Сын своего отца

Сын своего отца

«Хромка», всхлипывая в больших руках гармониста, выводила: «А куда ж ты паренек, а куда ты? Не ходил бы ты, Ванек, во солдаты»… Женщины, сдерживая слезы, подкладывали новобранцам закуску, подливали водки.

Так провожали на войну сельских мужиков во всех селах страны. Так было и в селе Пашково Облученского района. Вместе с другими уходил на войну Степан Иванович Черных, возглавлявший местный колхоз. Прощаясь, он оглядел односельчан, заметил, что колхозная бригада — это всего несколько мужиков, оставшихся в тылу по броне, женщины да подростки. Среди них был и сынок Анатолий, четырнадцати лет — худощавый, какой-то взъерошенный. Подошел к нему отец, руку на плечо положил:

— Держись, сынок, на тебя надежда, ты в семье у нас остаешься за старшего. Не посрами… Только головой тряхнул Толик: мол, не подведу, батя. А у самого слезы на глазах: не на праздник провожает отца, на войну.

А отец горько вздохнул и, как в назидание, добавил:

— Фронту нужны хлеб, мясо, картошка. Солдат должен быть сытым, тогда и воевать ему будет легче.

…На дворе еще полутемно, с Амура тянет зябкой сыростью, а на востоке начинает полыхать заря, обещая жаркий день. У колхозного правления идет перекличка.

— Черных!

— Здесь я, — отвечает Анатолий.

— Будешь работать сегодня с Иваном Окороковым.

Работа — не дай Бог, солнце палит вовсю. Картофельная ботва шуршит под культиватором, обдавая Анатолия засохшими листьями. Иван Дмитриевич изредка оборачивается к прицепщику, на темном от загара и пыли лице у тракториста улыбка. Мол, так держать, парнишка!

«Добрый он, — думает о нем Анатолий. — До войны с отцом дружил, в гости к нам захаживал. Где-то сейчас отец?»

Когда с фронта приходили письма-треугольники, в доме становилось как-то светлей, праздничней. «Воюем, — писал Степан Иванович. — Скоро конец фашисту. Береги, Толя, мать. И работай лучше, чтобы победа скорей пришла».

Он и работал, не жалел сил. Да и все, кто остался на селе — мальчишки, сверстники Анатолия, девчонки, женщины-солдатки вели колхозное хозяйство не хуже, чем те, кто громил врага. Глянь вправо — Валя Баженова за рычагами трактора. Сменщики у нее Валя Черенкова, Аня Пилиненко. Хорошими трактористами стали его друзья Коля Кузнецов, Миша Дергилев, Сережа Трубачев. Мальчишки еще с виду, но цену себе знают.

А потом стали возвращаться домой фронтовики, списанные из-за ранений. Вернулся в Пашково и Степан Иванович Черных, весь пропитанный госпитальным духом. И опять, как и до войны, возглавил колхоз. На работу приходил задолго, до рассвета. С утра сидел за отчетами, все остальное время в поле — на тракторе, сеялке, комбайне.

Жалели его бабы – мол, Иваныч, лица на тебе нет. Разве можно так изводить себя работой? А Степан Иванович устало улыбался: дескать, разобьем вражину, тогда и отдохнем. А сейчас как же можно…

Его латано-перелатанное тело все-таки не выдержало. Умер он в больнице в Хабаровске, там его и похоронили. За гробом шли руководители края.

А сын Степана Ивановича Анатолий стал после войны дояром в совхозе. Единственным мужчиной в районе, который ухаживал за солидной группой коров. Работал, как и в войну, не жалея сил, многое брал на себя. За высокие результаты заслуженно был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Начало этой награде было заложено в то время, когда тыл тоже был фронтом — трудовым.

На днях разговаривал с главой Пашковского сельского поселения Сергеем Шабановым. Спросил его, как там живет-поживает Анатолий Степанович Черных?

— Здравствует, — сказал Сергей Осипович. — Мы ему вручили юбилейную медаль в честь 65-летия Победы как труженику тыла. Сам прийти не смог, съездили к нему домой. Поздравили, поговорили по душам, пожелали крепкого здоровья и долгих лет жизни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *