Разведка доложила точно…

Разведка доложила точно…

Ровно 80 лет назад, 12 июля 1934 года, в Биробиджане было образовано управление Народного комиссариата внутренних дел СССР по Еврейской автономной области. Одной из основных задач чекистов того времени была надежная охрана участка государственной границы по Среднему Амуру между советским государством и Китаем на дальневосточных рубежах

По большому счету, наименование советско-китайская граница было в то время простой формальностью. На самом деле северо-восточная территория сопредельного государства, в том числе Маньчжурия, была оккупирована Японией, так что логичнее было бы называть границу советско-японской. По всей амурской линии безраздельно властвовали части вооруженных сил Японии, численность которых к началу Великой Отечественной войны достигла почти одного миллиона человек, и именовались эти соединения Квантунской армией. Понятно, что японская разведка вела активную работу против нашей страны по добыванию оперативных сведений, засылая через Амур агентов и террористов.

О некоторых моментах этой деятельности рассказывается в документальной книге «В едином строю», изданной в Хабаровском книжном издательстве в 2007 году. Составителем книги является бывший подполковник управления ФСБ по ЕАО Владимир Журавлев, ушедший недавно в запас. Ниже в этих заметках мы будем обращаться к этому изданию – тираж книги очень скромный, о ней известно немногим, 42а между тем она представляет интерес, на наш взгляд, для широкой общественности.

Первым начальником УНКВД по ЕАО был назначен Александр Лавтаков, приступивший к работе в 1934 году. Судьба отвела ему немного времени для исполнения своих обязанностей. В 1937 году    А.Н. Лавтаков был раскритикован местными партийными органами в недостаточной работе по разоблачению «троцкистов», «бухаринцев», «шпионов», «вредителей» и вообще «врагов народа». Вскоре после ареста Александр Никанорович был расстрелян. Много позже он получил полную реабилитацию – все обвинения, предъявленные ему, оказались ложными и незаконными.

В указанной выше книге      В. Журавлева «В едином строю» приводится один из эпизодов работы чекистов по обеспечению безопасности автономии.

ГРАНИЦА НЕ БЫЛА СПОКОЙНОЙ

Например, в июне 1935 года органами погранохраны НКВД в районе села Пашково ЕАО были задержаны агенты японской разведки Д. Сорокин и        Г. Бабин, которые нелегально перешли госграницу СССР со стороны Маньчжурии. У них обнаружили два маузера, две гранаты, стрихнин, листовки антисоветского содержания, план расположения одного из советских укрепрайонов, фальшивые советские паспорта, деньги и прочее.

Во время допросов выяснилось, что Сорокин являлся членом «Русского фашистского союза», а с 1931 года – сотрудником японской разведслужбы в г.Фугдине, где готовили шпионов-диверсантов для заброски в Советский Союз. Перебежчика из СССР Бабина он завербовал для совместного выполнения задания японцев по разведке подходов к туннелям и железнодорожным мостам в районе станции Облучье, состояния их охраны, а также для переправки данных о дислокации воинских частей ОКДВА (Отдельной краснознаменной Дальневосточной армии) на территории ЕАО, сбора сведений о политических настроениях жителей области, распространения среди них антисоветских листовок.

Описанный эпизод далеко не единственный в практике защиты пограничниками и чекистами территории ЕАО от проникновения на нее агентов японской контрразведки. Особенно масштабными стали действия такого рода в предвоенные и первые годы Великой Отечественной войны.

Из приведенных в сборнике данных следует, что на участке границы, примыкающем к территориям Хабаровского края, Еврейской автономной и Амурской областей, с конца 1940-го и в начале 1941 года было задержано в общей сложности почти пятьсот нарушителей, так что отрезок государственной границы нельзя было назвать спокойным. В документах отмечается, что наибольшая часть нарушителей приходилась на заставы Раддевской погранкомендатуры, которая находилась в селе Радде Облученского района.

Засылка на нашу территорию японских нелегалов не являлась, как говорится, игрой в одни ворота. Внедрение на оккупированную японцами территорию Маньчжурии агентов советской разведки было нормальной практикой противодействия потенциальному противнику. Как-то еще в середине 60-х годов механик села Башурово Ефим Моисеевич Козлов, живший в годы войны в Радде, рассказал, что далеко не все молодые раддевские мужики были призваны на войну. Они были оставлены в тылу для выполнения других задач – сбора разведывательных данных на примыкающей к Амуру территории Маньчжурии. Поясню, что по маньчжурскому правобережью реки было немало русских поселений, жителями которых являлись люди, не принявшие когда-то советскую власть и эмигрировавшие за Амур.

На левом, советском, берегу у них остались родственники, друзья, знакомые. В такие поселения и приходили нелегально наши агенты контрразведки для выполнения специфических заданий. Были, конечно, среди этой агентуры и провалы. Ефим Моисеевич назвал имя одной из раддевских женщин, муж которой ушел за Амур и был там раскрыт японцами. Потом она вторично вышла замуж и также потеряла супруга, ушедшего за кордон. Причем японцы застрелили его на льду Амура, когда добровольный разведчик уходил от преследования и пуля настигла его уже вблизи нашего берега.

ГОТОВИЛИСЬ К ПАРТИЗАНСКОЙ ВОЙНЕ

Угроза вступления в войну Японии против Советского Союза реально существовала с первого же дня нападения на нашу страну фашистской Германии, с которой Япония находилась в союзнических отношениях, поэтому на Дальнем Востоке, в том числе и в ЕАО, все эти годы располагались крупные подразделения Красной Армии, готовые вступить в схватку с Квантунской армией. Не исключалось, что японцы могли захватить какие-то территории Приамурья, и региональные отделения НКВД готовились, в том числе и к ведению партизанской войны. Вот как об этом рассказывается в цитируемом нами сборнике.

«Готовясь к отражению возможной японской агрессии, биробиджанские контрразведчики принимали адекватные меры. Было сформировано семь истребительных батальонов, которые дислоцировались в Биробиджане, Облучье, Бире, Амурзете, Ленинском, Смидовиче. Поскольку не исключалась возможность оккупации советской территории японскими войсками, планировалось создать десять партизанских отрядов. В тайге закладывались тайники с оружием, боеприпасами, продовольствием. Мест для таких схронов в нашей области было более чем достаточно. Прежде всего – это глухие таежные урочища Малого Хингана, которые и сегодня практически не посещаются людьми. Тайниками могли служить также карстовые пещеры на Помпеевском, Сутарском, Биджанском хребтах, в которых можно было сосредоточить крупные партизанские отряды.

Для борьбы в тылу врага к концу октября 1941 года было создано 12 разведывательно-диверсионных резидентур (в Биробиджане, Облучье, в поселках Бирушка, Лондоко, на станциях Бира и Ин, на прииске Сутара, в селах Ленинское и Лазарево). Всего планировалось сформировать 32 подпольные группы в 26 населенных пунктах. Кроме этого были подготовлены четыре диверсионно-разведывательные группы для ведения активной разведки на территории противника.

На протяжении всей войны биробиджанские контрразведчики вели сложную и напряженную работу, обеспечивая надежную защиту государственных и военных секретов, объектов транспорта, связи, оборонных предприятий. Но самой важной задачей была борьба со шпионажем.

Так, в августе 1943 года в районе села Сторожевое ЕАО (существовало до середины   60-х годов – авт.) был задержан японский шпион С. Кайгородов, заброшенный через Амур японцами на территорию СССР. Агент был экипирован в одежду советского производства. При нем были обнаружены радиопередатчик, компас, карта, продукты питания и документы прикрытия: паспорт, справка эвакогоспиталя, командировочные удостоверения. По заданию японцев он должен был добраться до Хабаровска, легализоваться там, организовать сбор развединформации военного, экономического и политического характера и передавать все в японский разведцентр.

Таковы вкратце некоторые эпизоды из 80-летней истории службы государственной безопасности Еврейской автономной области. Далеко не все документы и события тех же 40-х военных годов открыты для огласки. Пока безвестными остаются имена добровольных помощников чекистов, добывавших важные сведения на территории Маньчжурии. Их разведданные имели не только сиюминутную оперативную ценность. И когда 8 августа 1945 года после объявления войны милитаристской Японии пограничники и армейские части форсировали Амур, они уже имели разведданные о береговых укреплениях противника и другие ценные сведения. Все это помогло Красной Армии разгромить Квантунскую армию за считанные дни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *