Случай в небе

Случай в небе

(Продолжение. Начало в № 36 http://www.gazetaeao.ru/gazetiy/birobidjaner-shtern/361445516.09.2015/sluchaiy-v-nebe.html)

За столом послышался небольшой ропот.

— Товарищи, товарищи, потише, – попросил Матвеев. – Я ценю вашу боевую готовность, однако поступило указание сверху, – он показал рукой куда-то вверх и продолжил, – все вы в курсе трагических событий годичной давности, когда в Иркутске семья Свечкиных захватила самолет, и из-за поспешных решений и неграмотного руководства действиями спецслужб погибли мирные граждане, сгорел авиалайнер. Наша задача не допустить ничего подобного. Надо подумать, как это грамотно и без потерь организовать.

– Да пусть летят на здоровье, – неожиданно вклинился в монолог Матвеева генерал, который уже успел отойти в дальний угол кабинета и находился у стеллажа с подшивками нормативных документов, держа в руках открытую папку.

Немой вопрос, словно облако, повис в воздухе, все ждали объяснений. Не заставив себя долго ждать, генерал вернулся назад, занял свое кресло и, разгладив страницы в нужном месте, стал читать:

– В 1963 году в Токио была заключена конвенция «О правонарушениях и некоторых других действиях на борту воздушного судна». В 1970 году в Гааге была заключена конвенция «О борьбе с незаконным захватом воздушных судов». В 1971 году в Монреале заключена конвенция «О борьбе с незаконными актами, угрожающими безопасности гражданской авиации». Советский Союз одним из первых ратифицировал Гаагскую и Монреальскую конвенции, а также заключил двустороннее соглашение «О выдаче лиц, угоняющих самолеты» с некоторыми странами мира, как то, согласно прилагаемого списка: Ираном, Афганистаном, Финляндией, – генерал выдержал короткую, но томительную паузу и, наконец, добавил, – и Японией… Получим назад нашего угонщика… И никакой «войны».

***

Прибыв на аэродром, Матвеев, ожидая генерала, сразу собрал всех в помещении высокого, почти с девятиэтажный дом, здания центра управления полетами в довольно просторном кабинете старшего диспетчера. Это было лучшее место для наблюдения одновременно за летным полем, терминалами и вообще за обстановкой. Аэродром и аэропорт жили своей жизнью. Взлетали и приземлялись самолеты. На земле, словно большие оранжевые жуки, сновали туда-сюда машины технического обслуживания, заправщики, автобусы с авиапассажирами, казавшиеся почти игрушечными с высоты диспетчерского пункта. Через несколько минут показалась машина генерала. 

У входа в диспетчерскую вышку его встречал майор Пестерев, командир группы «А» седьмого управления КГБ СССР во Владивостоке, больше известную под названием «Альфа». Основными задачами этого спецподразделения было предотвращение террористических актов, освобождение заложников и выполнение прочих операций особой и повышенной сложности.

– Пока не поднялись к остальным, доложи, что думаешь по этой ситуации? – обратился к нему Парфенов.

– Думаю, добрая половина – чистый блеф.

– Так, а подробнее? – генерал с интересом посмотрел на Пестерева, словно сказанное совпало и с его мыслями.

– Я думаю, что насчет троих угонщиков – попытка сбить нас с толку. Переговоры ведет один, и бомба у него же, как-то неудобно писать записки одной рукой, а другой контролировать устройство, могли бы и распределить «роли». 

– Продолжай, – генерал внимательно слушал.

– Сдается мне, что и бомба эта – всего лишь муляж.

– Почему? – удивился собеседник.

– Угонщик требует деньги, значит, погибать не собирается. А взрывное устройство, срабатывающее на размыкание, довольно рискованная штука, одно неосторожное движение – и деньги ему уже не понадобятся… 

– Думаю, ты прав, Вадим, но, как говорится, будем считать любую лужу глубокой, а любое оружие – всегда заряженным. Готовиться надо к худшему. Поэтому принято решение выполнить требования угонщиков.

Несколько слов о международной конвенции, произнесенных далее генералом, развеяли выражение глубокого недоумения, возникшего на лице Пестерева. 

– Ваша главная задача – не привлекая внимания, передать деньги угонщикам, не допустить возникновения паники и избежать возникновения любого рода неожиданностей.

– Есть, товарищ генерал, – отчеканил командир группы.

 ***

Минут через пять после посадки к лайнеру с правой стороны подкатил автозаправщик. В этот момент старшая стюардесса открыла боковую дверь слева. В салон тугой струей ворвался поток горячего воздуха от разогретого за день солнцем асфальта. Пассажиры зашевелились, повернули головы, некоторые попытались встать, но бортпроводница вежливо и при этом достаточно убедительно попросила оставаться всех на своих местах. Затем, немного подождав, она чуть отстранилась в сторону от входа. Вошли двое  в спецовках работников наземных служб. Один – высокий широкоплечий черноволосый с короткой стрижкой. Второй – среднего роста крепкий парень, в синей кепке козырьком назад. Они несли довольно объемный, увесистый мешок из плотной серой ткани с металлической застежкой наверху. На вид – обычные рабочие аэропорта. 

 – Специальная почта, требующая немедленной доставки, – громко сказал Пестерев, глядя на мужчину со 186-го кресла. Но слова эти предназначались, скорее, окружающим, с любопытством разглядывающим странных ребят в форме рабочих аэровокзала, почему-то доставивших почтовый мешок прямо в салон, а не в багажный отсек.

Вадим быстро окинул взглядом угонщика. На вид – обычный человек. Спроси у такого на улице, как пройти куда-нибудь, и он вежливо объяснит, никогда не бросив на ходу, что ему некогда. Но было что-то еще, какой-то синтез решимости и отчаяния светился в его взгляде, напряженной, усталой позе. Что-то такое, что заставило Вадима засомневаться в своем выводе насчет муляжа бомбы. 

Практически спинным мозгом Вадим почувствовал стартовую готовность своего заместителя капитана Михова, когда они поравнялись с креслом, где сидел угонщик. Но опытный Пестерев незаметно положил руку на запястье Михова и крепко сжал его. Пестерев знал, что они – тренированные бойцы спецназа, не раз участвовавшие в трудных задержаниях, имеют все шансы обезвредить сидевшего перед ним преступника. Но он также понимал, что этот мешок, набитый зелеными деньгами, ровным счетом ничего не стоит по сравнению с жизнями людей, мирно сидевших сейчас в салоне самолета и ничего не подозревавших. В соседнем кресле рядом с угонщиком  пожилая женщина заботливо укрывала пледом старушку, дремавшую возле окна. Где-то впереди, играя, смеялись маленькие дети. Одно неосторожное движение – и проводок на бомбе разомкнется. А последствия взрыва Вадим даже боялся себе представить. Он осторожно поставил мешок у ног угонщика, пытаясь в это время хоть как-то рассмотреть его сумку. Но замок-молния на ней был плотно застегнут, лишь кисть левой руки  находилась внутри. 

 ***

В это время небольшой вертолет опустился на площадку с противоположной стороны диспетчерской вышки. 

В синих сумерках наступающего вечера от вертолета отделилась маленькая фигурка в спортивном костюме и кепке-бейсболке с длинным и широким козырьком. В руке болтался какой-то футляр, похожий на тубус художника, только покороче и чуть больше в диаметре. Миновав вышку, человечек, походивший на нашкодившего подростка, озираясь по сторонам, быстро добрался до автотрапа и мышкой юркнул внутрь.

 Машина, подающая трап, медленно отъехала от самолета, двигаясь вдоль борта к пилотской кабине и, миновав ее, ушла дальше. Но и этого короткого  времени оказалось достаточно трем парням во главе со своим командиром, чтобы незаметно спрыгнуть на асфальт под днищем лайнера и так же незаметно и быстро забраться внутрь через открытый экипажем маленький люк. Вадим даже не успел задать никаких вопросов человеку в бейсболке, которого два бойца, присоединившихся к ним с Миховым, как пушинку, легко подняли в люк самолета.  

В пилотской кабине сразу стало тесно, но зато как-то спокойно. Через секунду, переведя дыхание, Вадим, наконец, спросил человека, которого ребята без его ведома так уверенно приняли в команду. 

– А это что за пополнение?

Открывший было рот капитан Лесков,  лучший технарь и сапер его отделения, замер на полуслове среди негромкого потрескивания и писка радиоприборов. Бейсболка покинула голову быстрее, чем он успел что-нибудь сказать, и в полумраке кабины  озаренные лучами заходящего солнца  ослепительно вспыхнули платиновые кудри, рассыпаясь по тонким изгибам плеч. Пара прекрасных серо-голубых глаз смотрела на командира.

– Лейтенант Редкова Елена, кинолог Приморского отдела безопасности, прибыла по запросу генерала Парфенова для участия в операции, – немедленно последовал официальный доклад, но где-то в одном мгновении до этого встретились две улыбки, ее и Вадима.

–  А где же…? 

В ответ девушка открыла маленький тубус, из которого явилось на обозрение крохотное белоснежное существо – собачка породы чихуахуа с пушистыми прозрачно-розовыми ушками и черными, как маслины, глазами.

– Как зовут такую красавицу? – спросил Вадим. 

– Это мальчик, зовут Исим, – улыбнулась девушка.

– У нас в роте, в армии, у старшины был пес Исим, восточноевропейская овчарка, дюже верный пес, – пробасил бортинженер Гаврилов. 

«Ай да Василий Никитич, – подумал Вадим, – и ведь не сказал же ничего. Видимо, чтобы не расслаблялись раньше времени и рассчитывали только на себя, а может, переживал, что не успеет прибыть кинолог, и не стал обнадеживать зря. В любом случае – сердечное ему спасибо».

Став центром всеобщего внимания, Исим удивленно и с интересом разглядывал окружающих, отражая в черных маслинах строчки огоньков приборной панели. Пестерев провел короткий инструктаж, во время которого стало ясно, что определить, снабжено ли взрывное устройство настоящим взрывчатым веществом, не вызывая подозрений угонщика, быстро не удастся. Видимо, в диспетчерской вышке считали так же, потому что поступила команда на взлет. Через несколько минут воздушный лайнер, красиво сверкая включенными габаритными и навигационными огнями, начал плавный разгон по полосе к темнеющему вечернему горизонту.

***

Самолет оторвался от земли и взял курс в сторону Японского моря. Тем временем дверь в пилотской кабине приоткрылась и в салон вышла симпатичная стюардесса, одной рукой удерживая поднос с пустыми  кофейными чашками, а другой  поправляя непослушные завитки платиновых волос, выбивающихся из-под пилотки. Командир экипажа был настолько удивлен удивительному перевоплощению, что даже в этой непростой тревожной обстановке не удержался от комплимента. Не успела она закрыть за собой дверь, как вдруг по полу буквально прокатился белый пушистый комочек и так ловко и быстро стал носиться по салону, что пассажиры не могли без улыбки смотреть на это неожиданное представление. Белая мордочка побывала везде, где только возможно, даже успела лизнуть в щеку какого-то малыша и продолжала носиться под креслами и между ними среди полусонных пассажиров с такой скоростью, что даже те, кто попытался собачку поймать, хватали руками лишь пустоту. Симпатичная стюардесса стала ловить этого весельчака, как поняли пассажиры, убежавшего от задремавшего хозяина.  

(Окончание в следующем номере)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *