Знакомый незнакомый Биробиджан

Знакомый незнакомый  Биробиджан

Фото автора и из открытых источников  

Даже прожив в городе много лет, можно, оказывается, по-новому взглянуть на знакомые улицы, открыть немало интересного в прошлом и настоящем своей малой родины.

Очередное заседание клуба «Грани» при городской библиотеке на улице Бумагина в этот раз решили посвятить малоизвестным сторонам жизни областного центра-юбиляра

Если бы сегодня в качестве выигрыша по лотерейному билету счастливому ее обладателю из Нью-Йорка или Парижа предложили туристическую поездку в Биробиджан на целых полтора месяца, организатора такой лотереи в лучшем случае высмеяли. Хотя сейчас в городе есть что посмотреть, особенно по сравнению, допустим, с 1928 годом, когда вместо Биробиджана была крошечная станция Тихонькая в окружении тайги, а первым еврейским переселенцам вместо домов пришлось обживать бараки и палатки.

– Но именно тогда ОЗЕТ, ведавший вопросами еврейского переселения, выпустил лотерею, где выигрышами были швейная машинка, трактор и… поездка в Биробиджан, то есть в Тихонькую, – рассказала руководитель клуба Елена Гаврилюк об этом факте в биографии города. Вот только кто стал обладателем главного выигрыша, история умалчивает. Ведь лотерея распространялась в основном среди евреев, живущих за пределами СССР, и имела явно агитационную цель, ратуя за переселение еврейской зарубежной диаспоры в создаваемую на советском Дальнем Востоке автономию.

Много еще интересного и малоизвестного поведала Елена Гаврилюк из детского прошлого Биробиджана. А ветеран журналистики Ада Котова напомнила о послевоенных подростковых годах города, о тех традициях, которые объединяли его жителей, приехавших сюда из разных уголков страны.

– Мой дедушка, кузнец Арон Спектор, приехал сюда в 1928 году из Украины, а через полгода перевез в Тихонькую все свое большое семейство – жену и шестерых детей. Трое его сыновей воевали в Великую Отечественную, все вернулись живыми. Можно сказать, что история Биробиджана – это и история нашей семьи. А город был одной большой семьей. Помню наш дом, наш двор – мы все знали друг друга, праздники проводили вместе, детей растили вместе, в беде никого не оставляли. И еще один факт: в 1956 году был закрыт в Биробиджане единственный детский  дом, где воспитывались сироты, потерявшие в войну родителей. Эти дети выросли, а других на их место не было – в те годы отказаться от ребенка было страшным позором, а если ребенок вдруг лишался родителей, находились родственники, которые забирали его в семью.

Оказывается, в городе сохранилась постройка, которой больше ста лет – это пристанционная водонапорная башня, построенная, предположительно, между 1912 и 1915 годами.

– А самый первый кирпичный дом появился в 1932 году, в том месте, где потом рядом построили типографию. Вот только что там находилось, я не могу сказать. Возможно, склад, возможно, что-то другое, – рассказал архитектор Владимир Орлов, подтвердив сказанное снимками старых кирпичных строений Биробиджана.

Вспомнили члены клуба и о литературных улицах города – таковых насчитывается двенадцать. Но только четыре из них – Шолом-Алейхема, Миллера, Пушкина и Горького находятся в центре, остальные улочки разбросаны по окраинам, в основном в частном секторе – Казакевича, Радищева, Гоголя, Лермонтова, Шевченко, Некрасова, Маяковского, Фурманова.

Свою любовь к Биробиджану выразили в стихах и песнях Валентина Мудрик, Валентина Чечик, Лидия Капуцына, Татьяна Фиш, Марина Казакова, Виталий Бурик.

Любителям поэзии Елена Гаврилюк предложила собираться по пятничным вечерам в стенах библиотеки – общаться, знакомить друг друга с новыми стихами. Словом, объединиться в поэтический клуб. Предложение было дружно поддержано.

 

Дата

Ровесница века

Российской книжной палате сегодня исполнилось сто лет

Родилась она 10 мая революционного 1917 года в Петрограде по постановлению Временного правительства, а в 1920 году обосновалась в Москве.

У ее истоков стояли известные ученые – библиографы А. Шахматов, С. Ольденберг, С. Венгеров, А. Торопов и др.

В 1936 году палата стала Всесоюзной, а после развала СССР получила статус Российской. В юбилейном 1977 году ее наградили орденом «Знак Почета».

В книжной палате ведется учет всех выпущенных в России печатных изданий – книг, журналов, газет. Именно там собрана самая точная библиографическая информация – в Генеральном алфавитном каталоге палаты насчитывается более 30 миллионов библиографических записей. Почти два миллиона записей насчитывает электронный каталог. Объем информации растет, и сейчас здесь обрабатывается около миллиона печатных изданий в год.

Хранится в Российской книжной палате и информация о газетах нашего издательского дома, экземпляры которых регулярно отсылаются в Москву с самого начала выхода газет.

Творчество

Давай самокруточку?…

 

– Давай самокруточку, а, перед боем?

Откуда ты? Ин? Земляки мы с тобою!

А сколько годков тебе? Двадцать? Так мало!

(Сколько ж таких, как ты, воевало!)

А я вот воюю три года – пехота,

Моя гимнастерка пропитана потом,

Палатка от солнца совсем уж поблекла…

Садись, покури, скоро снова нам в пекло.

Смерти, парнишка, бояться не надо.

Вот уничтожим фашистского гада,

Выиграем бой, отдохнем, отоспимся,

А дома о встрече договоримся.

Ну вот, началось! Слышь, поперли, вот гады!

В атаку! В ружье! И не ради награды,

А ради детишек, оставленных дома,

До пули последней, гранаты, патрона.

Ты только не думай о смерти, беги!

Хатынь вспоминай – всех живыми сожгли.

Сейчас рукопашная будет – держись!

И в страшной атаке две силы сошлись.

Мелькали штыки, кулаки, даже маты,

И падали ниц командиры, солдаты.

Гибли за Родину пехотинцы –

И русские гибли, и украинцы,

Евреи, узбеки, таджик и татарин…

Кто-то контужен, убит, кто-то ранен.

Тянут к нам ветки плакучие ивы.

–Ну что, землячок, слава Богу, мы живы.

Как мы тех гадов отбрили с тобою…

Давай самокруточку, а, после боя.

Марина Казакова,

г. Биробиджан

 

Пока не грянет…

 

Через два дня исполнится сорок дней, как в Санкт-Петербургском метро прогремел взрыв, унесший многие жизни. Трагедия потрясла не только жителей этого города, о погибших и пострадавших скорбела вся страна. Откликнулась на нее и наша бывшая землячка, поэтесса Ирина Метелкина, ныне живущая в Подмосковье: «Я очень хочу, чтобы меня услышали и правильно поняли, чтобы души наши были открыты для людей не только во время беды. В этом стихотворении я выплеснула всю свою боль».

 

Пока не грянет, не перекрестимся.

А что мешает заранее?

Надо, чтоб грохнуло, грянуло, охнуло,

Тогда вспомним мы, как жили:

Рубаху отдай последнюю.

Кожу с себя содрав, не жалея,

Отдай тому, кому нужнее.

Вот и грянуло! Криками, стонами, болью.

И сразу: «Питер, страна с тобою!».

И люди стали людьми, и в горе сплотились.

А раньше чего меж собой не делили?

Питер…

Неужели мы дальше, как раньше, будем чужими?

Выходит, зря они жизнь свою положили?

А мы будем жить, как жили, как ни в чем не бывало,

Наркотой и обжорством себя убивая,

Совсем не виной, а вином упиваясь?

В абортарий матери в очередь встанут,

И отречется дитя от родителей старых.

Слышишь, богач, купивший «Феррари» и «Бентли»,

Золотые батоны и кучу часов приобретший,

Глаза от чужой беды отводящий –

Помни старуху у храма с ладонью просящей.

Так и будем, как тот Фома?

Вложи свои пальцы в раны питерские.

Доколе будем сходить с ума,

И сколько из чаши нам пить еще?

Ирина Метелкина


Подготовила Ирина Шолохова. 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *