Возможно, он был и нашим Героем

Возможно, он был и нашим Героем

Фото из книги «В редакцию не вернулся».

«Кто-нибудь помянет нас с тобой» – эта строчка из песни о военных корреспондентах, которую написал поэт, он же – военный журналист Константин Симонов.

Автор песни выжил в военном аду, а сколько «писавших и снимавших» не вернулось с войны, этой точной цифры не знает ни одна статистика. В одном источнике речь идет о сотнях погибших журналистов, в другом – почти о полутора тысячах. Последняя цифра ближе к истине.

Были среди журналистов и Герои Советского Союза. Один из них – Яков Чапичев – крымский еврей, служивший до войны на Дальнем Востоке и, предположительно, на территории нашей области.

Но вначале немного предыстории. В начале 1980-х годов мне в руки попала книга «В редакцию не вернулся» – о геройски погибших военных корреспондентах. Особенно запомнились очерк о Герое Советского Союза Якове Чапичеве и его трогательное письмо-стихотворение, которое он прислал своей дочери с фронта в 1943 году. В этом стихотворении были такие строки:

 

Теперь зима, Бира еще во льду,

И солнце скупо землю согревает.

А дочь моя, наверно, в детсаду

С подружками веселыми играет.

 

Наша семья тогда только-только переехала в Биробиджан, и я впервые узнала, что город стоит на реке Бира. Не об этой ли нашей Бире писал Яков Чапичев?

В том книжном очерке о пребывании Якова Чапичева на Дальнем Востоке было сказано очень скупо:

«… Заметив у молодого офицера серьезные литературные наклонности, командование назначило его на должность инструктора-литератора многотиражной солдатской газеты танковой бригады Дальневосточного фронта. Ровно год сотрудничал Яков Чапичев в этой газете: писал заметки, информации, статьи и, конечно, стихи. Интересная, творческая работа захватила, увлекла его. Хабаровское книжное издательство готовило его новый сборник стихов об армии. Но творческие планы поэта и журналиста не сбылись. 22 июня 1941 года началась война. Яков Чапичев в тот же день написал рапорт об отправке его на фронт».

Еще приводился отрывок из стихотворения о пограничнике Василии Баранове, участвовавшем в битве на озере Хасан и геройски погибшем от рук японцев – его автором был Яков Чапичев:

 

Пулемет строчил без перебоя,

Пулеметчик метко бил врага.

Прямо – поле огненного боя,

А вокруг – дремучая тайга.

Отступали в панике японцы,

Покидая раненых солдат.

В перестрелке Васю-комсомольца

Потерял и наш погранотряд.

Окруженный вражьим батальоном,

Он не дрогнул в яростном бою.

Бился до последнего патрона

За Отчизну мирную свою.

 

Так жила или не жила семья Героя в военные годы у нас в области?

Есть, правда, еще одна река Бира – в Бикинском районе Хабаровского края, вернее, небольшая речушка, на берегу которой в те годы был всего один населенный пункт – колхозное село Сталино. К тому же произносится название бикинской Биры с ударением на первом слоге. А в стихотворении прослеживается ударение на последнем слоге.

Чтобы развеять сомнения, я написала тогда письмо автору очерка Семену Борзунову на адрес журнала «Роман-газета», где он в то время был редактором. Но ответа не получила. Еще один запрос сделала в Хабаровское книжное издательство: выходил ли перед войной сборник стихов Чапичева? Оттуда ответ прислали, но отрицательный – такая книга не издавалась.

О Якове Чапичеве и своих предположениях, что он мог жить в Биробиджане, я написала в «Биробиджанскую звезду» – с надеждой, что откликнется кто-либо из тех, кто знал Героя и его семью. Увы, и третья попытка докопаться до истины оказалась безрезультатной.

Спустя тридцать с лишним лет я решила вновь вспомнить о Герое Советского Союза Якове Чапичеве. В Интернете информации о нем оказалось даже больше, чем ожидалось. Была робкая надежда, что в биографии Героя отыщется, наконец, биробиджанский след. Но след в основном был один – крымский.

Крымчак – есть такая народность, проживающая на полуострове. По сути, это крымские евреи, потомком которых был Яков Чапичев.

В официальной биографии местом рождения Героя назван Новороссийск – город, не имеющий к Крыму никакого отношения. А в музее города Джанкоя, где жил и работал Яков Чапичев, собраны более правдивые сведения о нем. Отец Якова Иегуда был девятым ребенком в бедной еврейской семье, и как только женился, решил попытать счастья в Америке. Но до Америки не доехал – беременная жена тяжело переносила дорогу и они решили остаться во Франции. Там, в предместье Парижа, и родился у Иегуды первенец Яков. Отец сапожничал, сын тоже овладел этим ремеслом. Был он и учеником парикмахера. Несмотря на малограмотность, Яков любил читать, знал много стихов, хорошо говорил по-русски.

В 1923 году оставшиеся в Крыму родственники помогли Чапичевым вернуться на родину. Они обосновались в Симферополе, потом переехали в небольшой городок Джанкой, где Яков устроился кочегаром в паровозное депо. Оттуда его призвали в армию. Видимо, проявил он себя на службе хорошо, потому что ему предложили проучиться на курсах офицеров. После их окончания он стал профессиональным военным.

Почему потом старались не упоминать о французском рождении будущего Героя, можно понять – в Советском Союзе иностранное происхождение не приветствовалось. Разве мог Герой Советского Союза родиться в Париже? Не позволим!

В 1936 и 1939 годах вышли две книги стихов Якова Чапичева – «Мужество» и «Родному Крыму». В 1939 году он стал членом Союза советских писателей.

В книжном очерке о Чапичеве автор пишет, что он был призван в действующую армию и попал на фронт с Дальнего Востока. В других источниках – из Джанкоя.

Как бы там ни было, провоевал  Герой почти всю войну – с 1941 до 1945 года. Прошел четыре фронта, был три раза ранен и дважды контужен. Будучи политработником и военным корреспондентом дивизионной газеты, постоянно участвовал в боевых действиях, а однажды, в сентябре 1941 года, заменил погибшего в бою командира танка и сам чуть не погиб.

Пуля оборвала жизнь Якова Чапичева 3 марта 1945 года, за два месяца до победы. Именно за этот свой последний бой получил он посмертно звание Героя Советского Союза.

Немецкий город Бреслау, ставший после войны польским городом Вроцлавом, унес весной 1945-го тысячи жизней наших воинов. Напомню, что именно там погиб и наш земляк, Герой Советского Союза Иосиф Бумагин. Сражался там до последнего патрона, как герой его стихотворения Василий Баранов, и Яков Чапичев. В наградном документе так сказано о его подвиге:

«Третьего марта 1945 года шел бой за завод в городе Бреслау. Тов.Чапичев с одним бойцом, вырвавшись вперед, и уничтожив восемь фашистов, загнал немцев на исходные позиции. Он лично захватил двух солдат в плен…

На подходе к другому заводу у немцев квартал был укреплен как крепость. Тов.Чапичев с одним разведчиком быстро, под огнем противника, бросился к ближайшему дому. Вдвоем они забросали гранатами сидящих у огневой точки гитлеровцев и освободили угол дома. Рота рванулась на помощь, и начался бой. В рукопашной схватке были убиты шестеро гитлеровцев, трое стали уходить, отстреливаясь. В это время тов. Чапичев погиб от пули врага.

За храбрость и героизм, проявленные в борьбе с немецкими захватчиками, достоин награждения правительственной наградой – присвоения звания Героя Советского Союза».

О личной жизни Героя, о его семье, несмотря на обилие информации о нем самом, удалось узнать немного. Жену его звали Екатерина Абрамовна, свою единственную дочь Чапичевы назвали Долорес – в честь пламенной испанской коммунистки Долорес Ибаррури. В послевоенные годы вдова с дочерью жили в Одессе по адресу: ул. Артема, 11, кв.30. В Ленинграде проживала сестра Якова Ева. Жили близкие родственники Героя и во Франции, возможно, живут и сейчас.

В городе Джанкое установлен памятник Якову Чапичеву, а в местном краеведческом музее ему посвящена экспозиция. Есть там и улица имени Героя. Уже после присоединения Крыма к России в Симферополе, на фасаде дома по проспекту Кирова, где жила семья Чапичевых, была установлена мемориальная доска. Словом, Крым хранит память своего погибшего земляка – военного журналиста и поэта.

А я все еще надеюсь, что найдется и наш, биробиджанский след в жизни этого Героя. Возможно, жива его дочь Долорес, которая помнит свои детские годы в городе на Бире.

Накануне своего последнего боя Яков Чапичев написал посвященное жене стихотворение, которое нашли в его записной книжке и переслали по адресу. Вместе с похоронным извещением.

 

Я, как прежде, родная, в строю,

Принимаю грохочущий бой

За страну, за Отчизну свою

И за новую встречу с тобой.

Ни о чем я тебя не молю,

Зная верность твою и любовь.

И сильнее тебя я люблю,

Уходя в наступление вновь.


Ирина Шолохова

Фронтовая летопись

Посвящается военным корреспондентам

 

Мы спешили в танке громыхающем,

На машине с ящиками мин

На передний край, где дым пожарища

Стлался среди вздыбленных равнин.

В дерзких поединках минометчиков,

В поисках разведчиков ночных

Находили мы сюжеты очерков:

Жаль, тогда нам было не до книг.

Нас комбат из фляги щедро потчевал,

Предлагал остаться до утра:

– Заночуйте, не блуждать же ночью вам?

Но ответ один был: – Нам пора!

Нам пора. Расстанемся до встречи мы,

Нам редактор дал короткий срок:

Быть на месте не позднее вечера,

В номер – гвоздевых сто сорок строк…

Мы брели в грязи распутиц веснами,

Мерзли под обстрелами зимой.

И газета наша двухполосная

Летописью стала фронтовой.

И не зря перо к штыку гвардейскому

Приравняла на войне страна.

Скромному газетчику армейскому,

Как бойцу, вручая ордена.

Но, бывало, в тьме ночной, нетающей,

На крутых откосах переправ,

Падали в бою мои товарищи,

Срочный репортаж не дописав.

И тогда наборщики склоненные,

Различая почерки едва,

Набирали кровью обагренные,

Порохом пропахшие слова.

Тропами нелегкими, неблизкими

Вместе шли мы в жаркие бои.

А теперь вы стали обелисками,

Побратимы верные мои.

 

Юрий Чернов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девятнадцать − 11 =