«Я просто записываю истории…»

«Я просто записываю истории…»

Александра Драбкина

Морис Свирк — журналист из Амстердама — вот уже во второй раз посетил Биробиджан.

Шесть лет назад он собирал информацию для  книги, рассказывающей о жизни еврейских общин по всему миру, в этот раз приехал для того, чтобы провести подготовительный период перед съемками документального фильма об одной из биробиджанских семей. С ним мы встретились и поговорили о работе в нидерландских газетах, еврейских корнях и отношении к мировому кинематографу.

— Морис, расскажите о том, чем вы занимаетесь? Что привело вас к еврейской тематике?

— Я работаю в прессе, но у меня есть и юридическое образование — в университете я специализировался по общественному праву и правам человека, писать начинал именно о таких проблемах. Потом решил стать журналистом и совмещал это с преподаванием. Много писал о законе для политических журналов, готовил материалы по иудаизму для еврейских изданий. Сейчас я посвящаю этому большую часть времени, работаю в нескольких еврейских газетах, веду собственную колонку.

— Что это за издания?

— Главное из них называется «NIW» — новый еврейский еженедельник. Хотя вообще-то журнал выходит в Нидерландах с 1865 года, так что, как вы могли заметить, не такой уж он и новый (улыбается). В этом журнале — моя колонка, там я много рассказываю об иудаизме по всему миру, о разнообразных новостях, связанных с knigaеврейством. Для того, чтобы написать книгу о еврейских общинах мира, я посетил Марокко, Польшу, Австрию, был в скандинавских странах, Аргентине, США, России, приезжал в Биробиджан. В прошлом году она вышла с заглавием «Всегда шлемазл» и была очень успешной, сейчас переиздается уже в третий раз. Написана книга на голландском,  но есть агенты, которые пытаются найти способы опубликовать ее на английском, немецком и иврите.

— А почему у вашей книги такое странное название?

— Вы, наверное, лучше меня знаете, что «шлемазл» означает на идише. Я так понимаю: человек, на которого все валится. Мне кажется, в таком названии есть еврейский юмор, мой шлемазл — всегда счастливый, это слово для меня связано со словом «мазлтов». Вместо того, чтобы говорить «с тобой всегда случаются неприятности», я говорю «ты всегда счастливчик». Ведь многие действительно считают евреев счастливыми, потому что они умны, они знают, как сделать деньги. Но только эти люди забывают, что во время Второй мировой войны евреям совсем не везло.

— А Холокост как-то коснулся вашей семьи?

— Да, мой дед, в честь которого я назван, погиб в Освенциме.

— Так вот почему вас очень интересует еврейская тема. А откуда известны все эти слова на идише?

— Я узнал о них от моей семьи,  меня часто называли в детстве «шлемазл». Идиш, который, кстати, очень похож на голландский, — родной язык моего отца, он очень любил употреблять такие выражения. Мне кажется, это одна из традиций еврейской культуры: когда случаются плохие вещи, пытаешься немного скрасить их с помощью юмора, улыбка — это самое важное, что ты имеешь в плохие времена.

— А как связана книга и работа в журнале с тем, что вы собираетесь делать документальное кино о еврейской семье в Биробиджане?

— Я также работаю на еврейском телеканале нидерландского телевидения, в прошлом году меня попросили помочь подготовить серию документальных фильмов и все они уже вышли в эфир. Мы собирали группу молодых людей из еврейских семей, и они совершали путешествие из Амстердама в Иерусалим. Одни шли по маршруту сефардов — через Бельгию, Францию, Испанию, Марокко, Италию, а другие — по маршруту ашкенази, то есть по Германии, Польше, Чехии. Они посещали исторические места, встречали самых разных евреев и снимали увиденное на свои маленькие камеры. А еще у них было мало денег и удобств —  с этим тоже надо было как-то справляться.

— Получается, из этих эпизодов в духе реалити-шоу потом и сложилось кино?

— Да, это действительно были отдельные эпизоды, может быть, даже в стиле канала MTV. Мы переключались с одной страны на другую и с каждым следующим кадром приближались к Иерусалиму.

— А какую идею вы будете реализовывать на этот раз, в Биробиджане?

— Это уже вторая часть проекта. Мы выбираем молодого человека в возрасте чуть за 20, у которого есть еврейские корни, и посылаем его пожить в какой-нибудь еврейской семье в любой стране мира. Были среди этих семей уже и ортодоксальные евреи, и вообще не религиозные люди. Наш человек со съемочной группой на протяжении нескольких дней наблюдает за их обычной жизнью. Потом они начинают обсуждать, почему уклад именно такой, что в нем особенно важно. Мы можем получить и дискуссию о религии, но это не главная цель. Нам необходимо понять, насколько разным может быть иудаизм  в разных странах. Например, последние из участников ездили в Индию и работали в одном из племен южной Африки, им приходилось жить в очень непростых условиях. Что значит быть евреем? — такой вопрос задаем мы себе.

— А вы соблюдаете традиции? И что для вас значит быть евреем?

— Нет, в моей семье никогда не было религиозных традиций, хотя я этим интересуюсь, и когда вхожу в синагогу, чувствую себя, как дома. А быть евреем — это значит, понимать, что ты  —  часть истории. И часть культуры.

— А что вас интересует в еврейской культуре — музыке, литературе, живописи?

— О, я люблю группу «Kiss» — они евреи (смеется). Их солист даже когда-то учился на раввина. Знаете, у нас на радиостанциях часто приглашают каких-то известных людей, чтобы они на протяжении двух-трех часов ставили музыку, которая им нравится. Когда я был в эфире, знакомил слушателей с классической музыкой еврейских композиторов и исполнителей. Я очень плохо запоминаю имена, к сожалению… Как звали этого известного русского еврейского пианиста? А, Владимир Горовиц! Он мне очень нравится. А еще композиторы Филипп Гласс, Густав Малер. Ну а среди художников я, конечно, люблю Марка Шагала, у меня дома висят его картины, точнее — очень хорошие репродукции.

— А что с литературой? Шолом-Алейхем, Зингер, Севела?

— Я уверен, что вы знаете об этом больше, чем я… Мне очень нравится роман «Ночь» еврейского писателя Эли Визеля. А недавно я прочел хорошую документальную книгу о Холокосте «Человек ли это?», основное ее послание — о ценности жизни. Выжить — самое главное, и даже если человек останется на маленьком кусочке льда в океане, он все равно будет пытаться остаться в живых. Да, чуть не забыл своего любимого писателя! Франц Кафка. Я его обожаю!

— А русской культурой вы интересуетесь? Есть ли что-то впечатлившее?

— Как я уже сказал, великий пианист Владимир Горовиц, который и русский, и еврейский одновременно. Писатель Достоевский — настоящий мастер. А вообще я много читаю о политической ситуации в мире, об Израиле, моя работа, к сожалению, не позволяет уделять чтению художественной литературы много времени. Хотя очень хотелось бы, потому что русская литературная культура действительно впечатляющая. Мне вообще нравится Россия, нравится Москва, я считаю прекрасным городом Владивосток. Очень люблю старое русское кино тридцатых годов. Кажется, фильм, который меня поразил, называется «Александр Невский».

— Да, это великое кино Сергея Эйзенштейна.

— О, этот фильм — просто фантастика! У нас была серия великих русских фильмов в кинотеатре в Амстердаме, я был в восторге. И показывали даже что-то о последних днях жизни Ленина, это уже из современного русского кино. Такое нереально медленное… Хотя, может быть, это часть русского менталитета? Такой гипноз на экране. Но как зовут режиссера я, как обычно, не помню.

— Ну, раз гипнотическое, значит, «Телец» Александра Сокурова.

— Да, кажется, именно он. Это кино, которое поглощает.

— А какие фильмы о Холокосте вам нравятся? «Магазин на площади», «Жизнь прекрасна»?

— Вообще я воспринимаю это как часть киноиндустрии.

— То есть как тему, на которой спекулируют?

— Наверное. Иногда этого слишком много, то есть режиссер всегда может быть уверен в том, что упомянуть в фильме Холокост — это такой однозначный плюс. А я знаю тех, кто выжил в Холокосте, лично. Мой отец убежал из концентрационного лагеря, ничего романтичного в этом нет. Да, «Жизнь прекрасна» мне очень нравится, потому что название контрастирует с содержанием. А один из лучших фильмов для меня — «Ростовщик» Сидни Люмета, там главный герой — владелец ломбарда, вспоминающий прошлое. Это один из первых фильмов о том, что значит быть тем, кто выжил в Холокост, и он сделан великолепно. Идет обычная, послевоенная жизнь и вдруг перед глазами героя возникают крики, образы, страшные картины Освенцима — вспышки памяти. Очень напряженный фильм, сложный для просмотра и более реальный, чем пресловутый «Список Шиндлера».

— Морис, а еврейская тема на самом деле вызывает такой интерес в вашей стране?

— Да, многих интересует, что случилось в Нидерландах в период Второй мировой войны. 104 тысячи евреев было у нас и только 30 тысяч из них выжило, это самый высокий процент убитых во всей Западной Европе. Я не только написал книгу, но и даю довольно много лекций и вижу интерес. Евреи — национальное меньшинство, которое всегда существовало в любой стране. Многие считают, что они другие, что они чем-то отличаются от всех. Тут появляется еще один важный вопрос: что значит быть меньшинством? Думаю, понять, насколько цивилизованна страна, можно по тому, как она относится к этому самому меньшинству. А люди могут многому научиться из еврейской истории.

— Именно в такой работе вы видите свою цель — объяснить какие-то важные вещи?

— Честно говоря, я не хочу быть тем, кто создает притчи. Я просто записываю истории других людей. И даю этим историям говорить самим за себя.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *