При всем богатстве выбора…

При всем богатстве выбора…

Олега Черномаза

Почему пациенты жалуются на работу областной поликлиники

Недовольных  работой областной поликлиники всегда хоть отбавляй, хотя бы потому, что именно здесь лечится и обследуется большинство биробиджанцев. В последнее время пациентам не нравится и новый порядок записи к докторам.

— Я уже третий раз прихожу, не могу попасть к окулисту, — говорит Наталья Шарова.

— А почему не можете? — спрашиваю женщину.

— В первый раз пришла, мне сказали: «Нет талонов». И только когда пришла во второй раз, узнала, что направление на запись к окулисту и другим узким специалистам дает терапевт. Я предварительно записалась к участковому врачу, подождала несколько дней, сегодня, надеюсь, пройду, получу направление, а уж когда попаду к глазному — не знаю, а надо бы побыстрее. Может, и получится — у меня хороший участковый врач Лариса Валериевна Губская, умница, очень внимательная, знающая. 

В разговор вступает Лариса Григоричева:

— Мне нравилась система, которая была раньше, — к терапевту можно было идти на прием без всяких талонов, очередь занял и ждешь. Сейчас все по-другому. Я  три недели ждала, чтобы попасть к нашему участковому доктору Светлане Заридер.

— К  неврологу записаться почти невозможно, ревматолог тоже принимает мало, — говорит еще одна пациентка, представившаяся Ольгой Юрьевной. — Я сама живу в Биробиджане, а работаю в Хабаровске. Знаю, что медработники, живущие здесь, ездят в краевой центр на работу, потому что здесь мало платят. В электричке встречаю одних и тех же людей, с некоторыми уже знакома.

Чтобы подтвердить (или опровергнуть) высказывания биробиджанцев,  я сама решила записаться на прием к врачу. Было восемь утра, очередь в окошко регистратуры, вопреки ожиданиям, была небольшой — человека четыре. К другим регистраторам очередь была примерно такая же, — видимо, из-за непогоды потенциальные пациенты остались дома.

— Мне к ревматологу, — протягиваю регистратору паспорт и страховой полис. 

— Обращайтесь к администратору, я вас могу записать только к терапевту, — сообщает девушка.

— Хорошо, давайте к терапевту, — соглашаюсь я, понимая, что выбор у меня невелик.

Но  к администратору все-таки подошла — вдруг повезет? 

 — Вы меня к ревматологу запишете? — спрашиваю.

— А у вас направление от терапевта есть? — отвечает она вопросом на вопрос.

Пациенты были правы: терапевта мне не миновать.

В ответ на вопрос участкового врача Лидии Васильевны Синько (меня записали к ней) о том, что меня беспокоит, беру с места в карьер: прошу записать меня к ревматологу или хотя бы  дать направление к нему.

— А почему вы решили, что участковый врач записывает к узким специалистам? В Интернете прочитали? Так это неправда, — высказалась она в ответ на мою просьбу.

И пояснила, что шансов попасть на прием к тому доктору, который мне нужен, немного: та принимает всего на четверть ставки, но ведет платный прием.

— Почему платный? — пытаюсь я отстоять свои права. — Ведь есть программа госгарантий, в ней говорится, что  гражданин имеет право на бесплатную медицинскую помощь.

— Воля ваша, — не спорит со мной врач. — Ждите.

Вопросы про новации в поликлинике, терапевтов и узких специалистов я задала заведующей поликлиникой Ларисе Литвиненко. Она дала на них четкие ответы, и теперь я лучше осведомлена о работе поликлиники, чем раньше. Вообще, брать интервью у врачей гораздо приятнее, чем ходить к ним на прием. В последнем случае доктор смотрит сквозь тебя куда-то в стену (как правило), и это неприятно.

 Лариса Александровна пояснила, что такое поведение врача называется «синдромом сгорания». Судя по моему личному опыту, этим синдромом не страдают врачи онкодиспансера, а также медики всех районных больниц, амбулаторий и   ФАПов. В областной поликлинике тоже есть такие — без синдрома, но они, скорее, исключение, чем правило. Справедливости ради стоит заметить, что рассчитанная на 500 посещений в смену поликлиника работает с гораздо большей нагрузкой, чем должна, — зимой в один день ее посещает примерно две с половиной тысячи пациентов, летом — до полутора тысяч человек в день. Этим, наверное, отчасти можно извинить безразличие медработников.

Первый вопрос — стала ли менее доступной помощь участкового терапевта? По мнению завполиклиникой, в талонной системе организации работы участковых терапевтов есть рациональное зерно.

Как я поняла, организационными новациями администрация пытается прикрыть образовавшийся дефицит участковых докторов, с которыми несколько лет было более или менее благополучно. А если называть вещи своими именами, то попросту спасает положение. Потому что в поликлинике сегодня не хватает восьми терапевтов, еще два врача находятся в отпуске по уходу за ребенком. Когда отсутствуют десять врачей, то это уже серьезная проблема. Какой  здесь нашли выход, кроме талонов? Ввели кабинет для оказания неотложной медицинской помощи. Те, кто в ней нуждается, но не может попасть на прием к врачу, идут в пятый кабинет. Он работает с восьми до 19 часов, прием в нем ведет фельдшер. Осматривает пациента, оказывает экстренную помощь, если таковая требуется. Если фельдшер не справляется с ситуацией, то пациента отводят к дежурному терапевту, и тот, если надо, назначает лечение.

Так,  у участковых ежемесячная федеральная доплата составляет 13 500,   а у узких специалистов ежемесячная доплата «по доступности» -16 000 рублей. Не так уж плохо, но, видимо, недостаточно. Доплаты медсестрам, работающим с терапевтами и узкими специалистами, соответственно, вдвое меньше.

— Почему же узкие специалисты у вас работают терапевтами? — задаю я резонный вопрос Ларисе Литвиненко.

— Единственная, кто так поступает, — ревматолог Елена Юрьевна Олейникова, она изначально была терапевтом и остается им.  Это отношение к профессии.

Врачи так называемых узких специальностей либо увольняются, как произошло с окулистами, либо, как неврологи, здесь же, в поликлинике, ведут частную практику: хочешь лечиться — плати. Причем, по словам заведующей, чаще продолжают работать даже при минимальной оплате. Это, говорит Лариса Александровна, объяснимо. Доктора учреждения здравоохранения раз в пять лет должны пройти переобучение. А если врач будет заниматься только частной практикой, учебу ему придется оплачивать самому.

  Разумеется, ничего противозаконного в действиях частно практикующих докторов нет, они получают лицензию на оказание медицинских услуг и работают по ней. А как же права пациента? Хотя в программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи  специализированная помощь включена, но в наличии ее может и не быть, как в данном случае. И виноватых в этом тоже нет. Другой момент — врачи узких специальностей ведут прием только по направлениям терапевтов. Правильно ли это? В законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»  говорится, что первичная специализированная помощь осуществляется по направлению участкового терапевта либо врача общей практики. Заведующая поликлиникой считает, что это правильно — откуда пациенту знать диагноз, ведь он не медицинский работник? Но это первичная помощь. А если пациент много лет наблюдается у специалиста по поводу хронического заболевания — предположим,  у него сердечная недостаточность или сахарный диабет, то зачем ему идти к терапевту? Кроме того, тут есть некое лукавство — новая система вынуждает человека с одной и той же проблемой обращаться в лечебное учреждение как минимум дважды. А  финансирование поликлиники зависит от количества посещений. Но пациента беспокоит не этот факт, а то, что специализированную помощь он не может получить сразу. Поэтому он либо безропотно ждет, то есть проходит всю процедуру, а так поступает большинство неработающих пациентов, либо идет на платный прием к специалисту. За деньги, как известно, направление к специалисту уже не требуется. Получается как в старой рекламе  — при всем богатстве выбора у нас с вами особого выбора-то и нет. В свое время, когда страховая медицина в стране только зарождалась, все уповали на полис обязательного медицинского страхования — дескать, с ним вы получите медицинскую помощь в любом регионе. Сегодня, если болен, надо рассчитывать в основном на возможности своего кошелька — к сожалению, такова реальность. Хотя, если брать формальную сторону дела, то у нас все нормально. По словам Ларисы Литвиненко, специализированную помощь в поликлинике оказывают в плановые сроки,  а это 14 дней. Но мы с вами понимаем, что положение лучше не становится.

— Я повлиять на ситуацию не могу, — призналась заведующая. — У меня нет возможности привлечь специалистов со стороны или переобучить их. Я только могу рассказать, какой Биробиджан красивый город и сформировать заявку. Слышала, что врачам квартиры обещают, но не видела, чтобы их давали.

Лариса Александровна сказала, что не возлагает особых надежд и на молодых специалистов, которые, по ее словам, «идут зарабатывать деньги».

 — А  в чем разница? — не поняла я.

— В  том, что на первом плане у них деньги, на втором — пациент. 

Несмотря на общий минорный тон разговора, несколько позитивных фактов Лариса Александровна мне сообщила. Например, в поликлинике уменьшились очереди в лабораторию и на проведение УЗИ. Теперь, чтобы сдать клинический анализ крови, надо ждать всего три дня. Очередь на ультразвуковое исследование удалось сократить за счет того, что на УЗИ перестали записывать жителей тех районов, где в  больницах есть точно такая же аппаратура, как в областном центре. Что касается приема к терапевтам или узким специалистам, то в этом никаких ограничений для приезжих нет. Кстати, кому интересно — по программе госгарантий бесплатно УЗИ  полагается делать не чаще, чем раз в шесть лет. А за деньги — так часто, как вы захотите. Бесплатный прием пациентов и всякого рода комиссии «развели» по времени, что снизило очереди и общую напряженность в поликлинике.

Еще один немаловажный факт — в ближайшее время  начинается всеобщая диспансеризация взрослого населения, которая будет проходить по участковому принципу. То есть необходимо, чтобы пациенты пришли на прием к участковому терапевту. 

Хочу сказать еще об одном недостатке, о котором не говорила заведующая, но который очевиден всякому — это плохая разъяснительная работа. Пациенты жалуются, потому что не понимают новшеств в организации, пожилые люди, может быть, плохо видят или слышат — так объясните им, покажите журналы самозаписи к терапевтам, помогите записаться. Нужны для этого дополнительные работники или нет — на месте виднее.

С удовольствием захожу в офисы «Сбербанка», где милая девушка в форменной одежде спрашивает, нужна ли мне ее помощь, иногда этой помощью пользуюсь. А в поликлинику ходить неприятно, хотя понимаю, что выбора у меня нет. 

К ревматологу же на прием я пока не попала. Жду…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *