Реквием по малой родине

Реквием по малой родине - На снимках: то что осталось  от села Целинного

Фото Олега Черномаза

На снимках: то что осталось  от села Целинного

Шестьдесят лет назад в СССР на государственном уровне началось уничтожение так называемых неперспективных сел, деревень и хуторов.

В итоге за двадцать лет в стране исчезло больше половины сельских населенных пунктов. Около пятидесяти сел и хуторов  «оптимизировали»

Недавно снова пришло письмо из Владимировки. Три года назад я ездила в это село по первому зову – жители слезно просили-умоляли помочь растормошить местную власть, чтобы отсыпали дорогу до кладбища, которая стала совсем непроезжей после большого наводнения. Один из авторов письма провез меня на своей японке до половины пути, а дальше мы продирались сквозь заросли невесть чего по чавкающему месиву, бывшему когда-то  дорогой.

– Вот так и хороним людей, гроб на руках несем через эти дебри, – констатировал мой провожатый.

Набравшись впечатлений, далеко не радужных, с  письмом владимировских жителей  я отправилась в поселенческую администрацию, что в поселке Приамурский. И был у нас долгий и очень печальный разговор с главой поселения о жизни и смерти, о дорогах и дефиците денег, о тяжелой доле самого главы. Помню, как он бросил реплику: мол, в этой Владимировке  жителей всего-то три десятка, зато сплошные жалобы от них. В конце разговора глава пообещал сделать то, что в его силах,   но  не успел – вскоре власть в поселении переменилась и жители маленького села так и остались с непроезжей дорогой до погоста.  И снова написали в редакцию слезное письмо.

Да, маленькие села, несмотря на свою малость, требуют большого внимания к себе. Но после последнего укрупнения поселений, по — нынешнему – оптимизации, когда в их состав стало входить по три, четыре, а то и больше  населенных пунктов,  до малых сел часто не доходят руки. Ведь там всего-то три десятка жителей!

Малых сел, которых по большому счету и селами нельзя назвать, в области осталось около двадцати.  В том же Смидовичском районе, где находится Владимировка, есть село Осиновка с двадцатью жителями, столько же народу проживает в Икуре. Всего восемь человек числится на полустанке Усов Балаган. В Нижнеспасском и Дежневке  насчитывается около сорока жителей в каждом из этих сел.

Еще больше малых населенных пунктов в Облученском районе. Снарский – 34 жителя, Трек – 22, Теплые Ключи – 14, Соловьевка – 8, Сутара – 7, Лагар-Аул –7, Абрамовка – один житель. К ним можно добавить Кимкан, Новый – бывшую Кабалу, Лондоко, Заречное, население которых заметно поредело за последние годы.

В Биробиджанском районе к малым селам смело можно причислить Русскую Поляну, Петровку, по числу жителей близко к ним Опытное Поле. Всего несколько семей проживает в селе  Димитрово, с начала века вдвое уменьшилось население соседнего с ним села Красивого.

В Ленинском районе самые малонаселенные села – Целинное, Горное, Октябрьское, Чурки, Воскресеновка, Преображеновка и Новотроицкое.

В Октябрьском – Доброе, Ручейки, Столбовое, Луговое, Озерное.

Впрочем, статистика не учитывает того, что фактически в большинстве сел области проживает меньше людей, чем официально зарегистрировано. Например, в Целинном числится 60 жителей, а живет в три раза меньше. Остальные работают  в Биробиджане и Ленинском, снимая там жилье. В самом селе работы нет – окрестные земли уже много лет арендует  китайское сельхозпредприятие, возделывая на них сою своей техникой и своими работниками. Такая же ситуация и в соседнем Горном, только там народу живет побольше и сохранилась кое — какая социальная инфраструктура – клуб, расположившийся в здании бывшей школы,  и почтовое отделение, работающее три раза в неделю.  Помещение детского сада  стало конторой китайского сельхозпредприятия. В селе Октябрьском китайцев нет, там проживает фермерская семья Усовых, в сезон уборки нанимая на работу несколько              человек из местных. Но ни школы, ни детского сада здесь не осталось, поэтому молодые семьи предпочитают переселяться или в соседнее Бабстово, или чаще всего становиться горожанами.

Когда в начале нулевых годов по нацпроекту «Развитие АПК» вблизи села Горного стали строить крупный молочный комплекс,  у местных жителей появилась робкая надежда на трудоустройство. Денег в строительство вбухали больше двухсот миллионов   рублей  – банки тогда щедро давали кредиты – но достроить комплекс не получилось, а то, что успели  возвести, продали – правильно, китайцам. Новые хозяева пообещали все достроить и выращивать скот на мясо, но уже несколько лет используют помещения недостроенного комплекса для хранения зерна и сои.

После банкротства Опытной сельскохозяйственной станции добавилось безработных в селе Башмак того же Ленинского района. Его население стремительно сокращается, и если так будет продолжаться, селу уготована участь попасть в разряд малых – считай, неперспективных.

Называть  сельские населенные пункты неперспективными впервые начали в 1958  году при правлении Никиты Хрущева. Тогда почему-то решили, что если окрестные деревни слить в одну и создать на этом месте крупные агрогородки, то сельские жители скажут за такую заботу об их благе только спасибо. А сельскохозяйственное производство станет развиваться более стремительно. В итоге с лица земли в стране исчезли  не тысячи и даже не десятки, а сотни тысяч сел, деревень и хуторов. За двадцать лет число сельских населенных пунктов уменьшилось больше чем вдвое. В ЕАО  в пятидесятые и шестидесятые годы не стало пятидесяти населенных пунктов, а всего за годы существования автономии – более двухсот.

– Мое родное село Сторожевое, где я появилась на свет, тоже попало в разряд неперспективных, а ведь какие там были красивые места, и люди жили зажиточно, крепко, – вспоминает Галина Николаевна Киселева, председатель колхоза «Раддевский».

Сторожевое образовалось в 1859 году вблизи станиц Раддевской и Башуровской, уже через десять лет здесь проживало более 230 человек,  а к началу 20 века  насчитывалось около 350 жителей. В советские годы здесь был крепкий колхоз. А когда началось пресловутое укрупнение, сельчанам предложили переселяться либо в Радде, либо в Башурово. В 1960-е годы  село Сторожевое перестало существовать.  Тогда же не стало села  Марьино, которое также находилось недалеко от Радде.

Гомель, Городьба, Куйбышево, Набатово, Ржахово, Успеновка, Усть-Биджан – эти села и хутора Ленинского района тоже стали жертвами укрупнения полвека назад, в середине шестидесятых. В Октябрьском районе в разряд неперспективных попали села Кирово, Октябрьское, Подойничиха, Поликарповка, Пригородное, Сторожка, Хлебное, несколько хуторов. В девяностые годы не стало Помпеевки и Союзного. В Смидовичском  исчезли с лица земли села Верхне-Спасское, Забелово, Луговое, Найэрд, Петровское, Улановка, Урми и более десятка хуторов. Меньше всего пострадал от политики укрупнения сел Биробиджанский район, но очень много сел и хуторов на территории района было ликвидировано по разным причинам в довоенные и послевоенные годы.

Кстати, именно при Хрущеве, во второй половине пятидесятых и начале шестидесятых годов были образованы села Горное, Целинное и Октябрьское, которые обезлюдели уже в постсоветские годы, когда не стало объединявшего их Бабстовского совхоза. И вот теперь  уже они стали неперспективными.

Недавно, побывав в пока еще перспективной Алексеевке, с грустью констатировали – часть сельских улиц, в том числе и Центральная, напоминают расчески с выломанными зубьями. А в селе Красивом на главной улице, носящей фамилию вождя, домов почти не осталось. Примеры можно продолжать и продолжать, ибо после ликвидации совхозов и колхозов  строительство нового жилья в селах  практически прекратилось. А старое ветшает и разрушается.

– У нас в Венцелево много брошенных домов, продавать их некому. Вот и мне пришлось заколотить в своем доме окна и переехать в город к детям, – поделилась Любовь Колчанова.

Рекорды по переселению из малых сел в города и крупные села бьет Октябрьский район – жители Амурзета переезжают чаще всего в Биробиджан, а из Озерного, Нагибова, Столбового, Лугового и других сел района население перетекает в Амурзет.

Примеров, когда городские жители переселяются в малое неперспективное село, совсем немного. Семья Демидовых переехала в село Соцгородок из Хабаровска  в 1990-е годы. Имея высшее образование, супруги с азов занялись животноводством, построили для себя благоустроенный дом, а для скота – большой хозяйственный двор. Сейчас у них в планах – строительство цеха по производству молочных продуктов. Личное подсобное хозяйство Демидовых не раз признавалось лучшим в Смидовичском районе. А ведь в Соцгородке, основанном до войны еврейскими переселенцами, сегодня нет ни школы, ни детского сада, ни клуба, ни даже медпункта. В войну – было, а сейчас нет. Поэтому живут здесь в основном пенсионеры.

Такая же ситуация и во Владимировке, с которой я начала эту публикацию. Детские голоса здесь можно услышать только летом, когда городские внуки приезжают на каникулах к бабушкам и дедушкам. Если куда и можно сходить, то только в магазин, в котором иногда собирают сельские сходы. Но это бывает крайне редко, как и приезды представителей поселенческой власти. Так что дороге на сельский погост еще долго придется оставаться непроезжей.


Ирина Манойленко

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 × два =