поешь, но и на музыкальных инструментах играешь…

— Играю только на гитаре и музыку сочиняю на ней же. Тексты, как я уже сказала, не пишу. Написала один —  и песня получилась какая-то попсовая. Больше не рискую.

— Что для тебя означает творчество и как ты себя в нем реализуешь?

— В творчестве я себя реализую целиком и полностью. Просто делаю то, что хочет душа, а потом это становится нужным другим. Песню написала и исполнила ее потом на конкурсе. Я просто слушаю себя и делаю то, что got-2хочу. А там будь что будет, понадобится – замечательно. Мне не жалко поделиться своим творчеством с окружающими.

—  Оля, ты ведь поешь в церковном хоре? Духовное пение сильно отличается от светского?

— Пение в церковном хоре доставляет мне эстетическое удовольствие. К тому же это отличная практика голоса – нужен сильный вокал. Там я научилась  петь партитуры (по нотам), держать партии (пою в альтах), к тому же в церкви отдыхаешь душой.

— Помню, еще ты увлекалась разными молодежными субкультурами. Как это произошло?

— Ну как тебе сказать, была я готом… Но готом была больше в душе, поскольку в одежде это не особо отражалось, и друзей с именами Череп и Могила у меня не было (улыбается). Я восхищалась таким явлением, как смерть, считала ее прекрасной и неотвратимой. Тогда мне казалось, что самое безопасное в мире место – это кладбище, потому что там все мертвы. Я ведь была ребенком, у нас это было больше как игрушка – мы о готике больше читали, чем отображали ее на деле. В нашем узком кругу мы своеобразно отмечали Хэллоуин, играли в ведьмочек и т.д. Готика на самом деле – это не детская забава. У готов есть глубокая философия смерти, которую дети не могут понять.

Долгое время увлекалась рокерством. Что я только ни слышала в свой адрес! В селе таких рокеров было всего трое, поэтому на нас странно смотрели. Но нам было все равно. А увлеклась я этим довольно просто: одна знакомая девушка дала мне послушать рок. Она побывала в городе, где ее быстро «наставили на путь истинный» – объяснили, что есть рок и с чем его едят. Вот она и принялась сеять семена того, что узнала сама, в нашем селе.

— Я знаю, что ты, Оля, также любишь творчество Толкиена. Так прав ли был профессор?

— (Смеется) Толкиен великолепен! Толкиен – Бог Средиземья! Наша невесть какая большая банда ролевиков (поклонники ролевых игр) по нему сходила с ума. Ну сама понимаешь, какие  в селе ролевики. Нас даже за секту принимали, потому что мы собирались в парке и чем-то странным занимались, и что-то несусветное творили. Как и положено, мы бегали с самодельными мечами по селу, кричали «А Элберет Гилтониель» и крошили мнимых назгулов в капусту.

— В каком образе, созданном Толкиеном, ты себя представляешь?

— В каком, говоришь? Ну когда нам надоело крошить мнимых назгулов, меня торжественно назначили их королем. Так что я была большой ангмарской шишкой (смеется). А вообще я страж границ Лориэна – Халдир. Ну нравились мне лориэнские эльфы, а галадриэлей и так набралось бы  штук пять. Келеборном я быть не желала по причине того, что быть супругом моей подруги-Галадриэли я не хотела (улыбается). Эльфы у Толкиена просто поразительные существа: легкие, быстрые, таинственные, нереальные…

— Оля, какие у тебя планы на будущее?

— Никогда не строю планов – не вижу в этом смысла. В ближайшее время думаю просто жить, а там что-нибудь интересное да случится. Может, буду выступать просто для себя, может, когда-то деньги буду на этом зарабатывать, а может, выпущусь из академии да и буду мычать песенки под нос во время готовки блинов и ходить на работу –  в бумажках копаться. Уж как жизнь повернется. Кто знает, что мне уготовано. Я считаю так: моё меня найдет.

— Что бы ты пожелала молодежи ЕАО в их праздник – Всемирный день молодежи?

— Молодежь! Я вам желаю: поднимите голову и посмотрите на мир, расправьте плечи, бросьте употреблять всякую гадость, от которой сохнут мозги. Это мир безграничных возможностей, и стоит только захотеть, можно свернуть горы, даже не заморачиваясь, куда их складывать. Осуществляйте ваши мечты, и даже если вам кто-нибудь поставит подножку, помните – велик не тот, кто никогда не падал, а тот велик, кто падал и вставал!

Пока я находилась рядом с Ольгой, поневоле заразилась ее настроением. Мне тоже захотелось петь, захотелось сочинять музыку. Словом,  познать себя в разных ипостасях. И я думаю, что во взрослой жизни моя героиня не растеряется и обязательно себя найдет.

Юлия ВУЛЬФ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *