«Стою на огненной черте…»

«Стою на огненной черте…» - А. Мордухович (слева), г. Кладно (Чехия), май 1945 г.

из архива редакции

А. Мордухович (слева), г. Кладно (Чехия), май 1945 г.

Одной из самых опасных профессий на войне была профессия артиллеристов противотанковых орудий. Практически без всякой защиты они бились со стальными громадинами фашистских танков, несли большие потери и стояли насмерть.

Сегодня заметки об одном из них

В канун празднования Великой Победы он обязательно приходил в биробиджанскую школу № 1 и подолгу стоял перед мемориальной доской, вновь и вновь прочитывая имена своих бывших однокашников. Все они ушли на защиту Отечества против фашизма в июне 1941 года и сложили головы на полях сражений от Подмосковья до Германии. Его же судьба пощадила, хотя в боях он пробыл все четыре года величайшего сражения, и все время на передовой… Его имя – Абрам Мордухович, 1922 года рождения, воинское звание – сержант, фронтовая профессия – командир противотанкового орудия. Своим боевым наградам он иногда даже терял счет. Назовем лишь несколько: два ордена Боевого Красного Знамени, два ордена Отечественной войны, орден Славы, две медали «За отвагу», особо почитаемые у фронтовиков…

«На мемориальной доске, с которой начаты эти заметки, – тридцать шесть фамилий. И за каждой – унесенная войной судьба. Солдаты… Где только не спят они, вечно молодые, вечным сном, отдав жизнь за честь, свободу и независимость Отчизны. Михаил Шмуклер был комсоргом школы. В июне 1941 года во главе с ним ушли на фронт выпускники десятого класса. В боях под Полтавой погиб Алексей Шестопалов, на Курской дуге – танкист Георгий Назаркин, на Днепровской переправе – братья Павел и Александр Недовесовы, Бенцион Фабрицкий. Пал смертью храбрых в лесах Белоруссии партизан, участник Минского подполья Матиас Столов…» 

Этот фрагмент взят из очерка Абрама Ильича «Мы шли сквозь огонь и смерть», опубликованного в 1981 году в сборнике из книжной серии «На берегах Биры и Биджана».

С Абрамом Мордуховичем мы были дружны еще с 1965 года, позже вместе работали в газетах «Биробиджанер штерн» и «Биробиджанская звезда». Он часто рассказывал о своей фронтовой жизни, а вот о том, что был тяжело ранен, я узнал случайно. Мы как-то пошли с ним в городскую баню, и на спине Абрама я увидел огромный шрам. Осколком немецкого снаряда ниже правой лопатки буквально вырвало кусок живой плоти. Он объяснил, что это произошло в одном из боев. Абрама, его боевого друга Сергея Борздова и еще несколько раненых артиллеристов отправили в полевой госпиталь. Они уже долечивались, когда немцы, перейдя в 24контрнаступление, заняли наш рубеж обороны, вынудив отступить. Когда же фашисты приблизились к госпиталю, появилась реальная опасность уничтожения раненых.

Вот его рассказ: «Глубокой ночью раненые из госпиталя были подняты по тревоге и выстроены в колонну по четыре. Это было странное зрелище: сотни, а может, больше, бойцов в больничных халатах с различными ранениями шествовали по пыльному тракту. Когда рассвело, колонну на бреющем полете атаковали две тройки «мессершмиттов», поливая раненых свинцом своих крупнокалиберных пулеметов. Немало товарищей осталось тогда недвижимыми на дороге и ее обочинах, а мне и Борздову на этот раз повезло…»

Сталинград запомнился Абраму Ильичу неумолкаемым ревом сотен артиллерийских орудий разного калибра, беспрерывными бомбежками позиций и мощнейшим напором немецких танков на передовую линию обороны. Пушкари нашего дивизиона били вражескую технику, расстреливали в упор. Враг, естественно, не оставался в долгу, потери с обеих сторон были огромны. Противник так и не смог преодолеть стоявших насмерть наших солдат. Девизом защитников Сталинграда были крылатые слова: «За Волгой для нас земли нет». 

После Сталинграда была Курская дуга, где артиллерийский расчет сержанта Мордуховича отличился особо. «Наш дивизион пыталась сломить крупная танковая колонна фашистов, – рассказывал он. – И вдруг в панораму моей пушки попал незнакомый доселе силуэт немецкого танка. Это был «тигр»,  который только-только появился на фронте. Приземистая громада показала нам бок, и я удачно влепил в него первый же снаряд. «Тигр» замер. Когда бой закончился, из штаба дивизии прибыло на автомобиле несколько офицеров, которые вызвали тягач, и он уволок подбитую немецкую машину в тыл».

За свой удачный выстрел в «тигра», который стал для нашего командования первым ценнейшим трофеем, Абрам Мордухович был представлен к званию Героя Советского Союза. Однако, когда представление дошло до штаба армии, там статус высшей воинской награды был понижен до ордена Красного Знамени.

После Курской дуги немецкие «тигры» стали встречаться все чаще, а в 1944 году на фронтах появились танковые батальоны «королевских тигров». Одно из сражений с ними Мордухович описал в упомянутом выше очерке. Воспроизвожу его по авторскому тексту: «Одиннадцатого августа 1944 года танковый батальон, в составе которого были «королевские тигры», атаковал нашу батарею. Лощина, в которой стояли наши пушки, была удобна для скрытого подхода гитлеровцев. В то раннее утро туман скрывал все на расстоянии до нескольких метров. Разведчики доложили комбату, что с высоток спускаются танки.

– Принимаем бой вслепую, – отдал приказ капитан Буровцев. – Будем бить по орудийным вспышкам. 

Когда эти вспышки стали различимы, батарея открыла огонь. «Тигры», «пантеры», самоходки немцев шарили в тумане, приближались почти вплотную к нашим орудиям и так же, как и мы, били по вспышкам. Завязалась невиданная дуэль. Прямым попаданием были выведены из строя третье, потом второе орудия. Оставшиеся в живых бойцы этих расчетов помогали двум уцелевшим пушкам. Но вот в метрах ста от моего орудия запылала вражеская машина и осветила все вокруг себя. Но замолкло и четвертое орудие. И тут за нашими спинами прогремел залп гвардейских минометов наших «катюш». Снаряды с огненными хвостами пронеслись над нашими головами. Тумана как не бывало. Стало видно, как заползают на высоту уцелевшие вражеские танки. Закопченные, оглохшие, оставшиеся в живых артиллеристы упустить такие мишени, не отомстить за погибших в этом бою не могли. Перед батареей чадило восемнадцать вражеских машин, среди них и «королевский тигр». За этот бой артиллеристы были представлены к наградам, а ребята из походной типографии выпустили боевой листок с броским заголовком: «Бей врага так, как бьет его русский богатырь Абрам Мордухович».

Запомнилась Абраму Ильичу встреча с освобожденными узниками одного из концлагерей под Краковом. Их колонну окружила толпа крайне изможденных людей. Они поднимали сделанные из тряпья флажки своих стран. У наших солдат, повидавших всякое, навертывались на глаза слезы. Хлеб, консервы, сахар, все, какие были, продукты  бойцы передавали в трясущиеся руки людей, больше похожих на человеческие тени.

Освобождена Польша – и Красная Армия вступила наконец-то на территорию Германии. Были кровопролитные бои на Одере, штурм и взятие Дрездена шестого мая. Берлин уже пал, над Рейхстагом развивались красные знамена. Все думали, что войне пришел конец, но тут поступил приказ: артиллеристам сниматься и двигаться по направлению к столице Чехословакии Праге на помощь пражанам, поднявшим восстание против крупной группировки эсэсовцев. Вспоминая этот эпизод из военной жизни, Абрам Ильич признался, что им не хотелось уже после победы погибать, но приказ есть приказ, и нужно было выполнять воинский долг до конца. 

Горечь новых потерь скрасило в какой-то мере ликование жителей золотой Праги, их искренняя благодарность освободителям, которых они ждали несколько лет. Прага ликовала, отовсюду неслось «Наздар Руда Армада» – «Да здравствует Красная Армия».

За ратный подвиг в Чехословакии Мордухович стал «Почетным гражданином города Кладно». Наверняка его имя до сего времени остается в списке самых уважаемых людей этого небольшого чешского города.

Война долго давала знать о себе двумя полярными чувствами: чувством радости, что остался жив, пройдя такую  войну, и неизбывным чувством горечи по погибшим друзьям.

После войны Абрам Ильич Мордухович отдал более сорока лет журналистике, работая на областном радио и в областных газетах. Когда ему было уже за семьдесят, выехал со своими близкими на жительство в Израиль. Там два года назад завершилась жизнь этого замечательного человека.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *