Резиновые сапоги

Резиновые сапоги

Владислава Цапа

На каждый кед налипло по жирному комку грязи, и я скользила по мокрому междурядью, рассыпая из ведра помидоры… Резиновые сапоги были опрометчиво забыты мной в студенческом общежитии

В магазинчике под названием «Сельпо» рядом с одеревеневшими пряниками поблескивали маслом свежие гвозди, а на банках с повидлом нежились рабочие ботинки, – это был магазинчик парадоксов и загадок, но резиновых сапог в нем не оказалось. Мне приходилось топать по грязи в прорезиненных обмотках, напоминавших кеды.

– На тебя, Печкина, больно смотреть, – вздохнула Валентина Николаевна (педагог училища, приехавшая с нами в Ивановский колхоз на сбор урожая). – Даю тебе день отгула, поезжай-ка в город, привези свои сапоги. 

Рано утром я собралась в путь… 

Десять дней назад нас привезли в Ивановку на грузовиках с маленькой железнодорожной станции «Поздеевка». Я подставляла голову теплому ветру и не собиралась запоминать дорогу. Да это было и невозможно: грунтовая пыльная дорога, поля, леса, опушки, озера, лужи… 

Валентина Николаевна тоже не знала, как добраться до станции, но весело сказала: 

– Дойдешь до конца села и спросишь. Давай, Печкина, гуляй и помни, –  завтра ты снова тут. С утра в поле! 

И я пошла. Село было большое, но вот оно позади, а единственная прямая дорога не выглядела замысловато. Изредка навстречу шли мужики колхозники, но спрашивать у них о дороге на станцию мне казалось рановато: прямая, она и есть прямая. И вот уже час я заворачиваю вместе с дорогой то налево, то направо, но вдруг «прямая» раздвоилась. Я встала у развилки и стала ждать прохожего. Но не было ни души. Я стояла уже минут двадцать и сравнивала обе части. Они были одинаковы. В семнадцать лет долго ждать скучно до невозможности. Но я ждала… еще минут пятнадцать, а потом ноги понесли меня по одной из дорог. Но я все еще не теряла надежду встретить кого-нибудь и спросить, правильно ли я иду. Но громкий гул машин не успел меня даже обрадовать. Это были военные машины, брезентовые фургоны, набитые солдатиками. Я и руку поднять не успела, только посмотрела им вслед. 

Уже четыре часа назад я вышла из колхозного лагеря, интересно, за какое время можно пройти расстояние, которое мы проехали на грузовиках за сорок минут? Задачка непростая. И я все шла по безлюдной дороге, надеясь увидеть первые дома железнодорожной станции. Сельскохозяйственные поля до горизонта перемежались лесом, в его впадинах блестела черно-синяя вода, Иван-чай подбегал розовыми волнами к дороге, а цветные лютики, зонтики, косички и яркие завитушки мышиного горошка не давали мне особо переживать по поводу никак не появляющейся станции. Мимо грохотали солдатские фургоны или пробегали сомлевшие деревенские дворняжки с высунутыми языками. 

Но вот солнце перевалило за полдень, пошло к закату, и я почувствовала, что устала. Присела на травку у обочины и пожалела, что не взяла ничего попить и поесть, пожевала травинку… И тут в голову мне пришла мысль, что я не знаю расписания поездов до города: «А что, если вдруг не успею на последний? К тому же не все поезда останавливаются на этой маленькой станции, а я наобум, непонятно на что надеясь»… 

Но я уже в пути, да и вряд ли бы мне кто-то помог с расписанием поездов, преподаватели, что приехали с нами, сами были городскими гостями в этом дремучем черноземном колхозе, вырастившем такой урожай, собрать который было никому не под силу. И потому на дороге ни души, все на работе… а собаки, жаль, не разговаривают.

Я поднялась и снова пошла. Но что-то уж больно долго я иду, –  намекнула мне через час моя усталость. А потом с ужасом предположила: «А вдруг я пошла не по той дороге?» 

Но ответить, что же мне теперь делать, усталость была не в силах. Я попробовала забыть свои сомнения, покосилась на цветочки, горящую веселым огнем листву, но все померкло и вместе с солнцем собиралось на покой. 

Я шла еще час, заставляя себя на что-то надеяться, но все больше понимая:  станции не предвидится! Я ушла от нее в другую сторону совершенно безнадежно. Солнце садилось, и мне светило остаться на ночь в диком лесу. Я даже завернула в этот лес, чтобы представить, как это может быть… Но лес был совершенно не прирученным, с колючим подлеском, стаями комаров и остро пахнущим раскидистым папоротником. От лесного озера дохнуло лешими и русалками. Продраться в глубь леса через густой шиповник было не просто, но самое страшное – это сонм гнуса и… наверное, здесь водятся медведи. Не мультяшные, олимпийские, а самые настоящие. 

Прикорнуть у дороги? Семнадцатилетней девушке, пожалуй, безопасней в лесу. 

Вечерело, и я поняла, что спать в эту ночь не буду и завтра утром в лагерь не приду. Мне остается одно –  идти прямо, как и шла. С одной стороны лес, а с другой –  высокая насыпь. Я иду вдоль нее уже давно, и мне скучно в надвигающихся сумерках идти по дороге, взойду-ка я на насыпь для разнообразия…

Но что это?! На насыпи рельсы узкоколейки, а под ней домишко с вывеской: «Разъезд-104» (за день я прошла расстояние до следующей станции). И тут же летящие на меня, горящие торжеством глаза поезда. Он остановился аккуратно напротив этой почти безымянной станции. И это был мой поезд! Последний на сегодня поезд до города. Я, ошарашенная такой неожиданностью, на трясущихся ногах взобралась по его железным ступенькам. От мысли взобраться на насыпь и до этого мгновенья не прошло и пяти минут. Я смотрела безумными круглыми глазами на пролетающий мимо чужой черный лес из мирно топающего освещенного вагона и приходила в себя. Ко мне подошла проводница. 

– Сколько билет до города?

– Шестьдесят четыре копейки.

Отсчитывая мелочь, я подумала: «Вот сколько стоит моя жизнь… Всего шестьдесят четыре копейки». 

Переночевав в общежитии, я на первом же утреннем поезде с резиновыми сапогами в пакете доехала до Поздеевки, но добралась пешком до лагеря только к обеду. 

Когда меня, по традиции, на Хануку просят рассказать о произошедшем со мной чуде, я обычно рассказываю эту историю.

Песец

– Вы мне за это заплатите! – кричала соседка, тряся перед моим носом страшной тряпкой. С тряпки капала грязная вода. 

– Но что случилось?

– Смотрите, что сделал ваш выродок с моим зимним пальто! Во что превратился мой дорогой песец?!

– М-м-мой трехлетний ребенок?.. В-в-ваш дорогой песец?

– Все соседи видели вашего Самуила в моем пальто! Он сначала ходил в нем по траве, а потом бросил его в лужу… 

Огромная лужа была в центре нашего двора. Глубокая и непросыхаемая. Мой маленький сын был очень к ней неравнодушен. Сначала он 12лепил на ее берегах дома и рыл каналы, потом стал бродить в ней по колено (мерить глубину), а потом и плавать. Что я только ни делала, чтобы отлучить его от этого водоема: И ругала, и шлепала, и на улицу не пускала – все было бесполезно! Лужа влекла его к себе, как магнит. Едва я отворачивалась от окна, как мой парень уже лежал в луже и болтал ногами. Мне оставалось кликать его на берегу. По пять раз в день я мыла его в ванной и переодевала в чистое. Выходил мой Самуил во двор в отглаженной рубашке… и тут же шел к луже, заходил в нее прямо в сандалиях и с удовольствием плюхался посередине. Плыл по дну руками и брызгался невероятно. Удовольствия – море! И при этом пацан мой совсем не болел. Мне оставалось либо смириться, либо вычерпать лужу собственноручно. Во двор мой малыш стал выходить босой и в одних шортах, а возвращался грязный, но довольный и прямиком в ванную. 

И вот те раз: с балкона упало это злополучное пальто. Оно долго лежало на земле, пока мой сын не вышел погулять. Увидев на траве пальто, малыш сразу позабыл про лужу. Он сначала его примерил, а потом стал «гарцевать» в нем по двору. Пальто волочилось по земле, как королевская мантия. (Почему видевшие это соседские бабульки не раздели моего гаврика, мне неведомо.) А потом трехлетний Самуил вспомнил о любимой луже и вошел в нее прямо в шикарном одеянии (наверное, это выглядело величественно), но пальто наволгло и стало неподъемным. Пришлось сыну его оставить. А вскоре по луже, а заодно и по дорогому песцу проехал грузовик и уже окончательно решил вопрос несчастного пальто. 

Когда соседка обнаружила пропажу, судьба ее песца была уже решена. И вот она трясет этим чудовищем и надрывается: 

– Вот, посмотрите! Заплатите! 

 

И заплатили.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *