Уроки музыки и доброты

Таким был Михаил Валерианович Капицын

60 лет назад в сентябре я начинал учиться в четвертом классе средней школы № 4 города Облучья. Классный руководитель Надежда Федоровна как-то привела с собой мужчину со скрипкой и объявила:

— Это Михаил Валерианович, он будет вести у вас уроки пения.

Вовка Чуносов во всеуслышание хихикнул:

— Валерианович, значит, отца звали Валерьянкой.

— Нет, — скромно ответил мужчина. — Моего отца звали Валерианом; между прочим, он погиб в Гражданскую войну за то, чтобы вы жили счастливо.

Учитель пения был одноглазым, второй закрывало веко с небольшим шрамом. Короткая стрижка седого волоса, тихий приятный голос.

После переклички Михаил Валерианович бережно достал из футляра скрипку, немного ее поднастроил и объявил:

— Начнем мы с изучения нот, то есть будем знакомиться с музыкальной азбукой. Есть среди вас те, кто знаком с нотами?

Где нам, сельским ребятишкам послевоенной поры, было знакомиться с нотами. У меня брат играл на гармошке, но больше всего на слух, не зная совершенно музыкальной грамоты.

Вначале визгливые звуки скрипичных струн нам не очень понравились. Мы хором тянули вслед за преподавателем:        «До-о-о, ре-е-е, ми-и-и» и так далее. В конце урока Михаил Валерианович, видя наши унылые лица, заиграл знакомые мелодии. Скрипка ожила, запела. Мы узнали задорные пионерские песни, мелодии Гражданской войны и фронтовые напевы недавнего прошлого. А учитель задорно водил смычком по струнам, ловко перебирал пальцами по грифу, заставляя музыкальный инструмент то плакать, то смеяться.

Уроки музыки мы полюбили, как полюбили и самого учителя. Позже узнали, что жил он один в доме барачного типа, недалеко от вокзала. Всегда был прилично одет: в костюме, из-под пиджака синего цвета выглядывала вязаная серая жилетка, белую рубашку с полосками оттенял красный галстук. Михаил Валерианович очень любил детей, особенно уважал тех, у кого не было отцов.

— Добрейший был человек, — вспоминает хранитель школьного музея Нина Шестакова. — Мы учились у него не только музыке, но и отношению к людям. Особенно он любил детей.

Как-то мы с соседом Валькой Добродеем пошли в центр города, надеясь попасть в кино. В клубе железнодорожников показывали фильм «Константин Заслонов». Родители дали нам по рублю на билеты, но Валька сразу же купил порцию мороженого.

— А как же кино? — спрашиваю.

— Сейчас Михаил Валерианович будет из бани идти, у него стрельнем.

Действительно, минут через пятнадцать в нашу сторону медленно шел наш учитель. Увидев своих учеников, остановился, поприветствовал. Мы ему пожелали: «С легким паром!», поинтересовались здоровьем. Он в свою очередь спросил, чем мы занимаемся.

— Да вот в кино хотели сходить, да денег нет, — хитровато улыбнулся Валька.

Михаил Валерианович знал, что отец Вальки был репрессирован и расстрелян как «враг народа». Поэтому без раздумья достал кошелек, порылся в кармашках, протянул Вальке трешку:

— Это вам на кино и на мороженое.

Таких случаев было много. Все ученики говорили о доброте учителя музыки. Но мало кто знал о его прошлом.

Лишь много позже, став взрослыми, мы догадались, что у Михаила Валериановича была личная драма.

В марте 1953 года умер Сталин. Вся страна оплакивала смерть вождя. В нашем классе и девчонки, и мальчишки плакали навзрыд. Надежду Федоровну отпаивали водой, занятия в школе срывались. Лишь урок музыки не отменили. Михаил Валерианович зашел в класс бодрым и, как нам показалось, веселым. В его взгляде светилось торжество, как будто он был не опечален, а рад этой трагедии. Именно вспоминая этот эпизод, мы и догадались, что в судьбе нашего любимого учителя была драматическая страница, связанная со сталинскими репрессиями.

Встречаясь со своими сверстниками-земляками, я всегда спрашиваю, помнят ли они учителя музыки Михаила Валериановича Капицына. Почти все отвечают утвердительно. Ведь для многих из нас он был учителем музыки и доброты.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *