Упавшие на взлете

В клубе «У камина» при Литературном музее Биробиджана прошел вечер-реквием «Библиотека убитых поэтов», посвященный памяти Павла Васильева, Николая Гумилева, Осипа Мандельштама, Бориса Корнилова, Арсения Несмелова и других поэтов, ставших жертвами политических репрессий

Павел Васильев

– Судьбы многих российских поэтов были трагичны. Рано ушли из жизни Александр Пушкин, Михаил Лермонтов, Сергей Есенин, Владимир Маяковский… Их имена, их творчество знают во всем мире. Но мало кому известен такой знаковый поэт, как Павел Васильев, хотя это был один из талантливейших поэтов XX века. Писатель Алексей Толстой называл его современным Пушкиным. Но не только в школах, а и в Литературном институте имени Горького имя поэта долгое время никак не упоминалось, а сама я узнала о нем лет двадцать назад – так начала свой рассказ о Павле Васильеве руководитель клуба, член Союза писателей России Тамара Сафарова.

А ведь было время, когда поэт находился на пике бешеной популярности, его много печатали и в массовых газетах, и в литературных журналах. Потом – долгое полное забвение, и только в 1960-е годы появились скромные поэтические книги со стихами Павла Васильева. Более полно творчество поэта стали доносить до читателя в перестроечные годы, но широкой известности оно не получило – классиком русской литературы Павел Васильев, к большому сожалению, так и не стал.

Он прожил до боли короткую жизнь – родился в декабре 1909 года, был расстрелян в июле 1937-го. Двадцать семь лет – возраст погибшего на дуэли Михаила Лермонтова – такое вот роковое совпадение.

Родился Павел Васильев близ города Павлодара, где среди бескрайних степей царила казачья вольница, где европейская и азиатская культуры дополняли друг друга. И эти культуры он впитал настолько, что они нашли отражение в его творчестве.

Свое первое стихотворение Павел написал, будучи школьником, в 1924 году – на смерть Ленина. Через два года во Владивостоке, куда поэт приехал учиться, состоится первая публикация его стихов, вернее, одного его стихотворения – «Октябрь». Оно появилось на страницах газеты «Красный молодняк». Можно сказать, что именно на Дальнем Востоке по-настоящему раскрылся поэтический талант Павла Васильева.

Большую роль в его судьбе сыграл и город Омск, где поэт прожил несколько лет и встретил здесь свою первую любовь. Многие его лирические стихи родом из Сибири.

– Я была в Литературном музее Омска и порадовалась тому, что там сохраняют память о Павле Васильеве, – рассказала Тамара Сафарова.

Потом была Москва, короткая поэтическая слава, вступление в Союз писателей СССР. Развод, второй брак. И – слава дурная: скандалист, хулиган, несносный человек. Он и впрямь был горяч, из-за этого попадал в различные истории. Был даже арестован за рукоприкладство, когда вступился за честь женщины. Отделался легко.

В 1932 году арестовали его уже по серьезному обвинению – за принадлежность к контрреволюционной группировке литераторов. Приговорили к высылке, но потом приговор смягчили на условный срок.

Самые страшные испытания начались потом, когда в газете «Правда» появилась статья М. Горького «О литературных забавах», в которой автор осудил поведение поэта Павла Васильева, обвинив его во всех грехах. Потом, говорят, классик советской литературы очень сожалел о той заказной статье.

А тогда поэта исключили из Союза писателей СССР и даже сняли фильм «Партийный билет», где Васильев стал прообразом антигероя – диверсанта и врага народа.

В 1935 году новый арест – за хулиганство, реальный тюремный срок. Наказание отбывал в Рязани. Через год вышел на свободу. А через несколько месяцев, в феврале 1937-го, его арестовывают в третий раз – прямо у дверей парикмахерской, куда он пришел постричься. В этот раз обвинение поэту предъявили по-настоящему чудовищное – принадлежность к террористической группе, готовящей покушение на Сталина. Хотя доказательств этой принадлежности не нашли, 15 июля 1937 года поэта расстреляли в Лефортовской тюрьме. А все его творческое наследие – одиннадцать исторических поэм, одну из которых он не успел закончить, больше ста стихотворений – оказалось под запретом. Как и имя поэта. В 1956 году Павел Васильев был реабилитирован, но былая поэтическая слава и известность к поэту по-настоящему так и не вернулись.

А вот в Павлодаре, хоть это теперь другая страна, имя Павла Васильева стало культовым.

– Я жила в этом городе и с детства знала, что здесь родился и жил большой поэт, потом познакомилась с его замечательными стихами. В Павлодаре находится Дом-музей Павла Васильева, открытый в 1991 году, там хранятся и личные вещи поэта, и журналы тридцатых годов с его публикациями. Есть в городе библиотека и улица, носящие его имя. А в 2011 году был установлен памятник поэту, – рассказала участница клуба, преподаватель ПГУ им. Шолом-Алейхема Роза Шарипова.

«… У него было то яркое, стремительное и счастливое воображение, без которого не бывает большой поэзии и примеров которого в такой мере я больше не встречал ни у кого за все истекшие после его смерти годы», – так отзывался о творчестве Павла Васильева поэт Борис Пастернак.

За несколько лет до своей гибели Васильев написал такие пророческие строки:

 

Сначала пробежал осинник,

Потом дубы прошли, потом,

Закутавшись в овчинах синих,

С размаху в бубны грянул гром.

 

Плясал огонь в глазах саженных,

А тучи стали на привал,

И дождь на травах обожженных

Копытами затанцевал.

 

Стал странен под раскрытым небом

Деревьев пригнутый разбег.

И все равно как будто не был,

И если был – под этим небом

С землей сравнялся человек.

 

То, что поэты часто обладали даром предвидения, предчувствия своей гибели, известно на примерах нашей поэтической классики.

Осип Мандельштам

Несколько таких стихотворений есть и у Осипа Мандельштама, чья жизнь оборвалась в декабре 1938 года в пересыльной тюрьме Владивостока. Как и Павла Васильева, его похоронили в общей «зэковской» могиле. Недавно во Владивостоке на берегу бухты Золотой Рог поставили памятник Осипу Мандельштаму, возле которого всегда живые цветы.

О провидческом даре поэта рассказал профессор ПГУ им. Шолом-Алейхема Павел Толстогузов. За год до своей смерти Осип Мандельштам написал:

 

Аравийское месиво, крошево,

Начинающих смерть скоростей –

Это зренье пророка подошвами

Протоптало тропу в пустоте.

Миллионы убитых задешево,

Доброй ночи! Всего им хорошего

В холодеющем Южном Кресте.

 

Чуть раньше им были написаны такие строки:

 

Да, я лежу в земле, губами шевеля,

И то, что я скажу,

       заучит каждый школьник:

На Красной площади

       всего круглей Земля,

И скат ее твердеет добровольный.

 

Несколько пророческих стихотворений Мандельштама прочла участница встречи, поэтесса и переводчицы Алла Воронина.

Николай Гумилев

Даром предвидения обладал и поэт трагической судьбы Николай Гумилев, чья жизнь оборвалась в годы красного террора в 1921 году.

Когда музыкант Артур Вытягов заиграл на гитаре бодрую мелодию песни о встречном, не все поняли, как она вписывается в тему вечера о трагических судьбах поэтов. Оказалось, еще как вписывается – автор слов этой песни, популярной в довоенные и послевоенные годы, Борис Корнилов тоже был репрессирован и расстрелян в 1938 году как участник антипартийной троцкистской группировки. После его смерти песня о встречном продолжала жить, только имя ее автора перестали упоминать.

 

Нас утро встречает прохладой,

Нас ветром встречает река,

Кудрявая, что ж ты не рада

Веселому пенью гудка.

Не спи, вставай, кудрявая,

В цехах, звеня,

Страна встает со славою

На встречу дня.

 

Как отметил Артур Вытягов, эта песня – одна из самых патриотичных в советской истории, прославляющих строителей социализма. Но от сурового приговора поэта она не спасла.

В апреле 1938 года оборвалась жизнь поэта Владимира Нарбута – он тоже был расстрелян по политической статье. О непростой судьбе этого малоизвестного поэта и его творчестве поведал Виталий Бурик.

Арсений Несмелов

Имя поэта Арсения Несмелова стало известно широкому кругу читателей в 1990-е годы. Он родился в Москве, волей судьбы оказался на Дальнем Востоке, был поручиком в белой гвардии. Потом – эмиграция в Харбин, где ярко проявился его поэтический талант.

– Я впервые прочла его стихи в 1991 году, с удивлением узнала, что из жизни он ушел в декабре 1945 года в родном мне Приморском крае, как Мандельштам, будучи в пересыльной тюрьме. И чувство вины перед этим поэтом меня не оставляет до сих пор, – поделилась поэтесса Лидия Капуцына. – Из выпущенного в девяностых сборника стихов поэта я нашла стихотворение с близкой жителям ЕАО топонимикой:

 

Еще с Хингана ветер свеж,

И остро в падях пахнет прелью.

И жизнерадостный мятеж

Дрозды затеяли под дверью.

Шуршит вода. И точно медь

По вечерам заката космы.

По вечерам ревет медведь

И сонно сплетничают сосны…

 

Вспомнили на этом вечере-реквиеме об издателях и авторах литературного журнала «Форпост», который выходил у нас в области до войны. Большинство из них тоже стали жертвами политических репрессий, были в этом списке и поэты.

Татьяна Брехова рассказала о трагической судьбе выпускников Царскосельского лицея 1917 года – почти весь этот курс попал под жернова репрессий.

Был расстрелян и поэт-эсперантист, тезка известного русского поэта Николай Некрасов.

Мы еще вернемся к этим именам, к поэтам, упавшим на самом взлете своего творчества, поэтам, не дописавшим, не долюбившим,  часто незаслуженно забытым. Они достойны нашей благодарной читательской памяти. Эти слова говорили все участники встречи, кто пришел в этот пятничный вечер в теплые стены Литературного музея и четвертого филиала городской библиотечной сети… А на столах горели и горели свечи…


Ирина Шолохова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

четыре × 4 =