«Рцы слово твердо»

«Рцы слово твердо»

Фото из личного архива Павла ТОЛСТОГУЗОВА

24 мая — День славянской письменности и культуры

Наше письмо было выбрано, как вера: раз и навсегда

Название этого материала — одна из фраз, в которую складываются старославянские названия букв кириллицы. Азбуки, на современной версии которой пишем и читаем мы все. Павел Толстогузов, профессор Приамурского государственного университета имени Шолом-Алейхема, доктор филологических наук, переводит фразу на современный русский язык как «Говори осознанно»

 

— Павел Николаевич, что, кроме возможности коммуникации и сохранения знаний, даёт людям письменность? Только ли книги она нам открывает?

— Это обширный вопрос. Если коротко, то письменность — это наиболее отчётливое, «говорящее» и наиболее сложное свидетельство культуры и её основной походный инструмент. Своего рода шанцевый инструмент, поскольку он постоянно участвует в освоении всё новых и новых смысловых пространств. По своей изначальной природе письменность представляет собой как бы остановленную речь. Будучи остановленной, она впервые даёт возможность по-настоящему задуматься над её содержанием. Из этой задумчивости возникает то самое теоретическое знание, которое является источником и всех наших достижений, и всех наших проблем. То есть письменность практически формирует человечество в его исторической форме. Доисторическое человечество в письменности не нуждалось.

— А как появляется письменность? Плохо или хорошо, что у нас она была создана на основе греческой?

— Письменность появляется и развивается долго и сложно: от предметного и рисуночного письма через различные виды идеограмм и логограмм к слоговому и фонетическому письму (консонантному и консонантно-вокалическому). Что касается того, плохо это или хорошо, что наша письменность произошла от греческой, то, на мой взгляд, это довольно странный вопрос. Из разряда «плохо или хорошо, что я родился мальчиком». Если всё же продолжать настаивать на таком вопросе, то я скажу: конечно, хорошо. Греческая письменность — ключевая письменность самой важной для нас культуры Древнего мира, античной. Кроме того, по-гречески говорила и писала ранняя христианская мысль, смысловой источник современной европейской культуры. Кириллическое письмо непосредственно ответвляется от ствола среднегреческой (византийской) письменности, и это важное, статусное родство. Будучи работником русской культуры, я в высшей степени доволен этим обстоятельством. Оно не просто греет мне душу, оно правильно ориентирует моё самосознание.

— Почему выбор создателей славянской письменности был сделан в пользу кириллицы? Был ли это единственный вариант?

—      Был еще вариант глаголицы, символьного письма, отдельные знаки которого напоминают армянский и грузинский алфавиты. Этот вариант не прижился, хотя и в наши дни встречаются энтузиасты глаголицы. Сам когда-то был таким энтузиастом. Ещё был вариант пойти по пути западных славян и усвоить латиницу. (Хотя первоначально заказ на славянскую грамоту поступил из Великой Моравии, т.е. из западнославянских земель. Впрочем, в ту пору, в IX веке, разделение славян на три основных группы ещё не произошло.)

В итоге кириллическое письмо оказалось ближе глазам и сердцам наших предков. Оно было выбрано, как вера: раз и навсегда. При этом оно очень красивое и на редкость сбалансированное по начертательным объёмам, а это тоже очень важно. Положите рядом два текста, один из которых будет кириллическим, а другой латинским, и вы увидите, что в тексте на современной латинице при общей похожести много лишнего и как бы кривляющегося… Кириллический же шрифт сравним с архитектурой классического ордера, в нем хорошо ощущается эстетика древнего уставного письма, восходящего к византийскому унциалу, и римского капитального шрифта (маюскула).

— Насколько широка сфера применения кириллического алфавита в современном мире?

—      Кириллицей (в её т.н. «гражданском» варианте) пользуются жители России, Белоруссии, Украины, Болгарии, Сербии, Черногории и некоторых неславянских стран из состава бывшего СССР (которые сейчас, как правило, из конъюнктурных соображений пытаются избавиться от этого наследия, невзирая на очевидные информационные и культурные потери). Примерно в 15 странах кириллическая письменность признана официально в качестве основной. Примерно для 100 языков она была первоначальной системой письменности.

Несмотря на некоторое временное сужение ареала распространения, я вижу кириллицу среди самых распространенных и почитаемых систем письменности и сейчас, и в будущем. С другой стороны, я вижу её эксклюзивность на фоне повсеместной латиницы. Даже среди иностранцев очень много таких, кому не просто нравятся «эти странные буквы», но которые признают за ними незаурядную эстетику. Писать на кириллице — это заметно выделяет пишущего из общемирового графического фона.

— Русская азбука связывает нас с другими народами, пишущими на кириллице (в том числе и получившими письменность от нас). Как, в чём это выражается?

—      Родство по признаку письменности — важное родство. Это значит, что у народов когда-то был общий круг чтения и, значит, были общие духовные ценности. В Средние века, например, шёл оживлённый обмен кириллическими текстами между южнославянскими народами и Русью. Значение этого обмена трудно переоценить. Сейчас это выражается даже в том, что те же болгары и сербы гораздо понятнее нам по своему образу жизни и по своей психологии, чем, к примеру, чехи и особенно поляки.

Кириллическая традиция среди прочего удерживала сознание общности у восточно­славянских народов в те времена, когда у них не было единого государства. Сейчас на Украине время от времени возникает разговор о переводе южнорусской (украинской) речи на латиницу, и понятно почему: хотят разрушить один из сильнейших факторов общей культурной идентификации южной и северной Руси.

— Ломоносов говорил, что в Германии, там, где богослужение велось по-немецки, язык расцвёл. В России богослужение ведётся на церковнославянском. Как это повлияло на развитие языка?

— Ломоносов имел в виду влияние протестантской традиции на немецкий язык, поскольку до XVI века, т.е. до эпохи Реформации, церковь в Германии говорила и писала на латыни, как и вся Европа. Что касается влияния церковнославянского языка на русский литературный язык, то его трудно переоценить. Можно сказать, что это был строгий и внимательный опекун, благодаря заботе которого русский язык стал одним из мировых языков. Тот же Ломоносов посвятил этому влиянию один из своих знаменитых трактатов: «Предисловие о пользе книг церковных в российском языке». В этом трактате, помимо приведенного вами рассуждения о немецком языке, есть замечательные слова, лучше меня отвечающие на ваш вопрос: именно через родственный и понятный русскому средневековому человеку старославянский язык, утверждает Ломоносов, в наш язык пришло «греческое изобилие» стилей и смыслов. Язык первоначальной кириллицы — церковно-славянский (он же старославянский и древний болгаро-македонский) язык в его древнерусском изводе (варианте) — стал школой ключевых смыслов и стилей для современного русского языка. Это материнский купол над нашей культурой.

— Святой Кирилл преподавал философию. Заложил ли он какие-то философские концепты или концепции в нашу азбуку, и если да, то как они проявляются?

—        Ну, в азбуку, думаю, нельзя заложить философскую мысль напрямую… Святой Кирилл был в первую очередь, по мнению многих, изобретателем глаголицы, которая является системой оригинальных символических знаков. Неизвестно, имел ли Кирилл (до принятия им монашества — Константин) Философ прямое отношение именно к кириллице, но то, что эту славянскую письменность связали с его именем, говорит о многом. Прежде всего о том, что первое последовательное усилие по созданию славянской письменности совершил именно он вместе с братом Мефодием, с учеником-последователем равноапостольным Климентом Охридским, а также ещё с четырьмя книжниками. Все вместе основатели славянской письменности образуют легендарную группу т.н. «седмочисленников».

Без сомнения, все они были книжниками-концептуалистами. Из мнемотехнических (придуманных для запоминания) названий кириллических букв, как известно, складываются весьма многозначительные короткие фразы. Из них мне больше всего нравится такая: рцы слово твердо. Я для себя перевожу её как «говори осознанно». Осознанная речь — начало всякой философии.

— Что в кириллическом алфавите изменилось со времён святых братьев? Какую историческую роль он сыграл для русского народа?

—      Изменилось многое, и существенно. Мы сейчас пользуемся кириллицей, реформированной Петром Первым в начале XVIII века, т.е. девять веков спустя после появления самого распространенного вида славянской письменности. Это т.н. «гражданский» шрифт. В нем отсутствуют многие знаки, присущие церковнославянской кириллице. Достаточно сравнить количество знаков (букв): 43 в старославянской кириллице и 33 в современной русской кириллице. Ушли многие буквы, предназначенные для передачи звуков греческого языка или утраченные звуки славянской фонетики (вроде юсов большого и малого). Под влиянием некоторых европейских печатных шрифтов (прежде всего под влиянием ренессансной «антиквы», восходящей к римскому капитальному письму) начертание кириллических букв упростилось, стало строже и яснее. Что касается исторического значения кириллицы для русского народа, то я бы сказал так: кириллица просто стала русским письмом. Когда мы говорим «писать по-русски», мы имеем в виду письмо на кириллице.

Эта письменность стала важнейшей составляющей нашего национального культурного кода. Более чем тысячелетняя практика различных народов России в этом письме сделала его облик родным для нас. Если приходится продолжительное время читать тексты в инописьменной графике, то в кириллическую графику возвращаешься как под крышу родного дома. Однажды в Черногории в книжном магазине, заполненном книгами на латинице, я взял в руки «Свето Писмо», Библию на сербском языке. К сожалению, я не читаю по-сербски, но, несмотря на это, у меня возникло впечатление, будто среди сборища чужих вдруг повстречал близкого человека. А от старой кириллицы вообще впечатление мистическое: начертания её букв выражают какую-то таинственную и вместе с тем кровно связанную с тобой значительность.

— Отмечаете ли Вы особо День славянской культуры и письменности? Если да, то как?

— Каждый день моей филологической и преподавательской работы — это день славянской культуры и письменности. Говоря словами Хемингуэя, это moveable feast — праздник, который всегда со мной.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *