Вышедшая из «Зеленого портфеля»

Завтра, 19 сентября, свое 60-летие отметит писательница Дина Рубина

С первыми ее рассказами многие читатели моего поколения познакомились на страницах журнала «Юность». Была там особая рубрика для начинающих талантов, пробивавшихся в литературу, — «Зеленый портфель». В этом «портфеле» и появился впервые рассказ десятиклассницы Дины Рубиной «Беспокойная натура» — о девочке-школьнице, которая не может найти понимания ни у своих родных, ни у педагогов. Этот подростковый рассказ с философским осмыслением жизни мог бы сделать честь и взрослому автору.

Журнал «Юность» стал литературной школой для Дины Рубиной. Пробиться в его авторы мечтали многие, но везло совсем немногим и действительно талантливым. 

В 25 лет Дина Рубина станет всесоюзно известным писателем — о ее повести «Когда же пойдет снег?» заговорит вся страна. А спустя два года ее примут в Союз писателей СССР и она долго будет самым молодым членом этого самого престижного творческого союза страны.

Творчество сопровождало Дину Рубину с розового детства — ее отец, Илья Рубин, был неплохим художником, мать музицировала. Стали обучать музыке и дочь — и не где-нибудь, а в музыкальной школе при Ташкентской консерватории. А потом была и сама консерватория, закончив которую она стала преподавать в институте культуры. Так что одну из своих повестей — «Уроки музыки» — писательница, можно сказать, выстрадала, пропустила через себя. Любить музыку она не перестала, но все же предпочла профессионально заниматься литературным творчеством.

Лучше, чем она сама, о Дине Рубиной и ее книгах никто, по-моему, не сказал. 

«По характеру я страшный интроверт. Я постоянно читаю, ведь это своего рода условный рефлекс — бегать по строчкам. В молодости много читала литературу художественную, сейчас это больше литература по специальным вопросам, которые меня интересуют в данный момент. Или перечитываю любимые книги». 

По мнению Дины Рубиной, писатель — это рентген, который просвечивает все. В продолжение этой мысли она пишет: «У меня есть умный, тонкий и заодно любимый муж, есть родители, дети, несколько близких друзей. Но пишущий, творческий человек изначально очень одинок. Его распирает его внутренний мир, населенный и перенаселенный разными лицами, разными жизнями. Поэтому главное, что у меня есть, — лист бумаги, который наилучшим образом принимает, переваривает и разрешает все мои глубинные проблемы».

А вот как рассуждает писательница о счастье, о судьбе:

«Каждый из нас понимает, что счастье — это птичка с неуловимым оперением, иногда почти невидимым, и крылышками она машет там, где вздумается, а уж песню поет при особых обстоятельствах. Надо быть ослепительным идиотом, чтобы не верить в судьбу, в характер и предназначение пути».

Когда в одном из интервью Дину Рубину спросили, как она относится к электронным книгам, она ответила в присущей ей резкой манере, что «электронные книги — это испарения экрана — дымные, тусклые».

«Не представляю себе писателя, которому нравилась бы электронная версия его книги. Но, скорее всего, наша технологическая цивилизация просто вытрет ноги о наши патриархальные предпочтения».

Критики назвали Дину Рубину «пограничником литературы», ибо ее творчество находится, по их мнению, на границе достойной беллетристики и высокой литературы.

Впрочем, когда читаешь ее книги, об этой границе как-то не думаешь, а просто наслаждаешься колоритным языком, особой авторской интонацией, влюбляешься в ее героев, даже если они не очень привлекательны, мнительны и вздорны, как персонаж рассказа «На Верхней Масловке». А грубоватый юмор воспринимается как необходимая острая приправа, без которой повесть или роман будут пресными и безвкусными. 

В одной из книг писательница устами одной из героинь говорит: «Чем ярче человек, тем ближе он к плахе. И все-таки надо любить, надо влюбляться, сходить с ума, назначать свидания, задыхаться, тряся грудью, бежать…»

«Я хочу поцеловать тебя в улыбку», — произносит любимый человек героине повести «Когда же пойдет снег?», и эти слова остаются в уголке памяти, их хочется повторять еще и еще. Дину Рубину, ее творчество нельзя «поглощать», проглатывать, как легкое чтиво, — каждое слово, каждую фразу надо пропустить через душу и сердце. 

За сорок с лишним творческих лет Дина Рубина написала более ста произведений, издала около девяноста книг. Читатели «БШ» еще не забыли ее рассказы и повести, которые печатались на литературных страницах газеты, — «Любка», «Адам и Мирьям», «Душегубица», «Наш китайский бизнес».

Мне же запал в душу роман «На солнечной стороне улицы», в героине которой угадывается сама автор — это ее городом детства был послевоенный Ташкент. И само время, и характер выписаны в повести настолько точно, как может написать лишь тот, кто сам пережил это. 

«Писатель должен быть кристально отточенным инструментом», — так ответит Дина Рубина на вопрос, что, кроме таланта, помогает ей в творчестве.

Выход каждой книги Дины Рубиной — праздник для поклонников ее таланта. Больше двадцати лет писательница живет в Израиле, но российскими читателями она очень дорожит, проводит презентации своих книг и в Москве, и в других городах страны.

На слуху — ее романы «Вот идет Мессия», «Почерк Леонардо», трилогия «Люди воздуха». Как пишет Дина Рубина, эта трилогия, с ее напряженными болевыми сюжетами, с трагическим поворотом событий, далась ей ценой огромных душевных сил. Тему трилогии автор плавно продолжает в повести «Во вратах твоих» — о евреях Иерусалима, города «высокого, глубокого, трехмерного, напластанного тысячелетиями». «Существует мнение, — уверяет писательница, — что у женщины, прожившей в Иерусалиме 20 лет, меняется состав крови». 

Сама же Дина Рубина живет в небольшом городке Маале-Адумим. Вместе с мужем — художником Борисом Карафеловым — они создали недавно литературно-художественный шедевр — книгу новелл «Окно», великолепно дополненную картинами художника — его окнами в мир человека.

Попробовала писательница себя и в творчестве для детей. «Эту повесть я написала, дурачась и играя», — так высказалась она о книге «Джентльмены и собаки»

Дина Рубина — литературный редактор приложения «Пятница» русскоязычной газеты «Наша страна». Она лауреат многих премий — и российских, и израильских, и международных. А еще писательница — представитель еврейского агентства по работе с общинами в Москве.

Но главным делом ее жизни было и остается литературное творчество, где она твердо придерживается принципа: «То, что не выносит душа, чрезвычайно вредно для личности». Ведь именно таким писателям и даруется творческое долголетие.

Три молодости Григория Бакланова

Известный писатель не дожил до своего 90-летия четыре года

Когда Григорий Бакланов ушел из жизни, в некрологе его назвали «замечательным советским, русским писателем, фронтовиком, лауреатом многочисленных литературных премий и государственных наград».

Что ж, все эти эпитеты были вполне заслуженными. Григорий Бакланов действительно был замечательным советским писателем, хотя почти на двадцать лет пережил эпоху социализма и кончину советской власти вместе с большой страной — СССР. Страной, где родился, за которую воевал и которую воспевал во многих своих книгах.

Он же был и русским писателем — не по крови, а по духу. Свое первое произведение — «В Снегирях» — Бакланов написал о русской деревне, герои его военных романов и повестей — тоже в основном простые русские солдаты и офицеры, хотя писал Бакланов и о патриотизме других народов, защищавших страну в Великую Отечественную.

Он сам был представителем одного из этих народов. Родился писатель 90 лет назад в Воронеже в еврейской семье, где на идише говорили только дома, так как отец, Яков Минаевич Фридман, служил в одном из советских учреждений. Мама, Ида Григорьевна Кантор, была известным в городе зубным врачом. Из жизни родители ушли рано. О своем детстве Григорий Бакланов вспоминал редко и автобиографических книг старался не писать. 

До 1949 года он носил отцовскую фамилию. Этой же фамилией подписал и свою первую повесть «В Снегирях». В издательстве, взяв рукопись, съязвили: «Что такое Фридман? Может, нам этого Фридмана из Америки прислали? Придумайте себе другую, русскую фамилию!» 

Это был разгар борьбы с космополитизмом, когда начало раскручиваться «дело врачей» и членов Еврейского антифашистского комитета. И Григорию Фридману пришлось стать Григорием Баклановым.

— Я очень любил роман Фадеева «Разгром», и псевдоним взял от фамилии моего любимого героя этого произведения, — рассказывал писатель в одном из интервью уже в пору перестройки.

О себе он говорил, что пережил за свою жизнь три молодости. Первую — на войне, куда ушел добровольцем в 1941-м, когда ему было всего 18 лет. Вторая молодость наступила в годы «оттепели», когда многие произведения писателя обрели своего читателя, печатаясь большими тиражами. Третья молодость пришлась на   80-е — самый разгар перестройки, когда Григорий Бакланов стал главным редактором литературного журнала «Знамя».

Главной темой его творчества все эти годы оставалась война — настолько впечаталась она в его душу и сердце, в его память.

Он прошел войну от провального 41-го до победного 45-го. Ушел рядовым, вернулся лейтенантом, командиром артдивизиона. Раненым, дважды контуженным, но живым.

Только после войны сбылась его мечта поступить в Литературный институт имени Горького. Тогда в почете была деревенская проза — и Бакланов, проехав по российской глубинке, написал свою первую повесть «В Снегирях». Она нашла своего непритязательного читателя, но притязательным критикам не понравилась. Да и сам писатель понял, что это — не его тема, и стал работать над книгой о войне.

«После того, как я прочитал «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова и роман «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана, во мне созрело твердое решение — показать свое видение войны, — вспоминал писатель. — Именно на войне мы разогнулись, почувствовали себя гражданами, а не безгласными подданными». 

Его первые военные повести назовут «окопной правдой», «лейтенантской прозой». В 1958 году выйдет повесть «Девять дней», в 1959-м — «Пядь земли», в 1961-м — «Мертвые сраму не ищут». 

Многие произведения Бакланова увидели свет в журнале «Новый мир», когда его редактором был поэт Александр Твардовский. Через четверть века, будучи редактором журнала «Знамя», писатель впервые опубликует антисталинскую поэму Твардовского «По праву памяти». Именно в баклановском «Знамени» я впервые прочла «Собачье сердце» Булгакова, повесть Владимова «Верный Руслан», роман Бека «Новое назначение» и другие произведения, которые не вписывались в советскую идеологическую схему.

Не все приняли с одобрением пронзительные повести Бакланова «Навеки — девятнадцатилетний» и «Июль 1941 года» — уж слишком обнаженной была там правда о войне. «Мне не надо было собирать никакого материала, — говорил писатель. — Все, что я хотел сказать, оно было во мне. Поэтому я и начал писать о войне». 

Он не был диссидентом, даже в какой-то мере был в чести у власти — писатель, фронтовик, коммунист, патриот. За фильм «Был месяц май», снятый по его рассказам, получил Государственную премию. Всего же по его книгам было снято восемь фильмов.

Но когда началась травля писателя Александра Солженицына, а потом ученого Андрея Сахарова, он одним из первых выступил в их защиту. Осудил писатель и ввод советских войск в Афганистан, и развязанную войну в Чечне, опубликовав в «Известиях» открытое письмо Борису Ельцину. А когда начались известные события вводом танков в Вильнюс, вышел в знак протеста из рядов коммунистической партии. Все годы он держался подальше и от антисионистского комитета. Зато во время перестройки по инициативе писателя создаются институты «Открытое общество» и «Культурная инициатива». Многие молодые таланты получат поддержку благодаря этим организациям. 

Те, кто работал и общался с писателем, вспоминают его полушутливую, ироничную манеру общения. Даже в деловых разговорах он мог ввернуть шутку, а то и уместный анекдот.

«Я пережил жестокость войны с грязью, кровью и потом, и мне казалось, что никогда от этого не смогу очиститься. Очистили меня книги, в которые я вложил все самое светлое, что осталось во мне после грязи войны», — так ответил писатель на один из вопросов журналиста в интервью, которое он дал в канун своего 80-летия, переживая свою третью молодость. 

Григорий Бакланов ушел из жизни 26 декабря 2009 года. В память о нем режиссер Юрий Любимов поставил спектакль по его произведениям, премьера которого прошла в День Победы.

Страницу подготовила  Ирина ШОЛОХОВА. Фото с сайтов collib.com, russia.ru 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *