Уроки Вольфа Каца

Уроки Вольфа Каца

Олега Черномаза

Ровеснику области после окончания Хабаровского института инженеров железнодорожного транспорта довелось всю жизнь руководить людьми

 Вначале это была  небольшая  бригада Облученского вагонного депо, потом — смена на биробиджанской ТЭЦ, наконец, коллектив целого предприятия — завода железобетонных изделий. Это не значит, что все и всегда ему удавалось. Его учили, он учился —  и на чужих ошибках, и на собственных. Был на партийной работе, в постсоветские времена занимал должности в правительстве области, которое тогда именовалось администрацией ЕАО, в том числе председателя комитета по управлению имуществом ЕАО.

—  Мне везло  на руководителей, так что было с кого брать пример, — вспоминает Вольф Аронович. — Когда я работал на ТЭЦ, предприятие долгие годы возглавлял Михаил Лазаревич Коган, главным инженером был Ефим Зусович Ходор. Они были не просто грамотными инженерами, но еще и хорошими психологами, имели подход к людям, умели поддержать работника. На заводе железобетонных изделий мне пришлось непросто — назначили директором. Другой масштаб, другая мера ответственности. Завод входил в состав хабаровского треста «Железобетон», и его главный инженер Анатолий Сергеевич Якунин, человек довоенной закалки, фактически стал моим наставником. 

Вольф Кац рассказал об уроке, который однажды преподал ему второй секретарь горкома. В должности заведующего отделом промышленности и транспорта Биробиджанского горкома партии  он работал около месяца, когда произошла авария на электросетях. Город остался без электричества. Завотделом связался с руководством электросетей, выяснил, что произошло, какие принимаются меры, когда восстановят повреждение. А вечером, как обычно, ушел домой.  На следующее утро второй секретарь горкома Валентин Толокнов вызвал его к себе:

— Как ты мог уйти с работы? Ты не должен был этого делать, ведь производство стояло без электричества, лечебные учреждения работали в темноте.

Вольф объяснил, что критику на свой счет принимает, но заслуживает снисхождения: в такой ситуации  он оказался впервые.

И тогда Толокнов произнес памятную фразу: «Мы каждый день  жизни с чем-то сталкиваемся впервые». А ведь он прав, подумал тогда Кац, жизнь и другие люди преподносят нам уроки, которые мы должны усвоить. И еще. Валентин Иванович любил повторять ему, что руководить — значит предвидеть, что будет завтра. На протяжении жизни Вольф Аронович не раз убеждался, что Толокнов был прав.

Какую из должностей он ценил более всего? В партийной работе ему нравились масштаб, личности людей, с которыми ему приходилось иметь дело. Время было непростое, лучше или хуже нынешнего — вопрос философский. 

— Я не могу быть объективным, — говорит он, — но мне нравилось, что была дисциплина, работали предприятия.

Вольф Аронович признается, что больше всего удовлетворения получал, когда удавалось решить конкретные проблемы простых людей. Тогда люди шли в горком по разным поводам — по жилищным делам,  коммунальным,  заработной плате и многим другим. Вместе с  тем, по словам Вольфа Каца, самый яркий след в его жизни оставил завод железобетонных изделий. Это была живая жизнь,  хотя трудностей и проблем было множество. В его бытность на заводе ввели в эксплуатацию цех крупнопанельного домостроения.

Мой собеседник Вольф Кац — ровесник области, в декабре ему исполнится восемьдесят. Он год за годом возвращается в прошлое, словно отматывая назад кадры кинопленки. Родился и прожил в Еврейской автономии мой герой всю жизнь — за исключением лет учебы, конечно. А вообще-то биробиджанская история семьи Кац началась гораздо раньше. Арон, его отец, приехал на Дальний Восток из местечка Азаринец Винницкой области в одном из первых эшелонов, в 1928 году. Рослый черноволосый красавец был трактористом в Бирофельде, потом перебрался в Биробиджан. Но самое интересное в его биографии не это. Проработав на Дальнем Востоке пять лет, Арон снова отправился в дальний путь на родину. Не потому, что решил вернуться. Как раз наоборот — чтобы привезти в Биробиджан из Винницкой области добрую и милую Броню — свою будущую жену. Сын до сих пор не знает, поехал ли отец на родину специально к невесте, которая его ждала, или это вышло случайно — просто встретились двое молодых людей и влюбились друг в друга с первого взгляда…

Отец с матерью были счастливой парой. В семье подрастали мальчишки, Вольф и Леонид, и родители мечтали о  том, как они  выучатся, кем будут. Война нарушила все планы. Арону, работавшему на Ареме, то есть в авторемонтных мастерских, полагалась броня, и она у него была до 27 сентября 1943 года. А потом ее отменили, и отец пошел воевать. Он был тяжело ранен и скончался в госпитале в городе Торжке. В этом городе в братской могиле его и похоронили. 

В семье хранятся солдатские треугольнички — письма Арона жене и сыновьям, написанные на темной, плохого качества бумаге, но полные искренней любви к родным и тоски по дому. А еще от отца остался сад. Однажды из командировки  тот привез саженцы слив, десять тоненьких прутиков, и посадил их возле дома. Через несколько лет они превратились в настоящие сливовые деревья.

— Это был первый фруктовый сад на нашей улице, — рассказывает Вольф Аронович.

О том, как трудно маме было одной растить сыновей, знала только она сама. Но Броня Иосифовна, учительница начальных классов, понимала, как важно, чтобы ее смышленые сыновья выучились. Несмотря на трудности, сделала все, чтобы и Вольф, и Леонид закончили институты.

Кстати, профессия  педагога  у  них семейная. Женой Вольфа стала учительница английского языка Клара Фуксман. Ее мама была воспитателем детского сада. Дочь Лилия тоже  выбрала  мамину профессию, в педагогическом вузе учится  и внук Вольфа Ароновича.

С супругой они были ровесниками. Клару он знал со школьных лет. Они в один год получили аттестаты о среднем образовании, хотя оканчивали разные школы  — Вольф первую мужскую, будущая супруга — девятую женскую. Поженились значительно позже — окончив институты, став вполне самостоятельными.

 — Потом  Клара, правда, меня упрекала, что я слишком поздно обратил на нее внимание, — с улыбкой говорит Вольф Аронович.

У него превосходное чувство юмора, хотя жизнь не всегда давала повод для шуток и веселья. С женой они мечтали отпраздновать золотую свадьбу, а прожили вместе 47лет, когда она ушла из жизни. Прожили благополучно, вырастили хороших детей,  радовались подрастающим внукам. Супруга работала в  шестой и первой школах, преподавала английский язык в педагогическом училище и машиностроительном техникуме. Только потеряв ее, Вольф Аронович  понял, что до сих пор не знал, что такое горе.  Ему невыносимо было оставаться одному в четырех стенах. Тоску и одиночество  усиливало то, что он уже не работал. Время, конечно, сгладило боль утраты, но от памяти не уйдешь. 

Любому человеку необходим круг общения, а тому, кто по долгу службы привык быть на людях — особенно. 

 — Когда меня куда-то приглашали, это был как глоток кислорода, — признается Вольф Аронович. — С удовольствием посещаю клуб «Мишпоха» еврейской национально-культурной автономии Биробиджана.

В дневной Центр пожилого человека при общине «Фрейд» в свое время Каца звал еще Лев Тойтман, но он под разными предлогами отказывался. А потом в какой-то момент пришел — и не пожалел, потому что его жизнь приобрела другое качество.  Группа подобралась очень интересная, к тому же почти со всеми ее участниками он был знаком. Марта Пинская, Тамара Шматко, Валерия Коган — бывшие преподаватели педучилища, в котором в свое время работала супруга Вольфа Ароновича. А с Леонидом Коганом его связывают приятельские отношения еще с детства — росли на одной улице, учились в одной школе. Так что в коллектив он влился органично. Группа дневного Центра — это своего рода клуб по интересам, в котором Вольф Кац с удовольствием демонстрирует эрудицию, чувство юмора и даже вокальные данные. 

— Если бы была возможность изменить свою жизнь, вы бы ею воспользовались? — задаю Вольфу Ароновичу провокационный вопрос.

— Пожалуй, нет. Я не считаю, что плохо прожил свою жизнь. Иногда даже в шутку говорю, что Биробиджану поставил двух директоров  — и сын, и дочь работают руководителями. 

Его радости — это успехи детей, внуков-студентов, а предмет особой гордости — живущий в Израиле двухлетний правнук. Главное, чтобы все они были здоровы и счастливы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *